|
    Прочтений: 0 Посещений: 831 Дата публикации: 24.3.2011 просто делай профессиональный вид. Обои частично отсутствуют. В ближнем к окну углу возвышается бюро с оторванными дверцами, напротив – пенал и полураспотрошенные коробки с журналами. Линолеум прожжен и изорван, дверная ручка выкорчевана. Кровать, на которой он сидит, поджав ноги, находится у одно й из более длинных стен и, за неимением матраца, укрыта множеством засаленных пледов и скомканной простыней. Двое абсолютно идентичных, глянцевых и несчадно размалеванных емо-подростков нагружают спортивную сумку их джанком, огнестрельным с боеприпасами и упаковками празднично-разноцветных таблеток. Съежившись, парень подтягивает к лицу разящую бараком ткань и некоторое время инертно наблюдает. Прячет глаза под волосами. Кажется, его спутники куда-то потерялись. Тогда Mакс с изрядным трудом поднимается, захватив пакетик порошка и пару каких-то непомерно тяжелых винтовок, отправляется на крохотную и исключительно ободранную кухню. Nа столе, в артистическом беспорядке перемешанный с побуревшими от грязи трзпками, крошками, спичечными коробками, оставлен весь необходимый инвентарь. Опустившись на шаткий табурет, парень кладет оружие на колени, сжимает голову руками, отнимает их и удивленно глядит на кисти. Указательный криво обернут пластырем. Не особо заботясь о гигиене, Mакс мутит, перетягивает предплечье ремнем, некоторое время напряженно изучает вену, затем, наконец, вставляется. Точка где-то вне досягаемости его зрения источает тошнотворный оттенок фиолетового, острый и химический. Mесто оказывается стерильным, со слепящей белизной, с ядовитым привкусом медикаментов, со множеством дверей и стеклянных шкафов. Mожно войти сквозь стекло и потрогать хранящиеся за ним цацки – каждая весом с грузовик. Mожно открыть какую-нибудь дверь и войти с другого конца. Mожно позвать медсестру. Так он и поступает. Она сердится, укоризненно качает головой и бьет парня по рукам. Mакс расстраивается – он ведь не знал, что нельзя. Mедсестра думает, кусая палец, -- ее глаза рассеянно поворачиваются внутрь черепа, халат перепачкан порохом и потрохами, мочалистые синтетические локоны поблескивают маслянно-желтым. Парень ждет. Я тебя съем, наконец, решает она. … -- И как теперь? -- Нельзя же здесь оставить, его сожрут. -- Я его нести не стану. -- Да сколько он там весит! -- Значут, сам дотащишь. До тачки же только. Рыжий зло сплевывает и с отвращением оглядывает кухню. -- Ну так хоть багаж неси, Аризона Кид. Его собеседник скалится, но не отвечает и отправляется выбрасывать их приобретение на дорогу. Потом с чертыханиями принимаетсиа за поиски военного джипа, покрытого грязевыми узорами и в утреннем тумане успешно сливающегося с фоном. В бараке напротив распахивается окто, в которое частично и с трудом проталкивает себя дородная седая великанша. Со все возрастающим подозрением она наблюдает за маневрами чужака. Тот разворачивает машину в жидкой глине колеи, вылезает, грузит обшарпаннуе сумки с товаром в кузов и закрепляет их веревками. Пинает колесо и пытается паскурить отсыревшую сигарету. Появляется Ульрик, почти волокущих их сотоварища по оружию. Mакс блаженно и бессмысленно лыбится, упирается и настойчиво задевает предметы. Когда он сшибает жестяной мусорный бак, рыжий теряет равновесие, ослабляет хватку, окидывает уроненного напарника тяжким взором и отчаянно матерится. Барыга стоит в дверях, уперев ладонь в косяк, и наслаждается предложенным спектаклем. -- Что за дерьмо ты ему подсунул, мудила? – хмуро, но не особо агрессивно интересуется Ульрик. Mужик с видом бывалого дельца бяло жмет плечами. Дерьмо-называющееся-с-того-света, не иначе. Восходящее солнце не греет, сигарета не раскуривается. Парень у джипа цыкает и швыряет ее в лужу, бросает взгляд на часы. До утреннего патруля остается четверть часа от силы. Он стремительно приближается к своим спутникам, хватает Mакса за шкирку, волочет к машине, бесцеремонно запихивает в кузов. Рыжий косится с сомнением: -- Вывалится же. -- Так закрепи. Лицо его собеседника отражает живописную гамму эмоций, пока парень пытается определить, всерьез ли была отпущена последняя реплика. Все же, он лезет вслед за Mаксом и, после изрядной возни и приглушенных чертыханий, привязывает того к багажу остатками веревки. -- Заводи! – бросает лейтенант, спрыгивая обратно на землю. Фраза совершенно излишня, ибо в подобной ситуации никому бы и в голову не пришло глушить мотор. Однако внедорожник так и не двигается, надсадно взвывая утопающими в трясине колесами. -- Не фурычит, блятть, - обманчиво спокойным тоном комментирует капитан, покидая кабину и, все-таки, закуривает. С параллельной, асфальтированной улицы явственно доносится магкий шорох шин. Все происходящее изрядно отдает байками о ментовских засадах, погонях и КПЗ, и у младшего по званию, наконец, сдают нервы. Громко и отчаянно он кроет портовым матом производителей автомобиля, того, в чью гениальную голову пришла мысль задействовать сегодня эту развалюху, некомпетентного барыгу, своего бессознательного спутника, органы правопорядка и многих других, дополняя обличительную речь вдохновенными пинками по и без того немало претерпевшим крыльям машины. Mакс аккомпанирует ему заглушаемыми брезентом междометиями, совершая героичные и достойные всяческого уважения попытки совладать с собственными голосовыми связками. Капитан философски глядит в промозгло-серые небеса. Великанша из барака, молниеносно втянувшаяся в свое окно еще при первых ругательствах, чем-то лихорадочно грохочет. Неожиданно возвращаясь на пресловутую наблюдательскую позицию, она зловеще потрясает эмалированным тазом невероятных размеров. Пленников в нем, что ли, варит? отстраненно дивится Mорган. -- А ну, валите, торчки хуевы!!! – ревет великанша, с легкостью перекрывая рыжего, Mакса и мотор вместе взятых, и мечет свое орудие, точно матерый дискобол. Данная сцена влияет на наших героев как нельзя более благоприятно. Они экспроприируют не попавший по целям таз в качестве трофея и, давясь восторженным детсадовским хохотом, возвращаются в кабину. Волшебным образом внедорожник трогается с места и в мгновение ока об их недавнем здесь пребывании свидетельствуют лишь нечеткие, на глазах затягивающиесю грязью отпечатки шин. -- Mакс, тебя наебали. Это был вовсе не джанк. Ваше мнение: Украинская Баннерная Сеть |
{v_xap_link1} {v_xap_link2}
{v_xap_link3} {v_xap_link4} |
Нервный Гробовщик - Military Trip
|
Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Ответственность за содержание произведений несут их авторы. При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.libra.kiev.ua/ обязательна. ©2003-2007 LineCore |
Администратор |