|
    Прочтений: 0 Посещений: 1127 Дата публикации: 31.5.2010 Психологическая драма, триллер... 6 октября 2009 года… Глава 1 Самый простой способ узнать что в доме что-то завелось – поместить в стакан с водой луковицу, так, чтобы корешки полностью погружались в воду. Если на следующее утро луковица загниет – это верный знак того, что в вашем доме поселилось что-то недоброе – подумала Настя - хрупкая девушка с длинными светлыми волосами и усталым, бледным от недосыпания лицом, выкидывая в мусорное ведро наполовину почерневшую луковицу. И это за одну ночь, подумала она, всего за одну ночь… Вода в стакане из-под луковицы стала грязно-желтой, на ее поверхности плавали кусочки луковой кожицы и несколько бледных корешков. Настя выплеснула ее в раковину, после чего поставила стакан в посудомойку. Утро только начиналось, а у нее уже голова болит так, словно внутри нее кто-то долбит в колокол. И спать хочется невыносимо… Настя зевнула, прикрыв рот ладошкой, а потом тяжело вздохнув пошла умываться. Холодная вода немного привела ее в чувство. Сон если и не ушел, то по крайней мере отступил на время. Скорее всего он вернется уроке на третьем, подумала молодая девушка, вытирая лицо полотенцем. Закончив с умыванием Настя вернулась в кухню. Посудомойка к тому времени уже блестяще справилась с поставленной перед ней задачей, выплюнув стакан из своего металлического жерла на специальную подставку. Девушка забрала его оттуда и поставила в сервант, по соседству с его собратьями. Электронные часы на холодильнике показывали семь тридцать утра, первые лучи солнца начинали потихоньку прорезать плотный заслон серых туч, освещая пустую, зимнюю улицу за окном. Всю прошлую ночь не переставая шел снег, поэтому теперь улица была покрыта ровным белым полотном, на котором пока что еще не было ни единого следа. Скорее всего сегодня она будет первой, кто нарушит природную гармонию. Отвернувшись от окна девушка включила кофейник и устроилась за столом. Последний негромко скрипнул, когда Настя облокотилась на него. Дожидаясь пока сварится кофе девушка вспоминала прошедшую ночь. Сегодня она снова плохо спала. В последнее время она вообще плохо спит. Долго не может уснуть, часто просыпается, а в промежутках между этим ей всегда снятся плохие сны. Просыпаясь посреди ночи она даже не может вспомнить их содержания, лишь знает что они были плохими, очень плохими… После них она очень долго лежит не двигаясь и смотрит в темноту, боясь закрывать глаза. И всегда в такие моменты ей кажется что в комнате она не одна, что в ней есть кто-то еще, кто-то, кто скрывается за черной пеленой темноты… Кофейник громко засвистел заставив девушку вздрогнуть. Увлеченная своими мыслями она совсем про него забыла. Негромко выругавшись она протянула руку и сняла его с подставки. Горячая жидкость негромко забурлила, когда Настя наполняла бокал, а в воздух поднялось небольшое облачко пара. Кофейник щелкнул, возвращаясь на подставку, Настя поднесла бокал к губам и сделала несколько маленьких глотков. Настя подумала о предстоящем дне. Впереди ее ожидало шесть долгих, утомительных уроков, причем первые два были самые ненавистные – алгебра и физика. Ничего не понимая ни в одном из этих предметов, Настя частенько получала выговоры от учителей, поэтому всегда шла на них всегда как на каторгу. Впрочем, нелюбимые предметы есть у каждого ученика, каждый в чем-то отстает и чего-то не понимает, поэтому Настя не особо расстраивалась из-за этого и, разумеется, ни в коем случае не собиралась корпеть над учебниками, пытаясь исправить прореху в знаниях. Зачем мучить себя, если это ей абсолютно не нравится? Ведь корявые тройки в табеле всегда можно компенсировать хорошими отметками по другим предметам. Далее, кажется, кажется идет биология – уже более менее понятная ей наука. Да и учительница по ней просто прелесть. Русский и литература как всегда пройдут под монотонное гудение Тамары Михайловны, которая похоже сама порой засыпает от собственного голоса и напоследок физкультура, которую она просидит в сторонке от всех, потому как ее освобождение будет длиться еще около двух месяцев. Ну вот, подумала девушка допивая остатки кофе и отодвигая от себя стакан, к середине года я наконец умудрилась выучить расписание наизусть. Поднявшись изо стола она снова глянула на электронные часы (7:45), после чего направилась в спальню переодеваться. На улице к тому времени уже совсем рассвело. Настя быстро переоделась в школьную форму, накинула на плечи увесистый рюкзак и выскользнула за дверь, навстречу холодной, зимней улице… Большой буквой «П» расположилась на плане местности средняя школа в которой училась Настя. Обнесенная по окружности невысоким сетчатым забором, с большой вывеской «Добро Пожаловать» над широкими металлическими воротами, она мало чем отличалась от остальных средних школ большого города, в котором родилась и прожила всю свою сознательную жизнь Настя. Несколько старых берез росли у самых ворот, а у парадного входа красовалась широкая цветочная клумба. Впрочем, сейчас от нее было мало толку – цветы перевелись здесь еще в середине ноября, а после сегодняшней ночи ее и вовсе засыпало снегом, так что с первого взгляда и не различишь. В больших квадратных окнах отражалась холодная зимняя улица, а над дверями безвольно висел из-за отсутствия ветра полосатый российский флаг. Неподалеку от школы пролегала проезжая часть, с утра до ночи наполненная гудением автомобилей, а обочина подле нее так и пестрела знаками «Осторожно Дети!» и ограничителями скорости. Снег скрипел под ногами, когда Настя миновала ворота и пройдя мимо цветочной клумбы остановилась перед дверями школы. Утренний мороз неприятно покалывал щеки, ручка двери была вся покрыта изморозью, образовавшейся за долгую и холодную ночь. Ее белые кристаллики таинственно поблескивали в свете маленькой лампочки, все еще освещавшей крыльцо школы. По телу девушки пробежала мелкая дрожь когда ее ладонь коснулась холодного металла и сжав пальцы потянула вниз. Дверь коротко скрипнув распахнулась, обнажая за собой темный коридор, наполненный отвратительным запахом хлорки. По утрам здесь всегда пахнет хлоркой, потому как пол перед началом учебного дня моют именно с ней. Настя шагнула в помещение и притворив за собой дверь направилась к доске с расписанием уроков, висевшей на противоположной стенке. Расписание она знала прекрасно, но со вчерашнего дня его могли и изменить. Такое в ее школе часто случается, учителей катастрафически не хватает, поэтому лишний раз убедиться все же стоило… Пробежав глазами по развешанным на доске листам, она без труда отыскала графу с расписанием своего класса. Нет, ничего не поменяли. Сейчас алгебра. Повернувшись, девушка двинулась вверх по коридору. Из-за поворота ей на встречу вышла компания из трех парней, судя по всему старшеклассников. Один из них проводил Настю заинтересованным взглядом, уделив, впрочем, больше внимания ее нижней части тела. Остальные же двое не обратили на нее ровным счетом никакого внимания. Свернув на лестницу она поднялась на второй этаж и остановилась у дверей в кабинет математики. Щеки, которые еще недавно пощипывало от холода теперь горели огнем. Из-под двери выбивалась тонкая полоска электрического света. Слышались голоса одноклассников, ожидавших начала уроке. Последний, кстати, должен был начаться уже через несколько минут. Настя потянула дверь на себя и та тихо скрипнув послушно отворилась, открывая за собой залитый исходившим от многочисленных плафонов под потолком ярким светом. В широком классе находилось не больше десяти человек, поэтому передние парты были уже заняты, задние же, начиная с четвертой и далее – пустовали. Класс рассчитан на гораздо большее количество людей. На учительском столе, рядом с высокой вазой для цветов уже покоилась кожаная сумочка математички, однако самой ее почему-то не было. На доске белым мелом выведено сегодняшнее число и тема урока. Настя не стала читать – загрузить собственные мозги за грядущие сорок пять минут она еще успеет не раз… Пройдя между рядами, она остановилась у предпоследней парты в среднем ряду, за которой одиноко, особнячком от всех сидела Тина – ее лучшая подруга. Светлые волосы девушки ниспадали ей на плечи, длинная косая челка полностью скрывала правую часть лица. Опустив голову вниз Тина все свое внимание обратила к сотовому телефону, на экране которого светилось окно мобильного агента. Настя сняла водрузила его на парту и опустившись на пустой стул рядом с Тиной толкнула подругу плечом: - Ты так скоро жить в интернет переедешь. Привет. - Привет, - Тина на минуту оторвалась от телефона, бросив на Настю короткий взгляд: - Ты чего сегодня так поздно? Урок вот-вот начнется. - Поздно проснулась, - ответила Настя доставая из портфеля учебник по математики: - Плохо спала. - Снова просыпалась? Опять ни с того, ни сего? - Да, - вздохнула девушка. Она уже выложила учебник на парту и теперь копалась в поисках тетради: - В последнее время это происходит все чаще. Скоро наверное совсем не буду спать. Тина оторвалась от телефона: - С этим надо что-то делать. Ведь не можешь же ты мучиться вечно, всему должен быть предел. - Нужно. Только я пока не знаю что. Прозвенел звонок. Тамары Ивановны, их учителя математики все еще не было. Гул голосов в классе немного поутих, а в коридоре все и вовсе стихло. Настя взглянула в сторону широкого окна и увидела что на улице снова пошел снег. Пока что мелкий, но она нисколько не сомневалась что через пору часов с неба полетят уже его большие, белые хлопья. Конец декабря всегда снежный, это лишь потом, уже после Нового года он прекратится и зима станет холодной и грязной. - Эта неделя последняя, - отвлек ее от размышлений голос лучшей подруги: - Контрольные сданы, так что уроки теперь будут проходить сама знаешь как. Твои еще не вернулись? Настя покачала головой: - Нет. Мать сказала что будет к Новому Году, а отец и вовсе не приедет. У него там какие-то проблемы и ему придется задержаться. - Понятно. Черт, батарея села… - Тина положила на парту телефон. На его экране светилась ярко-красным светилась надпись: «Аккумулятор разряжен». В довершение к общей картине внизу, под надписью, красовался рисунок пустой батарейки. А потом экран и вовсе потух. - Как нестабильна виртуальная жизнь, верно? – улыбаясь произнесла Настя: - Всего одна мелкая неполадка – и ты лишена всех привилегий. - Да ладно тебе, - отмахнулась от нее Тина: - Ты сама-то по полночи из интернета не вылезаешь. - Ага. Только я там по ночам, а не все время, - Настя с улыбкой наблюдала за тем как Тина достает из кармана запасную батарейку, в очередной раз думая о том что ее подруга уж точно нигде не пропадет. Вставив батарейку в телефон, Тина задвинула крышку и нажала кнопку включения. Некоторое время ничего не происходило, потом экран загорелся вновь, но на этот раз там засветилось приветствие. - Ну вот, с мелкими неполадками разобрались, - улыбнулась Тина, по новой запуская агент. Настя обхватила руками все еще лежавший на парте портфель и опустив на него голову, закрыла глаза. В теплом кабинете, после уличного мороза ее вновь потянуло в сон. За последнюю ночь она спала часа три, не больше и теперь глаза закрывались сами собой. Нужно что-то с этим делать, подумала девушка, чувствуя как реальность постепенно отдаляется от нее, нужно что-то с этим делать, иначе скоро я буду просто валится с ног от усталости. Тина глянула на подругу. Та уже мирно посапывала, обхватив руками портфель. Пусть спит, урока похоже все равно не будет, подумала она и отвернувшись снова устремила все свое внимание к телефону. Тамара Ивановна так и не пришла. По окончании урока Настю разбудила Тина: - Вставай, соня, а то так всю жизнь проспишь. Настя отстранилась от парты, потирая ладошками все еще сонные глаза. - Проснулась? Настя все еще ничего не понимая взглянула на подругу. - Урок закончился, - улыбнулась Тина: - Пора идти на следующий. Только перед этим надо бы покурить. - А что, Тамары Ивановны так и не было? – Настя перестала наконец тереть глаза и теперь торопливо заталкивала учебник с тетрадью обратно в сумку. - Не было, - ответила Тина: - Я же говорила – уроки теперь практически не будут вестись. Настя закончила собирать вещи, застегнула молнию и поднявшись набросила рюкзак на плечо. Вслед за Тиной она вышла в коридор, теперь, в отличие от утреннего просто переполненный народом. Разношерстные школьники сновали здесь туда-сюда, кто в поисках нужного кабинета, кто, как и они шел на улицу, в «курилку» ( так называлось место за западным крылом школы, где постоянно на переменах собирались старшеклассники ), кто просто шлялся без дела. Тина была права – четвертные контрольные сданы, теперь можно не думать о учебе. По крайней мере до конца зимних каникул. Поэтому в школе и твориться сейчас полный бардак… Улица встретила их морозным дыханием, от которого ту же неприятно защипало щеки. Снег все еще шел. Как и предполагала Настя он постепенно становился все крупнее. Хотя до больших белых снежинок, напоминающих кукурузные хлопья было еще далеко, но он был уже и не таким мелким как вначале. Расчищенную утром дорожку у школы слегка припорошило, снег был на деревьях и небольших кустиках, пускался на стекла школьных окон и тут же скатывался вниз, к подоконникам, где уже образовались небольшие, белые горки. Девушки прошли по дорожке, снег скрипел под их ногами, обогнули школу и оказавшись позади западного крыла остановились. Тина достала из кармана пачку клубничного «KISS», извлекла оттуда две тонких сигареты, с красным фильтром. Одну протянула подруге, а вторую вставила в уголок собственного рта. Следом за сигаретами Тина достала из портфеля зажигалку и щелкнув кнопкой протянула руку Насте. Девушка поддалась навстречу огоньку, сделала затяжку и отстранившись выпустила облачко дыма. Тина прикурила сама после чего убрала сигареты с зажигалкой обратно в портфель. Неподалеку от них стояла кучка старшеклассников. Они громко что-то обсуждали между собой, но Настя не особо вслушивалась в разговор. Во рту у каждого дымилось по сигарете. - М-да, - протянула Тина разглядывая сигарету, зажатую между пальцев: - Похоже «KISS» начинают портиться. Чувствуешь как меняется вкус? - Немного, - пожала плечами Настя: - Сейчас почти ничего качественного нет, - и помолчав немного добавила: - За те деньги, которые мы с тобой в состоянии заплатить. Тина улыбнулась и сделав глубокую затяжку взглянула на подругу: - Кстати, что у тебя там с Женей, а? Парень похоже капитально запал на тебя. Настя слегка улыбнулась: - Проходу не дает. Стоит выйти в агент как тут же от него приходит сообщение: «Привет, как дела?=))». Это у него стандартная фраза в начале разговора. А уж потом начинается: «я тебя люблю…», «неужели ты не понимаешь…» и тому подобное. Тина снова затянулась, а потом спросила, улыбаясь еще шире: - Ну а сама ты что думаешь о нем? Неужели упустишь? - Такого упустишь, как же. Не знаю я, если честно. Он вроде милый парень, да и внешне вроде не урод, но…не лежит у меня душа к нему. - Понятно. Ты смотри, паренек посохнет по тебе, а потом возьмет да и забудет, пока ты раздумывать будешь. И останешься одна-одинешенька… - Не останусь, - засмеялась Настя: - Я себе другого найду! Подул холодный ветер. Он растрепал Настины волосы, осыпав ее градом летящих с неба белых снежинок. Пальцы, державшие сигарету уже начинали потихоньку неметь от холода. - Сегодня напишу ему что-нибудь. Например о том, что плохо сплю. - Хочешь чтобы он потом тоже плохо спал? Докуривая сигарету Настя разглядывала надпись на стене школы: «11 А, выпуск 2003». Подобными надписями была расписана почти вся школа. Каждый класс считал за честь написать подобное на стене школы в день выпуска – это уже давно стало традицией. Ослепительно-яркие вначале они постепенно блекли, смываемые дождем и прочими погодными условиями, становились едва заметными линиями на серой поверхности школьных стен. - Урок уже начался, - произнесла Тина, мимоходом глянув между затяжками на наручные часы: - Идем, а то холодно здесь. Настя выбросила в снег наполовину скуренную сигарету и вместе с подругой зашагала по заснеженной дорожке обратно в школу. Физики тоже не было. Весь урок подруги проболтали на задней парте. Телефон Тины потерял связь со спутником и агент теперь отказывался работать. Настя же поддерживала разговор просто, чтобы не уснуть. Переутомление сказывалось на девушке, настроение с каждой минутой падало все ниже, а мир в глазах девушки прямо пропорциальнально этому все больше окрашивался в черный цвет. Класс теперь казался ей угрюмым и мрачным а раздававшиеся в нем звуки – будь то человеческие голоса или же просто скрип парты – резкими и неприятными. Настя была безумно рада когда это мучение наконец закончилось. Следующей по расписанию была биология. В отличие от первых двух уроков она прошла как полагается – Лариса Леонидовна, их учительница доходчиво объяснила всем новую тему, после чего задав задание удалилась из кабинета до самого конца урока. Задания разумеется так никто и не выполнил, а после биологии их класс и вовсе отпустили домой, сказав что уроков больше не будет. Снег к тому времени прекратился и из-за туч выглянуло холодное зимнее солнышко, заставившее заблестеть всюду наметенные сугробы словно серебряный песок. Впрочем вскоре оно вновь скрылось за серыми тучами, заполнявшими небо с самого утра. Возвращаясь домой из школы Настя рассказала Тине о странном случае с луковицей сегодня утром: -…это что-то вроде народного поверья что ли. Если луковица загниет – значит в доме завелось что-то плохое, понимаешь? Тина покачала головой: - Впервые об этом слышу. Но даже если и так – это всего лишь поверье. Мало ли у людей суеверий? Настя кивнула головой: - Знаю, много. Но вечером луковица была абсолютно свежей. А к утру аж почернела. Разве такое возможно всего за одну ночь? - По всей видимости возможно. Но этому могут послужить разные причины. Не придавай всему мистического значения. Они пересекли проезжую часть на зеленый свет светофора и направились вниз по тротуару. - Но так или иначе я не могу игнорировать тот факт, что почти не могу спать в последнюю неделю. Понимаешь, что-то изменилось в моем доме, он перестал быть уютным, его стены стали холодными и безжизненными. Собака странно себя ведет…Знаешь, я уже готова поверить во что угодно! Миновав сеть магазинов, расположившихся по правую руку от них, две девушки свернули на небольшую асфальтированную дорожку, ведущую к возвышавшимся в стороне от проезжей части девятиэтажкам. - Ты сказала что собака странно себя ведет… - Она постоянно скулит и не находит себе места. А среди ночи порой ни с того, ни сего начинает гавкать и метаться по квартире. Тина вздохнула, выпустив в морозный воздух облачко пара: - Я не знаю подруга, правда. Но я не особо верю в паронормальные явления. Всему есть логическое объяснение, нужно только потрудиться его найти. Дальше они шли молча. Настя поджав губы разглядывала угрюмые стены девятиэтажек, обступивших их со всех сторон. Серую поверхность стен покрывали разнообразные граффити. Подростки, живущие в этих дворах, явно злоупотребляли рисованием. - Сегодня вечером планирую устроить небольшую фотоссесию, - нарушила образовавшуюся тишину Тина: - Надо обновить фотки в мире, а то от старых уже тошнит. Да и в контакт не помешает закинуть парочку. Поможешь мне? Настя пожала плечами: - Помогу. Мне и самой давно уже пора сменить аватар. - Вот и отлично, - Тина достала новую сигарету и вставила ее в уголок рта. Настя подумала о том, что ее подруга слишком много курит: - Значит к шести часам я у тебя. У подъезда своего дома Настя распрощалась с подругой. Тина жила двумя кварталами ниже. Пообещав друг другу встретиться вечером они разошлись в разные стороны. Оказавшись в полутемном подъезде Настя поднялась на первый этаж и нажала кнопку вызова лифта. Откуда-то с верхних этажей раздалось тихое гудение и лифт лениво двинулся вниз. Дожидаясь его Настя теребила воротник куртки. Со стороны могло показаться что девушка сильно нервничает. Прошло около полминуты, прежде чем двери лифта приглашающе распахнулись перед девушкой, обнажая за собой тесную, тускло освещенную электрической лампочкой кабинку. Стены здесь тоже были исписаны – в основном всякими непристойностями и матерными словами. К правой стенке лифта была прикреплена небольшая панель управления, на истершихся кнопках которой едва проступали номера этажей. Настя нажала нужную кнопку и лифт дрогнув начал движение вверх. Облокотившись о стенку лифта девушка принялась ждать. Пол под ногами вибрировал. Настя безразличным взглядом скользила по исписанным стенам. Вентиляции здесь практически не было, поэтому тесное пространство лифта было заполнено просто ужасными запахами, от которых у девушки иной раз начинала кружиться голова. Впрочем, в лифтах всегда грязно, всегда неприятно пахнет и всегда тусклый свет. Это можно было смело причислить к специфическим особенностям всех лифтовых кабинок, в любом доме или районе. Всегда одно и тоже. Достигнув девятого этажа, кабина снова дрогнула, останавливаясь. Секунду спустя двери пришли в движение, обнажая за собой освещенную лестничную площадку. Здесь в отличие от лифтовой кабинки было более-менее чисто. По крайней мере если на полу и валялись бычки от сигарет и фантики от жвачек, то их было сравнительно меньше. На покрытых до середины голубой краской стенах не было ни единой пошлой надписи. Вообщем сразу было видно – подъезд старались содержать в относительной чистоте. Настя шагнула на площадку и подойдя к своей двери, извлекла из кармана ключ. Просунуть его в замок у нее получилось только со второй попытки – промерзшие на холоде руки дрожали, а онемевшие пальцы практически ничего не чувствовали. Дважды провернув ключ вокруг себя, Настя распахнула дверь и шагнула внутрь квартиры. В прихожей ее уже встречала Ада – здоровенная немецкая овчарка, живущая с ними с тех пор, как настины родители переехали сюда. Увидев хозяйку собака залилась радостным лаем, выписывая круги перед девушкой. Настя наклонившись провела ладонью по жесткой шерсти животного, отчего Ада заголосила еще кромче, выражая свое удовольствие. Разувшись девушка прошла в кухню, где первым делом поставила закипать чайник. После прогулки по зимней улице ей просто необходимо было согреться. Потом насыпала собачьего корма в стоявшую рядом с раковинной миску Ады. Собака немедля принялась за еду, а Настя опустилась на стул, обхватив голову руками. В тишине, нарушаемой лишь чавканьем Ады, да посапыванием закипающего чайника, квартира вдруг показалась ей очень мрачной. Холодные стены словно давили на девушку, медленно подступали к ней, сжимая пространство комнаты до невообразимо маленьких размеров. Воздух казался невыносимо тяжелым, а по спине без всякой на то причины гулял отвратительный холодок. Чувство что она здесь не одна, что кто-то постоянно наблюдает за ней не проходило уже на протяжении двух дней, только усиливаясь со временем. Тяжелый и недобрый взгляд, какой бывает у хищных животных, когда они смотрят на свою добычу. Он словно вгрызается в тело, проникает внутрь, всюду распространяя свое ледяное дыхание, заставляя стынуть кровь в жилах, парализует, лишая последней возможности на защиту. Так словно… Словно на тебя смотрят из другого мира… Настя резко вскинула голову, устремив взгляд в прихожую, затянутую серой дымкой царившего там полумрака. Отсюда ей была видна половина старой вешалки для верхней одежды и висевшее на стене широкое зеркало. На вешалке висела уже покрывшаяся мокрыми потеками от растаявшего снега ее собственная куртка. Рядом с ней ютилось старое пальто матери, которое она неизвестно почему не выкинула еще в прошлом году, а чуть поодаль несколько осенних ветровок, которые Насти давно уже следовало переместить на свою полку, по крайней мере до тех пор, пока на улице не растает снег. На полу, рядом с вешалкой стояли черные кроссовки и две пары домашних тапочек. Пронзительный свист закипевшего чайника заставил девушку вздрогнуть. Ада в свою очередь тоже оторвала морду от миски, взглянув в сторону внезапного звука маленькими, черными глазками. - Черт, - выругалась Настя и поднявшись со стула выключила чайник. Потом достав из серванта бокал, она налила в него горячего чаю и вновь вернулась на стул. Собака закончила с едой и теперь устроившись на полу внимательно наблюдала за своей хозяйкой. Одно ухо овчарки стояло торчком, другое склонилось набок. Маленькие, черные глазки овчарки в такие моменты горели просто непередаваемым любопытством. Теплые стенки бокала быстро согревали пальцы. Горячая жидкость внутри желудка разливалась приятным теплом и вскоре Настя уже полностью согрелась. Нужно проверить почту, подумала девушка допивая остатки чая. Наверняка там скопилось уже достаточно много непрочитанных писем. И как минимум есть парочка от Жени, а то и больше. - Ну что, - произнесла девушка обращаясь к собаке, все еще изучавшей ее внимательным взглядом: - Пойдем быстренько забежим на майл ( имеется в виду адрес сайта www.mail.ru ) а после пойдем выгуляем тебя? Поднявшись изо стола девушка вышла из кухни…. Глава 2 Ада подняла голову и посмотрела в пустой коридор. Собака видела прихожую иначе, не так как люди. Одно ухо овчарки склонилось набок, второе же продолжало стоять торчком. Для собаки не было темных мест – идеально приспособленный для темноты глаз животного отчетливо видел каждую деталь погруженной сейчас в полумрак прихожей, выделял каждый аспект, вплоть до маленьких соринок на полу, осыпавшихся с обуви. Царившая сейчас тишина в квартире для собаки была какофонией разнообразных звуков – она слышала как кто-то ходил по комнате этажом ниже, слышала хлопанье подъездной двери внизу, слышала отдаленный гул машин, доносившийся с проезжей части. Все эти звуки были привычны для овчарки, они повторялись изо дня в день и она уже давно привыкла к ним. Для собаки почти никогда не бывает тишины. Хозяйка мирно спала на диване. Одна ее рука свешивалась вниз, на пол, пальцами касаясь ламинированного покрытия. От нее исходил знакомый запах, запах человеческого тела, который наверное могла почувствовать только собака. По этому запаху она мгла найти ее где угодно, узнать из тысячи, из миллиона людей. По этому запаху она могла отследить ее путь за сотни километров, узнать любой предмет которого она касалась. Правда сейчас Ада еще чувствовала беспокойство в запахе хозяйке. Собака не могла понять его причину, ей никогда не снилось сновидений, потому не смогла понять что тревожит хозяйку. Ада поднялась на лапы и осмотрела комнату. Здесь все было также как и всегда, все стояло на своих местах и хранило свои запахи. Столик у окна все также пах полированным деревом, цветы на окне источали тонкий, едва ощутимый даже для собаки аромат. Пачка листов А4 а столе пахла типографской бумагой… Ада продолжала осматривать и обнюхивать комнату, когда взгляд ее снова остановился на хозяйке. Над девушкой висело большое, серое пятно. Его не было раньше, Ада никогда его не видела, потому скособочившееся было ухо снова встало торчком, а нос стал двигаться, настороженно принюхиваясь к новому объекту. Что-то плохое исходило от него на каком-то неуловимом уровне, что-то, что заставляло тревожно звенеть колокольчики чутья в ее голове. Ада еще раз глянула на пятно. Нет, его не должно здесь быть, оно плохое и почему оно висит прямо над хозяйкой? Собака тихо заскулила и медленно двинулась к дивану. Рука Насти все еще лежала на полу и подойдя ближе Ада начала облизывать кончики пальцев. Просыпайся хозяйка! Нужно бежать! Опасность! Опасность! Настя заворочалась во сне. Серое пятно продолжало висеть над диваном и теперь Ада могла чувствовать его запах. Запах смерти, резкий и отчетливый трупный смрад исходил от него, словно в нем подохли тысячи кошек и теперь разлагались, так никем и не похороненные. Ну же, вставай! Пора бежать! Хозяйка в опасности! Нужно что-то делать! Наклонившись еще ниже Ада легонько куснула Настю за палец. Это был ОЧЕНЬ ПЛОХОЙ ПОСТУПОК, собака не должна кусать свою хозяйку, но Ада сделала это стыдливо прижав уши и подобрав под себя хвост. Сделала потому что только так она могла разбудить ее и увести от неведомой угрозы. Настя снова заворочалась, а потом наконец открыла сонные глаза. Посмотрев на овчарку она потрепала ее по ушам и убрав руку, снова закрыла глаза. Ада бессильно заскулила, но когда она снова подняла морду – серого пятна больше не было. Вместе с ним исчез и ужасный запах, трупная вонь, и только тревога внутри продолжала барабанить по нервам животного. Сделав несколько оборотов вокруг себя овчарка улеглась рядом с диваном и положив голову на лапы громко выдохнула. Если это пятно вернется – она почувствует его и разбудит хозяйку…. Глава 3 Как и договаривались, в шесть часов Тина была у Насти. За окном уже вовсю смеркалось, вечер вступал в свои права, обещая после себя холодную, зимнюю ночь. Пока Настя собиралась, Тина играла с овчаркой. Хотя играла это мягко сказано – здесь более уместно было бы выражение доводила ее до белого коления, хватая за уши и теребя шерсть на загривке. Ада громко гавкая выписывала круги возле девушки, норовя цапнуть ее за руку, но шустрая Тина вовремя одергивала ее, чем еще больше злила собаку. Хотя, злость здесь не совсем подходящее слово, Ада просто психовала что не может схватить руку девушки, а так игра нравилась им обоим. Тину Ада знала как свою, поэтому никогда не осмелилась бы укусить девушку посерьезному. Настя надела свою черную куртку, со множеством замочков и молний, завязала на шее украшенный черепами розовый шарф. Общий наряд довершили кожаные обрезки, севшие на маленькие руки девушки как влитые. Закончив одеваться Настя взглянула на себя в зеркало и оставшись довольной отражением повернулась к Тине: - Я готова. Тина вскинула руку с часами к лицу, с напускной серьезностью всмотрелась в циферблат: - Итого, пятнадцать минут, тридцать секунд, - накрашенные розовой помадой губы Тины расплылись в улыбке: - Ты прогрессируешь, в прошлый раз было шестнадцать минут. - Да ладно тебе, - парировала Настя: - Ты у зеркала и по сорок минут проводишь. Ада, воспользовавшись моментом, схватила отвлеченную разговором Тину за рукав. Последняя тут же переключила внимание на собаку, пытаясь отстоять свою куртку. Настя с улыбкой наблюдала за этим. По собственному опыту она знала силу хватки немецкой овчарки. Наконец Тине все же удалось забрать рукав у разыгравшейся собаки и тут же выскользнула за дверь. Ада проводила ее громким лаем и уселась у двери с гордым видом победительницы. Настя потушила свет в прихожей и вслед за подругой вышла в подъезд. Тина к тому времени уже вызвала лифт и сейчас стояла поперек прохода, не давая дверям закрыться. Защелкнув дверной замок Настя двинулась к подруге. Тина отступила в сторону, давая ей пройти, а после и сама нырнула в лифтовую кабинку. Нажав кнопку первого этажа она облокотилась о стенку, задумчиво рассматривая похабные надписи, которыми здесь было расписано все, сверху донизу. - Лифт это двигатель информации, - наконец изрекла она, вскинув голову к потолку, чистому пожалуй лишь потому, что на нем очень неудобно что-то писать: - Прав был Галыгин, ой как прав. Настя рассмеялась. На первом этаже кабина дрогнула и остановилась. Секунду спустя створки дверей раскрылись, пропуская девушек наружу. Морозный воздух ударил в лицо едва распахнулась дверь подъезда. С неба все еще летел мелкий снежок, всюду куда ни глянь красовались белые сугробы. Двор был почти пустым, редко где можно было кого-нибудь встретить, в такой мороз все предпочитали сидеть дома. Настя усмехнулась про себя – все кроме их чокнутой компании. - Просто отличный пейзаж для новых фотографий, не находишь? – радостно произнесла она полной грудью вдыхая морозный воздух и вскинув вверх голову подставила лицо навстречу летящим с неба снежинкам. - Никандра с парнями у начальной школы, - произнесла Тина закончив радоваться снежной погоде: - Так что нам туда. Снег заскрипел под ногами. Сегодняшним вечером они были первыми, кто оставлял следы на заметенной снегом дороге. Темноту двора разгоняли отблески света из окон домов, на небольшим магазином, расположенном в соседнем доме горела яркая лампочка. Летящий с небес снег в ее свете был особенно красив. - В воздухе пахнет праздником, - произнесла Настя, глядя на переливающиеся в свете магазинной лампочки снежинки. Скоро Новый Год, подружка. - Ага, - тут же отозвалась Тина: - Уже через неделю. Что ты мне подаришь, подружка? - Не скажу, - засмеялась Настя: - Иначе это испортит весь сюрприз. Так что мучайся. Недолго осталось. Тина шутливо надула губки: - Я же от любопытства помру! Тебе ли не знать какая я любопытная? - Не помрешь, - рассмеялась Настя: - Переживешь как-нибудь. А если не переживешь то придется подарок оставить себе. - Ну уж нет! – воскликнула Тина: - Не дождешься! Начальная школа расположилась за дворами, через дорогу и пользовалась среди местных жителей дурной славой. По словам говорливых бабулек, весь день просиживающих на лавочках у своих подъездов там постоянно собирались шумные компании молодежи. Пьють, безобразничають. Все это конечно было так, с одной лишь разницей – что в известном смысле этого слова там никто не безобразничал. А пьют…Ну где сейчас можно найти подростка, который отказался бы выпить несколько бутылок пива в компании друзей? Асфальт дороги покрывала тонкая корочка льда. Машин почти не было, поэтому подружки без особого труда преодолев проезжую часть зашагали по тротуару с другой стороны. Свернув у знака «Осторожно, дети!», они оказались на узкой тропинке, ведущей к воротам школы. Из-за забора уже доносились знакомые голоса. - Судя по крикам, парни уже навеселе, - констатировала Настя, вслед за Тиной пробираясь в узкую щель в заборе. Раньше здесь был детский сад, а уже позднее его переделали в школу. Двухэтажное здание, с покатой красной крышей и большими квадратными окнами. От земли, ко вторым этажам вели широкие лестницы, с высокими металлическими перилами. На одной из таких лестниц и расположилась сейчас «шумная компания» к которой направились Настя с Тиной. - О, кто к нам пришел! – раздался в темноте звучный мужской голос. Это Максим, или просто Макс – высокий парень с длинными волосами и пропирсингованной донельзя нижней губой. - Пришли, а ты что, против? – шутливо шикнула на него Тина. - Да нет, что ты! Мы только за! Макс отошел в сторону, давая девушкам подняться на лестницу. В правой руке он держал маленький пластиковый стаканчик. В воздухе явно чувствовался запах алкоголя. За Максом, на небольшой площадке на корточках расположился Леха, его закадычный друг. - Привет девчонки! – прозвучал звонкий голос Никандры, а следом и она сама вынырнула из темноты, на лестничную площадку. Поочередно поцеловав Настю с Тиной она отступила на шаг и произнесла: - А мы вас заждались уже. Где вас черти носят? - А вон, красавица все с зеркалом расстаться не могла, - махнула рукой Тина в сторону Насти: - А вы я здесь вижу водочку попиваете втихаря? Тина осветила соткой площадку, на которой тут же появились из темноты початая бутылка славянки и бутылка Кока-Колы. - Водку пьют гопари, - назидательно произнес Леха, поднимаясь с корточек: - А нефоры пьют «отвертку». И к тому же мы греемся просто. Вы, кстати, присоединиться не желаете? Тина взглянула на Настю. - А почему бы и нет? – ответила та. - И правда, почему нет? – оживилась Тина: - Решено, присоединяемся. - Вот и правильно, - Леха вмиг наполнил стаканчики водкой до середины, а потом залил все это колой: - Только размешивать пальчиками придется. Десертных ложек у нас увы нет. - Ладна уж, - произнесла Тина, принимая стакан: - Справимся как-нибудь. «Отвертка» обожгла горло приятным теплом. Настя сделала еще глоток, а потом отставила стакан в сторону. - Мы, кстати, сегодня фотосейш планируем, - Тина повернулась к Никандре: - Ты не желаешь немного увековечить свою красоту? - Конечно желаю, - тут же отозвалась Никандра, встряхнув своими длинными, черно-красными волосами: - Я как чувствовала сегодня – полтора часа просидела начесывая хаер. - Ха! Вот и славно! Сейчас только от комплексов излечимся немного, - Тина кивнула на стакан с «отверткой»: - И пойдем. И вообще – за удачную фотосессию! Тина подняла бокал вверх. - За удачную фотосессию, - согласилась Никандра. - За удачную, - поддержала Настя. Настя глотнула коктейля в пластиковом стаканчике. «Отвертка» шла легко и просто. По телу уже начало распространяться ободряющее тепло. - Вас, кстати, тоже можно взять, - обратилась Никандра к парням: - Для фона. - Нет, - отрезал Макс: - Я с пьяной рожей фоткаться не буду. - Ну и ладно, - буркнула Тина и снова уткнулась в пластиковый стаканчик. - А ты чего такая смурная? – спросил Леха, подливая Насте в стакан горячительного. - Не выспалась, - отозвалась девушка: - Что-то мешает мне спать. - Что? – парень протянул стаканчик Насте. - Не знаю, - пожала плечами девушка. Спиртвое уже начинало дурманить ей голову: - Что-то. Просыпают по ночам и сама не знаю отчего. Еще пару глотков и Настя уже чувствует себя совсем хорошо. Холод исчез, осталась лишь красивая зимняя улица и компания друзей, в которой ей весело и легко. - Похоже на паронормальные явления верно? – Леха усмехнулся в темноте: - Они не появляются просто так. - Да? – Настю заинтересовал разговор: - А как же они появляются? - По какой-нибудь причине. По разным причинам, точнее. Но причина есть всегда. И к ней лучше отнестись очень серьезно – с таким лучше не шутить. Настя посмотрела на парня. Худой, длинноволосый, с пирсингом в губе. Крашенные в черный волосы слегка припорошило снегом. На черной куртке поблескивают металлические клепки, а на шее висит толстая, серебряная цепь. - Почему не шутить? Что может случиться? – Настя заметила что голос у нее стал расслабленным и слегка вялым. - Ну, к примеру, проснешься ты ночью, а рядом с тобой лежит парень. Ты займешься с ним сексом, а на утро подумаешь что это был просто классный сон. А потом начнутся болезни и всякое такое… Парень уткнулся в стакан, а Настя задумалась, представляя себе как она просыпается ночью – в комнате темно и жарко, в воздухе висит странное напряжение, а рядом с ней кто-то лежит. Кто-то, кого там быть не должно. Она поворачивает голову и видит что это красивый парень, только вот в глазах его нет ничего человеческого. Они светятся в темноте странным огнем… Вздрогнув всем телом девушка вернулась в реальность. Стакан в ее руке еле заметно дрожал. Настя поднесла его ко рту и сделала сразу несколько больших глотков. «Отвертка» полилась в желудок, расслабляя нервы. - Ну что, - произнесла Тина оглядывая полупьяную компанию: - Пора фотографироваться! Никандра поддержала девушку и вся компания направилась вниз. - Сначала сделаем пару эффектных фоток на фоне «Slipknot», - голосила Тина: -Вы, господа, - обратилась она к парням: - Раз не желаете фотографироваться, будете фотографами. Потом перебазируемся к «расписной» стене. Под «расписной» стеной Тина подразумевала западное крыло школы. Стены там были сплошь исписаны разнообразными граффити, каждый считал за честь оставить там свой след, потому стена и получила такое название. Тина заняла позицию у стены. Встав посередине надписи «Slipknot» она вытянула вверх руки и расставила ноги на манер звезды. Фотоаппарат щелкнул, последовала яркая вспышка. Первый кадр был сделан. Тина сменила позу. Теперь она стояла облокотившись о стену спиной и опустив голову смотрела вниз. Правую руку она поднесла к лицу, словно любуясь собственными ногтями. Снова вспышка. Потом еще и еще. Тина только успевала меня позиции – в этом плане фантазия у нее работа бесперебойно. Наконец немного утомившись она уступила место Насте. Девушка подошла к промерзшей стене и став спиной к объективу, прислонилась к стене. Правую руку она положила на стену, рядом с буквой «S», а голову повернула к камере. Пару секунд томительного ожидания, позировать всегда сложно, и ночь взорвалась яркой вспышкой, больно ударившей по глазам. Темнота, следом за ней запестрела разноцветными кругами. Настя моргнула несколько раз, возвращая способность нормально видеть, потом сменила положение. Произошло еще несколько вспышек и Настя отошла от стены. Больше она не хотела фотографироваться. Тина с Никандрой сделали еще пару десятков кадров – флэшка в фотоаппарате у Тины объемная, потом перебазировались к «расписной» стене. Спиртное делало свое дело – организм Насти постепенно переходил в расслабленное состояние. Окружающий мир приобрел какие-то иные, новые краски словно она вдруг сняла очки, которые носила всю жизнь. В темноте мелькали вспышки фотоаппарата, слышались радостные крики друзей, шутливые переругивания – все это вдруг стало для нее таким далеким, словно слышалось из другой вселенной. Затуманенный «отверткой» разум теперь находился в другом, своем мире, медленно увлекая девушку в прошлое, заставляя заново переживать уже случившиеся события и в то же время давая возможность оценить их, сделать какие-то выводы, увидеть свои собственные ошибки. Алкоголь всегда действовал на нее подобным образом, вгоняя в расслабленно-депрессивное состояние… Настя поднесла сигарету ко рту и сделала небольшую затяжку. Уголек ярко вспыхнул в темноте, а потом вновь потускнел. Девушка выпустила в морозный воздух струйку дыма. Окидывая взором заснеженный двор начальной школы она вдруг подумала о том, как много воспоминаний хранится здесь. Каждый камень, каждый изгиб школьных стен пропитан ими как губка. Хорошими или плохими – неважно, главное что все здесь хранило крупицы ее воспоминаний, хранило, чтобы в моменты подобные этому воспроизводить в голове картины давно прожитых дней, с головой погружая в водоворот сказочного, поддернутого легкой дымкой романтики прошлого. Ведь именно здесь они гуляли с Тиной будучи еще совсем детьми. Именно здесь они играли в снежки и лепили снеговиков, радостные и мокрые, все в снегу, с ног до головы, с съехавшими набок шапками и обветренными губами. С раскрасневшимися лицами и веселыми улыбками. ( - Ты будешь моей сестрой? - Да, а ты моей? - Да. Но нам нужно пройти испытание. Ты готова это сделать? - Я готова на все ради тебя… - Тогда давай пройдем испытание и станем сестрами…) Настя вдруг задрожала всем телом. Уголек сигареты заходил кругом в темноте. Именно так она дрожала в тот далекий день, произнося фразу «я на все готова ради тебя». В тот день когда две подружки-пятиклассницы прошли «суровое» испытание, для того чтобы стать сестрами. Девушка улыбнулась вспоминая тот день. Как давно это было…С тех пор они сильно изменились, стали другими, по другому стали смотреть на мир. Но Тина и правда стала ей родной сестрой. Что-то изменилось в тот день, когда они, взявшись за руки, торжественно и громко произнесли: - Мы СЕСТРЫ! Что-то изменилось – словно по их пальцам, скользнула невидимая нить, оплетая их и стягивая вместе. И с тех пор эта нить ни разу не рвалась… Они росли вместе – вместе переживали подростковые годы, вместе лили слезы о неразделенной любви, вместе мечтали о будущем, о том далеком дне когда они станут взрослыми. Тина, в отличии от родителей Насти, всегда была рядом. - Почти как сестра…-тихо произнесла Настя в темноты, глядя на покрытые снегом ступени школьных лестниц. - Эй, ты чего там стоишь?! Идем к нам, - голос любимой подруги вырвал Настю из раздумий. Девушка, непонятно зачем, в последний раз глянула на заснеженную лестницу, а потом повернувшись быстро зашагала к немного опьяневшей от «отвертки» и красивого зимнего вечера компании. Встав у «расписной» стены она обеими руками обняла Тину с Никандрой и притянув их к себе скорчила забавную гримасу в камеру. Снова засверкали фотовспышки, словно невесть откуда взявшаяся посреди зимы молния… Глава 4 Веселые и замерзшие, Настя с Тиной держась за руки шагали домой. Было около одиннадцати вечера, и без того немноголюдные из-за холода дворы теперь и вовсе опустели, а снег наконец прекратился и теперь лишь скрипел под ногами. Темнота шелковым покрывалом стелилась над ним, словно защищая от чего-то, а в холодном морозном воздухе явно чувствовалась предпраздничная атмосфера. Ведь Новый Год все через неделю. Настя вдруг подумала что сегодня она совсем не хочет оставаться одна, что сегодня слишком хороший вечер, чтобы испортить его одиночеством. Хмель еще не совсем выветрился из головы, настроение у девушки было веселое и легкое и потому оставаться сейчас одной ей хотелось меньше всего. - Слушай, Тина, может сегодня переночуешь у меня? Мне сейчас будет ужасно скучно одной, учитывая то что в таком состоянии я еще не скоро смогу уснуть, - Настя остановилась у своего подъезда, так и не выпустив руку Тины из своей. С ветки одного из деревьев, растущих у подъезда свалился комочек снега и рассыпался по волосам девушки. Настя засмеялась, свободной рукой стряхивая с себя снежинки. Тина закусив губу смотрела на Настю. Прошло около половины минуты, прежде чем она произнесла: - Ты представляешь что будет, если я в таком виде пойду отпрашиваться у матери на ночь? Тем более что от меня спиртным и сигаретами за километр разит. - Так ты просто позвони, - улыбнулась Настя чувствуя как ее пьяное состояние уступает место просто расслабленному. Мозг постепенно возвращал себе способность трезво мыслить: - Хочешь я тебе даже телефон дам? - Нет, - улыбнулась Тина, опуская руку в карман: - Я позвоню со своего. Набрав номер она приложила трубку к уху. Пока Тина ожидала соединения Настя любовалась блестящим под ногами в свете уличного фонаря снегом. Настя очень любила зиму, считая ее сказочно-красивым временем года. Жаль только что снега в ее городе зимой так мало. - Алло, мам? Приветик. Слушай, я останусь сегодня у Насти… Тина замолчала прислушиваясь к голосу в трубке. - Да мама, я прекрасно знаю что завтра в школу. Пойду сразу от Насти. Снова воцарилось молчание, на протяжении которого Настя катала ногой комочек снега. - Хорошо, ладно. Ладно, я поняла. Хорошо. Тина убрала трубку от лица и повернувшись к Насте произнесла: - Все улажено – я остаюсь сегодня с тобой. - Тогда идем быстрей, я ужасно замерзла. Они поднялись на девятый этаж, Настя дрожащими руками вставила ключ в замок. Из-за двери раздался лай овчарки, который тут же перешел в радостный визг, едва открылась дверь. Насте пришлось прикрикнуть на нее, чтобы собака не вертелась под ногами, мешая раздеться и Ада с обиженным видом отступила в сторону. Теплая квартира, после холодной улицы казалась пределом всех мечтаний. Хотя пожалуй она бы сейчас еще не отказалась от добавочной порции алкоголя, потому как «отвертка» с каждой секундой ослабляла свое действие, а ей хотелось чтобы сегодня все было легко и просто. Пока Настя копошилась на кухне, подогревая чайник и делая бутерброды, Тина уже обосновалась в зале. Включив телевизор она теперь перещелкивала каналы в поисках чего-нибудь интересного. Закончив наконец с приготовлениями Настя поставила на поднос две чашки с горячим чаем, тарелку с бутербродами и двинулась в зал. В коридоре ее занесло на повороте, из чего девушка сделала вывод что алкоголь еще все же действует. Оказавшись в зале, она поставила поднос на небольшой столик, а после устроилась рядом с Тиной на диване. По ТНТ крутили какую-то тургомотину. Настя безразличным взглядом скользнула по экрану, а потом повернулась к подносу. Есть хотелось ужасно. Тина в свою очередь тоже не отставала от Насти, поэтому уже совсем скоро поднос опустел. Теперь – сытые и согревшиеся, они чувствовали себя прекрасно. Пододвинувшись поближе, Настя обняла Тину. Вечер уступал место ночи. Тихой, прекрасной зимней ночи. Снежные тучи немного рассеялись и сквозь них проступила луна. Ее мертвенно-бледный луч светил сейчас к окно, расползаясь на полу небольшим светлым пятнышком. - Отличный был вечер, - вполголоса произнесла Настя, наблюдая за тем, как на экране телевизора самодовольная хозяйка с пожалуй чересчур радостной улыбкой рекламировала новое средство для мытья посуды. Рядом с ней стояла гора этой самой посуды, сверкавшей сейчас как новогодние кубики льда. - Ага, - отозвалась Тина: - Завтра надо будет обновить фотогалерею в мире. Думаю шквал новых оценок нам обеспечен. - Никандре повезло больше всех, - наигранно вздохнула Настя: - Она лапочка, идеально на всех фотках выходит. Хотя наши фотки тоже получились сравнительно неплохими. Настя некоторое время помолчала, а потом добавила: - А Никандре надо идти в модели. Тина засмеялась: - Ты же знаешь, Никандра терпеть не может гламурного стиля одежды. А ты представляешь как ее там разрядят? У нее, бедняжки, сердечный приступ случиться, едва она в зеркало взглянет. Усталость и спиртное делали свое дело и вскоре Настю потянуло в сон. Придвинувшись поближе она еще крепче обняла Тину и закрыла глаза. Было приятно чувствовать ее тепло, вдыхать запах ее тела. Ощущать под своими пальцами ее нежную кожу, чувствовать как вздымается грудь при дыхании. Неожиданно Настя поняла что возбудилась – внизу живота появилось и теперь с каждой секундой нарастало горячее желание. Сердце застучало быстрее, а тело охватила мелкая, едва заметная дрожь. Настя получала удовольствие только от одной мысли, что лежит сейчас плотно прижавшись к своей подруге. От волос Тины пахло талыми снежинками. Почти против воли рука Насти начала медленно двигаться, поглаживая плечо подруги. Дыхание сбилось, а во рту стало совсем сухо. В низу живота что-то кольнуло и Настя почувствовала что в трусиках у нее становится мокро. А в следующую секунду она решительно отодвинулась от Тины и повернувшись на другой бок закрыла глаза. Однако сердце ее еще долго бешено колотилось, не давая уснуть… Глава 5 Тишина в классе сегодня просто поражает, подумала Тамара Ивановна, медленно прогуливаясь между рядами парт. Ее каблуки отчетливо стучали по покрытому линолеумом полу. За окном еще не совсем рассвело, поэтому в классе горел свет. - Правильно Вика, а теперь найди последнюю составляющую, - обратилась Тамара Ивановна в низенькой, полной девочке, стоявшей сейчас у доски. Та уже минут двадцать пыталась решить уравнение, чем изрядно раздражала учителя. Потому что скоро кончается полугодие, нужно выставлять оценки, а вот за что их ставить? Большинство девятиклассников элементарно не могут решить средней сложности математическое уравнение. Уровень знаний почти нулевой, многие даже пишут с ошибками. Не дай бог нагрянет комиссия с района – Афоне, их директриссе всыпят по первое число, а она в свою очередь оторвется на преподавательском составе. Потому что если ученики ничего не знают, значит учителя их плохо учат. Разве кого волнует что учиться не хотят сами школьники? Посещаемость уроков среди старших классов самая низкая, даже сейчас на уроке присутствует меньше половины класса. Для некоторых уже начались каникулы – они попросту не приходят, считая что после сдачи контрольных в школе делать нечего. Потому что их никто не наказывает, подумала Тамара Ивановная, наблюдая как девочка мнется у доски, не зная что писать дальше. Большинство родителей целыми днями пропадают на работе, совершенно не интересуясь своими детьми. Приходят раз в год на собрание и начинают громко удивляться тому, что их ребенок перестал учиться. А чего бы ему не перестать – он предоставлен самому себе. А ребенок, за которым никто не следит неизбежно начинает портиться. Безнаказанность заставляет его думать что позволенное все, заставляет забывать о ответственности. А учителя лишь могут ставить двойки, да расписывать дневники жалобами, которые все равно не дойдут до родителей. - Ладно, садись, - вздохнула Тамара Ивановна: - На нормальную оценку в четверти можешь не рассчитывать. Девочка положила мел на подставку и спешно вернулась на свое место за партой. На лице ее читалось огромное облегчение. Тамара Ивановна оглядела класс. Кому-то придется дорешать уравнение и это сделает… Ее взгляд остановился на задней парте, за которой как всегда сидела неразлучная парочка – Настя и Тина. Типичный пример безнадежности, подумала учительница математики в старших классах. Одеваются как не пойми кто, на уроках ничего не слушают, грубят учителям. Настя – та и вовсе спит во время уроков, разложившись на парте. - Софитина! Анастасия, ваша светлость меня слышит? Девушка подняла голову и сонным, недовольным взглядом уставилась на учительницу. Длинная челка растрепалась и теперь стояла торчком. - Думаю вы закончите уравнение. А заодно решим какую оценку вам поставить. Из этой девушки не вырастет ничего хорошего, подумала Тамара Ивановна, провожая взглядом шагающую к доске Настю. - Ты следующая, так что готовься, - бросила она Тине и двинулась к учительскому столу. Последняя скорчила ей в спину рожицу и вновь уткнулась в сотовый телефон. Настя стояла у доски зажав двумя пальцами кусочек мела и задумчиво вглядывалась в напоминающие ей китайскую грамоту строчки уравнения. С первого взгляда ей было понятно – решить она его не сможет. Поэтому теперь математичка продержит ее у доски минут двадцать, понаслаждается тем как она будет мямлить перед всем классом, а в конце влепит ей двойку. И хорошо еще, если не четвертную. - Ну, в чем дело Софитина? Вы не знаете как решается это уравнение? Вот это подчеркнуто-холодное обращение на вы, злит меня больше все – подумала Настя, нервно покручивая мел пальцах. Математичка издевается над ней и даже не пытается скрыть этого. - Нет, - ответила Настя, решив что лучше она сразу получит неудовлетворительную оценку, чем будет краснеть перед всем классом: - Я не знаю. - Ты не знаешь потому что запустила программу обучения и запустила ее давно, - завела свою заунывно-гневную песню Тамара Ивановна: - Это уравнение за восьмой класс, неужели ты не можешь его решить? - Нет, - стиснув зубы произнесла Настя: - Я не могу. - Что же мне тогда ставить тебе в полугодии, а ? Что бы ты сама поставила себе? Ну вот, подумала девушка, еще быстрей закрутив в пальцах мел. Ответить мне нечего и она знает это. Ну чтож, наслаждайся. - Я не знаю. - Софитина, вы вообще знаете что-нибудь? У вас есть хоть капля ответственности? Что у вас за внешний вид, вы в школу пришли или на концерт? Настя молчала. Пускай математичка разглагольствует, ей явно это доставляет удовольствие. - Может мне пригласить завтра в школу твоих родителей и им рассказать о твоей успеваемости? Как считаешь? - Мама в командировке, - ответила Настя, стараясь смотреть куда угодно, только не в холодные маленькие глаза Тамары Ивановны: - А отец с нами не живет. - И ты предоставлена сама себе. Поэтому ты так плохо учишься. Твоя мать не следит за тобой, как это должно быть, ей похоже все равно кем вырастит ее дочь. Настя закусила щеку, чтобы не закричать на математичку. Она ненавидела когда трогали ее мать, но ругаться с Тамарой Ивановной сейчас ни в коем случае нельзя. Стоит ей сейчас раскрыть рот и она точно влепит ей двойку в четверти. - Посмотри на себя, как ты выглядишь, как одеваешься. Ты считаешь это нормальным для шестнадцатилетней девушки? – Тамара Ивановна указала рукой на ее черные джинсы, по бокам которых вытянулись две блестящих металлических цепочки. Да, я считаю это нормальным, мысленно ответила ей Настя. Очнись, дура, на дворе двадцать первый век. Школьная форма и кружок пионеров остались в семидесятых, вместе с твоей молодостью. Теперь другое время и другие взгляды на жизнь. - Ну что молчишь, Настя? Нечего сказать? Ну тогда я ставлю вам два, за незнание элементарных математических правил, а в четверти у вас судя по всему выходит три. Садись. Настя положила мел на место и двинулась к своей парте. - Я знаю, она сволочь, - шепотом произнесла Тина, когда девушка устроилась на стуле, рядом с ней. - Разговоры на задней парте! – в пустом классе голос учителя прозвучал подобно грому. Тина тут же притихла, не желая попадать под горячую руку, а Настя обхватила руками портфель и снова улеглась на парту. Две двойки за урок ей не поставят, так что терять по сути было уже нечего. Тамара Ивановна начала монотонно объяснять новую тему. Для Насти она словно говорила на незнакомом языке, поэтому девушка отвернулась к окну и погрузилась в свои мысли. Почти против воли в памяти тут же всплыл вчерашний вечер. То, что произошло вчера когда она лежала рядом с Тиной на диване не давало девушке никакого покоя. Она пыталась найти этому причину, наверное даже как-то оправдать себя, списывала свое внезапно возникшее желание на алкоголь, которого вчера выпила немало. Однако все это было и правда только оправданием, потому что та часть Насти, которая не желала их принимать, та противная ее часть, которая всегда говорила лишь правду, какой бы она не была, твердила ей что она уже не была пьяна к тому времени и все что происходило, было только по ее вине. Ты не была пьяна к тому времени, ты абсолютно трезво смотрела на окружающий мир и тем не менее тебе пришлось утром менять трусики, говорил этот злой ледяной голос и как бы Настя не старалась, ей все же приходилось его слушать. Потому что он был частью ее самой, пускай не самой лучшей, но все же частью. Настя не знала как называть ее – совестью, или может быть просто правдолюбивой сволочью, но так или иначе слушать ее приходилось. И паршивка не замедлила продолжить: Ну так ты скажешь мне, что ты чувствовала в ванной, когда меняла трусики? Это ведь был стыд, верно? Да, моя дорогая, это был именно он, потому как ни что больше не может заставить человека покраснеть. Тебе было стыдно, потому что ты захотела свою подругу. Потому что ты истекала соком, думая о том, как проводишь рукой по ее обнаженному телу, как целуешь его, прижимаешь его к себе. Ты думала о том, что у нее в трусиках, верно? Не спорь, ты ведь именно об этом думала. И тебе очень хотелось заняться с ней этим, верно? Ты готова была кончить от одного ее прикосновения и не отрицай этого. Этой ночью ты мечтала о том, чтобы ПОТРАХАТЬСЯ со своей лучшей подругой… Настя оторвалась от парты и оглядела класс. Она всегда делала нечто подобное, когда эта правдолюбивая паршивка слишком уж расходилась. Конечно это не заглушало ее издевательского голоса, но по крайней мере до поры до времени позволяло не обращать на нее внимания. Тамара Ивановна продолжала что-то монотонно бубнить, попеременно что то расписывая на доске. Слушали ее только гнездившиеся на первых партах отличницы, все остальные занимались чем угодно, но только не математикой. Учительница похоже не замечала этого, или же не хотела замечать. Настя подумала что ее, наверное, вполне удовлетворяет тот факт, что в классе царит почти полная тишина, а на остальное ей плевать. До конца урока оставалось еще минут двадцать. Двадцать минут невыносимой скуки, которой она всегда мучилась на уроках математики. Этому способствовали и ненавистная учительница и полное отсутствие интереса к предмету. Потому Настя вновь обхватила портфель руками и улеглась на парту, решив что будет думать о чем угодно, но только не о вчерашнем вечере. В конце концов ведь ничего такого уж слишком страшного не произошло – многие испытывают странные чувства к близким им людям и не видят в этом ничего плохого. Люди всегда испытывают странные чувства к друг другу, когда сближаются настолько, что становятся родными. И это уже не назовешь дружбой, это что-то большее, словно странная энергетическая связь которая всегда их соединяет, благодаря которой они всегда вместе, даже если между ними сотни, тысячи километров. И эта связь никогда не рвется. Потому что эти люди любят друг друга, любят по-настоящему и порой даже сами этого не осознают. Потому что любовь не вырастить исскуственно, она не приходит когда ее зовут, ее не привлечь и не отпугнуть. Она приходит сама, когда захочет и человек не в силах противостоять ей, ему остается лишь принять ее и найти в ней счастье… Любят, а не хотят. Не оправдывай себя, дорогая, вчера ты захотела Тину, а не прониклась к ней как к другу, это разные вещи и ты сама это понимаешь. Просто ты не хочешь признавать того, что вчера твоя любимая подруга, с которой вы катали снеговиков во дворе и прошли все ступени подросткового возраста, с которой вы уже шесть лет сидите за одной партой и с которой вы прошли «суровое» испытание чтобы стать сестрами, заставила тебя течь от желания. Ты не хочешь признать того, что вчера ты не смотрела на нее как на подругу, ты видела перед собой сексуальный объект, с которым тебе очень хотелось переспать. Настя закрыла глаза и мучительно вздохнула. Когда же кончится этот чертов урок! Но время, казалось, специально тянулось как резина. Солнце за окном уже поднялось над горизонтом, его первые, робкие лучики осторожно касались снежных сугробов, придавая им просто ослепительный блеск. Новый день только начинался и оставалось лишь надеяться что он не будет таким как предыдущие, не принесет с собой серой рутины повседневной жизни. Потому что нет ничего хуже однообразия. Снега сегодня не будет, подумала Настя, глядя на чистое, без единого облачка небо. Двадцать первое декабря, если она не ошибается, то это самый короткий день в году. И ей меньше всего хочется провести этот день в одиночестве. Снова тяжелый вздох, левая рука затекла. Тамара Ивановна кажется замолчала. Настя подняла голову и взглянула в сторону учительского стола. Так и есть, ненавистная математичка молчала, подперев рукой подбородок и уставившись в классный журнал. Вся доска была исписана иксами, игреками и прочей китайской грамотой. Наверное выставляет оценки, подумала Настя и стиснула зубы с такой силой, что они заскрипели. Тамара Ивановна оторвалась от журнала и посмотрела в сторону задних парт. Заметив лежащую на парте Настю она произнесла: - А вас, Софитина, что, задание учителя не касается? Немедленно приступайте к решению задачи! - Хорошо, хорошо, - какой задачи, подумала Настя, открывая тетрадь. Похоже она настолько увлеклась собственными мыслями, что прослушала как учитель дал задание. Ну, ничего, через пять минут прозвенит звонок, а пока она сделает вид что, что-то пишет. - Софитина, в конце урока принесете тетрадь на проверку, - снова прозвучал голос Тамары Ивановны. Принесу, принесу, подумала Настя, открывая тетрадь на последней странице. Двух двоек за один урок ты мне все равно не поставишь. Оставшееся время до конца урока Настя задумчиво выводила название любимой рок-группы, на последней странице тетради. Когда же прозвучал звонок, то она вместе с общим потоком одноклассников покинула кабинет математики, так и не показав тетради. Уже в коридоре, по пути на первый этаж девушка наконец смогла дать выход своему возмущению: - Чертова сука испортила мне все оценки в конце четверти! Я уверенна, она сделала это специально, потому что просто ненавидит меня! Чего уставились?! – шикнула Настя на небольшую стайку пятиклассниц, стоявших у дверей школьной столовой и вовсю глазевших на разбушевавшуюся старшеклассницу. Шагавшая рядом с ней Тина лишь злобно глянула в сторону любопытной «мелкоты Ваше мнение: Украинская Баннерная Сеть |
{v_xap_link1} {v_xap_link2}
{v_xap_link3} {v_xap_link4} |
kater - Почти как сестра
|
Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Ответственность за содержание произведений несут их авторы. При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.libra.kiev.ua/ обязательна. ©2003-2007 LineCore |
Администратор |