Есть гномы, фейри, гремлины… и есть офвойсы. Тоже интересные существа.
Вообще-то, это поздравление сотрудников с новогодними праздниками, но пусть здесь тоже полежит.
Название такое, потому что это начало анекдота: «Встречаются как-то два фотона, и один другого спрашивает: — Как ты относишься к теории корпускулярно-волнового дуализма?» К сожалению, в мультике «Атомный лес», откуда этот анекдот, его окончания не было.
Опостылевшая битва добра и зла больше не актуальна. Каждый сам решает, что для него зло, которое обернется процветанием, и добро, влекущее за собой разрушения и упадок. Даже Время не властно над этим, потому что история мертва, а судьба – дура. И лишь фиксированные точки, от которых расходятся креоды – линии вероятности – дают смутное ощущение устойчивости.
Но и оно разлетается в клочья, наткнувшись на действия людей, и роботов, оставляя вторым вопрос про первых: «Зачем люди делают то, что делают?»
Опостылевшая битва добра и зла больше не актуальна. Каждый сам решает, что для него зло, которое обернется процветанием, и добро, влекущее за собой разрушения и упадок. Даже Время не властно над этим, потому что история мертва, а судьба – дура. И лишь фиксированные точки, от которых расходятся креоды – линии вероятности – дают смутное ощущение устойчивости.
Но и оно разлетается в клочья, наткнувшись на действия людей, и роботов, оставляя вторым вопрос про первых: «Зачем люди делают то, что делают?»
Опостылевшая битва добра и зла больше не актуальна. Каждый сам решает, что для него зло, которое обернется процветанием, и добро, влекущее за собой разрушения и упадок. Даже Время не властно над этим, потому что история мертва, а судьба – дура. И лишь фиксированные точки, от которых расходятся креоды – линии вероятности – дают смутное ощущение устойчивости.
Но и оно разлетается в клочья, наткнувшись на действия людей, и роботов, оставляя вторым вопрос про первых: «Зачем люди делают то, что делают?»
Опостылевшая битва добра и зла больше не актуальна. Каждый сам решает, что для него зло, которое обернется процветанием, и добро, влекущее за собой разрушения и упадок. Даже Время не властно над этим, потому что история мертва, а судьба – дура. И лишь фиксированные точки, от которых расходятся креоды – линии вероятности – дают смутное ощущение устойчивости.
Но и оно разлетается в клочья, наткнувшись на действия людей, и роботов, оставляя вторым вопрос про первых: «Зачем люди делают то, что делают?»
Опостылевшая битва добра и зла больше не актуальна. Каждый сам решает, что для него зло, которое обернется процветанием, и добро, влекущее за собой разрушения и упадок. Даже Время не властно над этим, потому что история мертва, а судьба – дура. И лишь фиксированные точки, от которых расходятся креоды – линии вероятности – дают смутное ощущение устойчивости. Но и оно разлетается в клочья, наткнувшись на действия людей, и роботов, оставляя вторым вопрос про первых: «Зачем люди делают то, что делают?»
Nekit
