Павел Лавриненко - Город тихий и безумный (часть2)
Жанр: Проза: Философская Прочтений: 0 Посещений: 1760 Дата публикации: 9.1.2009
Сборник стихов 2008г.
***
Тихо неслышно спустится вечер,
Солнце загладит твой давнишний шрам.
Я открываю холодные плечи,
Блекнущим звёздам и злобным ветрам.
Я открываю чужое томленье,
Красным закатом в чужое окно.
Пусть и не вены, но в чём-то моленье,
Древним богам, что забыты давно.
Спи моя боль между трав одиноких,
В тёмных гранитах средь каменных стел.
Я нареку тебя вздохом глубоких,
Стылых оврагов израненных тел.
Тихо неслышно спустится вечер,
Солнце загладит мой давнишний лик.
Я открываю холодные плечи,
Гнусь на ветру, как поникший тростник.
08.10.2008
***
Граниты, фонтаны и листья пожухли,
Запутаем волосы, словом в ветра.
Я вижу глаза, и они не потухли,
Всё жаждут меня и не ведают сна.
Уйми мою боль как осенние блики,
Укутывай душу в лихие снега.
Пускай я не вспомню уставшие лики,
И сказаны суетно в небо слова.
Спонтанные жесты – раскрытые руки,
От неба протянутся в две полосы.
Осеннее золото в медные звуки,
Вливается крепче кровавой росы.
Пускай целит выдох угрюмые мысли,
Я знаю, я мечен тобою, как твердь.
А листья пожухли и в ветре повисли,
В том парке, где я так хотел умереть.
Граниты, фонтаны и листья опали,
Запутались волосы лентой в ветра.
А губы напротив люблю, прошептали,
Как окрик последний смертельного сна.
20.10.2008
***
Неприкаянны тропы шалфея
И даны под ноябрьский свод.
В мостовых капли крови алея,
Разбавляются мутностью вод.
Спит сознание – тёмное зеркало
И дорога уже не видна.
Я ходил, отголоском сверкало,
Что на небе одна луна…
Вдоль крестов, мимо тёмных гранитов,
Не унять, не укрыть мою боль.
И пространство темно без софитов,
Спит в земле черноокий король.
Только осень меня обогреет,
Вложит в руку, ключом, ля-минор.
И уж кто-то, сказать не посмеет,
Что из смерти не вяжут узор.
Спи спокойно в шалфейных дорогах,
Под манящие пение птиц.
Я уйду, буду жить в тех берлогах,
Где стирается вычурность лиц.
Неприкаянны тропы шалфея,
Мне даны под ноябрьский свод.
Мне печаль, каплей крови алея,
Протянула из лиц хоровод.
05.12.2008
***
Чёрное солнце не согрело закатом
И в молчании домов, хлынул снег.
Я погибну… Стану воздухом и ядом,
Пить тоску, из уснувших белых рек.
Мне так важно из стеблей и в чёрный цвет,
Ты не тайна – только образ на плече.
Я боюсь разбиться кровью – столько лет,
Всё забуду – стану пламенем в свече.
Не молчи же, лучше дай вдохнуть тот снег,
Дай минорный строгий ключ от старых ран.
Дай мне силу, пить тоску из белых рек,
Что летят в моё окно, огибая слабый стан.
Я уже никогда не согреюсь закатом,
И в молчании домов – пролечу как талый снег.
Я погибну… Близко с воздухом и ядом,
Пью тоску укором тихо, из уставших, мёртвых век.
28.11.2008
***
Не вернётся закатом лучезарная боль,
Я утопну в рассветах, на плече стынет соль.
Между осени в травах, застывает печаль,
Спи, не надо, мне надо – слабой грудью на сталь.
Я читаю, я знаю, где заветы, где звон,
Утопи меня в слове, я поставлю на кон,
Всё, что в жилах, что в венах отзвенело, легло,
Я оставлю на память, крепкий сон и тепло.
Ты не грей мою руку, в ней уже нет крови,
Я укроюсь, где стелы и в ночи не зови.
Не зови меня горем, забывай про весну,
А когда воет ветер, не смотри на луну.
Не вернусь я закатом – лучезарная боль,
Я утопну в рассветах, на щеках стынет соль.
Между осени в травах – похоронен в земле,
И гремит ураганом громкий стон обо мне.
09.12.2008
***
Как чисты мои руки,
Я стою у окна.
Отдалённые звуки
И бликует луна.
В помутненье случайном,
Где же ты, где сейчас?
Я зову тебя голосом тайным
И сменяется час.
А когда станет больно,
От несказанных фраз.
Я разрежу ладони довольно,
Стану прятать от глаз.
В голове тает голос,
Умножается шум.
Как оборванный колос,
Заблудившихся дум.
Зелень глаз кину ветру,
В эту зимнюю ночь.
Я к фонарному свету,
Мне бы из дому прочь.
Как чисты мои руки,
Я стою на снегу.
И вплетаются звуки,
Что ловлю на бегу.
10.12.2008
***
Теперь только снег и немая ограда,
Я рвусь ближе к небу, но память не рада.
Разбитая снегом об лёд и засовы,
И в рай не впускают чужие оковы.
Я тихо вдыхаю и грею ладони.
Бегу белым волком на встречу ветрам.
И маются в небе крылатые кони,
Бредут чутко облаком к запретам и снам.
Мне б знать твои мысли и кто я тебе?
Богиня у сердца и реет в мечте.
Привязанность стала фатальной улыбкой,
Такой же, как ты недоступной и зыбкой.
Прошённой, отпущенной, и внятной лишь мне.
А я каждый вечер в случайном молчании,
Иду легкой поступью ближе к весне.
И руки воздеты, и вены на грани.
Теперь только снег и немая ограда.
И я уж в земле, но она не отрада.
А в рай не впускают оковы твои,
И смертью обветрились губы мои.
24.12.2008
***
Ты знай, что ярким шлаком в небе не свечусь,
Случилось мне разбиться вдребезги о землю
И я парю над городом в снегу и не уймусь,
Отдав все силы с лета холоду и хмелю.
О, где же ты? В сырой земле тебя отпели ветры.
Январь, где старики у рельс кормили птиц,
А мне остались капли неба – отголосок веры
И я парю над городом в сгущении границ.
Нагроможденье хрупких и аморфных тел,
По улицам в бантах и чёрных тканях.
Но безответны крики – отголосок дел
И я стою над городом в вороньих чёрных стаях.
Остыли веки, не укрывают больше глаз,
С утра смотрящих вольно в небо с болью.
Читай и пой меня – я отголосок серых фраз,
Что после смерти зимней – нарекли любовью.