|
    Прочтений: 0 Посещений: 2808 Дата публикации: 14.9.2007 Они бывают разные: радости, умиления, любви. И, конечно, они бывают злыми, от горя и обид, разочарования и бессилия...А еще бывают слезы прозрения. Некоторое время, проведенное в "скорой", а перед этим дома, не давали шансов беспокоится. * * * Сначала она слушала врача вполуха, все же отмечая про себя, что опасности нет. Да и опыт медсестры ей кое-что подсказывал. - Нужно обязательно подъехать в больницу, к дежурному хирургу, чтобы посмотрел еще он. Эта фраза больно и неприятно резанула слух. - Что-то серйозное?, - старая, как мир, формулировка вопроса показалась ей самой реальной из возможных. - Нужно исключить то, о чем я думаю. Или же подтвердить, - каким-то будничным голосом сказал врач со "скорой". Сборы были недолгими. Мать, полутора-годовалый малыш и его бабушка направлялись в больницу, сидя в до ужаса грохочущей машине. Было впечатление, что через пару поворотов она просто развалится на куски. В больнице беспокойство матери стало расти, когда знакомый дежурный хирург направил сынишку на рентген органов брюшной полости, и после осмотра ребенка не стал говорить, что все в порядке. Не улыбаясь, задумчиво произнес: - Надо ложиться. - Что-то серйозное?, - эти слова уже стали почти родными. Только их, как молитву твердила она. Как заклинание. И хотела услышать "НЕТ". - Ну ты же сама медик. Нужно оперировать. Инвагинация. И в это самое мгновенье еще одной несчастной матерью в мире стало больше. А колесо фортуны уже закрутилось, завертелось, как пестрый и пугающий хоровод: мысли, звуки, люди, и вопросы, вопросы, вопросы. "Как же так?! Сколько раз я сама была свидетелем этих моментов. Пришло время, видно, услышать эти слова и мне." - Все будет нормально, вы вовремя приехали. Сейчас позвоню зав.отделением и будем брать. - Да, хорошо, - кивала, а слез не было. Не было их и тогда, когда выяснив все необходимые данные, их забирали на этаж, в отделение детской хирургии. И тогда, когда ее сыну ставили внутривенный катетер, предварительно выпроводив ее из манипуляционной. И когда слышала рвущийся из-за двери крик своего родного мальчика. Слез не было. И когда поняла, что операция - будет....И она знала, КАКАЯ именно, так как раньше работала в этом самом отделениии перевязочной медсестрой. "Почему я так спокойна? Наверно, это профессиональное. Здесь все напоминает мне работу". - Можешь войти. - Мама!!! - Я с тобой. С тобой мама. Сыну поставили катетер с 4-й попытки. - Рубашечку пришлось разрезать: мы забыли ее снять до того, как начали ставить "бабочку". "Сапожник без сапог. Своим не получается легко, хорошо и быстро." Глядя на исколотые, в синяках, ручки, подумала, что это неправильно, что она так спокойна. НАДО плакать. На операцию забрали через полчаса-час. Прохаживаясь по коридору, из одного конца в другой, снова удивлялась себе: час ночи, а она не хочет спать. Почему не плачет и почему еще до сих пор не осознала всего, что происходит. "Со мной что-то не так. Это же полостная операция. Черствая значит, не должна я быть такой спокойной." Ходила взад-вперед, и вздрагивала от каждой остановки лифта. Через полтора часа двери в отделение распахнулись: каталка. Кинулась навстречу, запаниковала. Врач-анестезиолог спокойно кивнул: - Мы сами. Отошла. Позовем. Жди. Не допустил, не дал даже взглянуть. Еще минут десять прошли в беспокойном, изматывающем ожидании. - Можно, - сказала анастезистка, выйдя из палаты. Ноги ватные. Не идут, не слушаются. Сразу увидела на кровати одеяло, свернутое конвертом, врач поправил что-то, выпрямился. - Что делать, как себя вести? - От наркоза он отойдет минут через 20-30, но должен спать до утра, мы обезболили. Все прошло нормально. - Спасибо вам. Голос чужой. Врач вышел, оставив ее один-на-один с ее бедой, и наконец-то, с сыном. Очень бледный, почти белый, пугающая неподвижность, только изредка под веками - движения глаз. Трубка. Торчит изо рта. Приклеена пластырем к щеке. К щечке ЕЕ сына. По ней - бурая жидкость стекает в стерильный пакет. Спустя какое-то время услышала, как сквозь туман, застилающий сознание - рыдания. Свои. И из коридора - вежливые, понимающие покашливания врача, записывающего в историю болезни течение наркоза и объективно - данные о ходе операции. * * * Они ждали выхода. Они стучали, хотели вырваться наружу. Их не пускали. И когда их нервный стук и мольбы проникли в сердце, мозг и душу, они вышли. Как лава, как горная река или даже как водопад. Без начала и конца. Слезы душили ее, она так их хотела, она была почти рада, что может хотя бы таким способом просить прощения у сына. Разболелась голова. Гроза и муки проходили, небо мыслей прояснилось. Взгляд ее коснулся ручки ребенка: несколько раз, медленно, рука сжалась и разжалась. Те же движения, с точностью до....повторило и сердце матери, пытающейся уже в который раз, безуспешно вытереть непослушные слезы. - Все будет хорошо. Ваше мнение:
Украинская Баннерная Сеть |
{v_xap_link1} {v_xap_link2}
{v_xap_link3} {v_xap_link4} |
||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
Ника Морозова - Слезы
|
Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Ответственность за содержание произведений несут их авторы. При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.libra.kiev.ua/ обязательна. ©2003-2007 LineCore |
Администратор |