|
    Прочтений: 0 Посещений: 642 Дата публикации: 9.1.2012 1. После дней глубокого морального расстройства, после потерь, после замыканий в себе приходят дни, которые приносят счастье. Они счастливые лишь потому, что предыдущие дни были ужасны. И, теперь, какая-то непонятная приятная мелочь сделала тебя счастливым на несколько часов. А, ведь, все может быть совсем наоборот. Ты счастлив и в один момент все рушится. Думаю, многие этого остерегаются. Пока остерегаются, их счастье просто пролетает и уходит и потом, кажется, что счастливых моментов было так мало. Что вообще такое «счастье»? Люди придумали кучу непонятных слов, не зная, что они значат. Не могут объяснить толком ничего и самые главные слова: «Вот, когда почувствуешь – поймешь». Так глупо. А как же я узнаю, что именно то, что я сейчас чувствую и будет иметь название этого слова. Я не знаю, когда это произойдет, я не знаю, как произойдет, при каких обстоятельствах. Но я знаю, что это произойдет, я верю в это. Я слепо верю во что-то, сам, не зная во что. Я как-то проснулся утром и решил пройтись по улице. Я увидел невероятную картину. Я видел, как по бордюру шла маленькая девочка. Она держала в руке игрушку. То была какая-то плюшевая зверюшка у нее в руке, перемотанная на шее розовой ленточкой. Она прыгала, бегала, игралась. Мне казалось, она была счастливой в тот момент. Через дорогу переходила видимо её мама и кричала ей: «Алиса!». Я продолжал смотреть на девочку. Из-за шума машин, она не слышала мамин голос. Я ускорил шаг, чтобы подойти к девочке и показать ей маму, защитить от машин, ведь она была так близка к ним. Так рванул, что отпугнул собачку, маленькую мальтийскую болонку, которая гавкала на машины. Я подошел к ней и увидел лицо её матери. Оно было встревожено, обеспокоено. Она затем ещё громче прокричала её имя и рванулась бежать через дорогу. Я смотрел на нее и не понимал её поведения. Через несколько секунд я стал свидетелем смерти этой женщины, свидетелем самой глупой смерти или даже виновником. Я закрыл глаза Алисы своим телом. Она столь доверчиво ухватила меня своими ручонками и спросила меня шепотом: «А мама где? Уже ж нет?». Я был поражен. Она, не зная, кто я, обняла меня и заставляла дать ей самый ужасный ответ в её жизни, что её матери уже нет и она её больше не увидит. Я так почувствовал себя виноватым за её смерть. Я схватил маленькую девочку на руки и побежал к себе домой. Я не думал ни о чем. Лишь понимал, что не оказавшись я возле этой крохи, если бы я к ней не подошел, трагедии можно было бы избежать. Я привел её домой и посадил на диван. Она смотрела на меня огромными синими глазами. А я не мог не вымолвить ни слова. Мы долгое время просидели в тишине, глядя на друг друга. Она смотрела на меня чуть ли не с улыбкой. А я лишь видел перед собой последнее выражение лица её матери. Как она орала имя Алиса, как она мчалась к ней, не глядя на дорогу. Я мучался от своих мыслей. Я чувствовал свою вину. Я так был погружен в счастливое лицо этой девочки, что не подумал, какие ужасные мысли могут посетить её мать. -- Меня Алиса звать, а тебя? – с улыбкой спросила меня она. -- Меня Пит зовут, - я сказал это с такой холодностью и грустью. Наверное, с её стороны это выглядело не так. Она засмеялась после моих слов, - И сколько же тебе лет, Алиса? -- Мне 5 уже, я взрослая. А вот мой мишка, он без имени, он дикий зверь, а диким зверям имя не дают. -- Ну как же он дикий? Он же с тобой дома живет, и вон ленточка у него на шее. -- А мы дома не живем. Мне говорили, что дома у меня нету уже 2 годика. -- Как нет? Кто тебе такое говорил? -- А тетеньки говорили, они нам всем такое говорили. А потом они мне надоели и я пошла гулять. -- Так ты с тётей живёшь? – я сразу вдруг подумал, что это была её тётя, а не мама. Возможно, мама её в отъезде или где-нибудь ещё, тогда я смогу сразу как-то отыскать её маму и всё будет не так страшно для маленького ребенка. -- Не, мы с тётеньками живём. И тут до меня дошло это странное повторение «мы». -- Кто это «вы»? -- Ну я, эдик, люся. Я больше ни с кем не дружу. Все остальные большие уже. Я уже вообще ничего не понимал. Тем временем Алиса спрыгнула с дивана и побежала в мою комнату, я пошел за ней. Меня удивило её восхищенное лицо, когда она брала в руки мои вещи: мои книги, мой блокнот. Она все время улыбалась и радовалась. А мне не давало покое то известие, которое мне нужно ей сообщить. Мне надо было позвонить в полицию. А вообще мне не надо было забирать её домой и ждать полицию там. Но меня так хватил испуг, я почувствовал такую вину перед девочкой, что другого ничего в тот момент не смог сделать. -- Я кушать хочу, - грустно она это произнесла. Я быстро помчался на кухню, наложил ей на тарелку пюре и мяса. Она села за стол и начала все это быстро есть. Она ела будто первый раз в своей жизни. -- Спасибо вам за такую вкусную еду. А мы теперь пойдем гулять? Ну пажаласта, пажаласта. -- Да, хорошо, - я просто был удивлен воспитанностью этого ребенка. Она взяла меня за руку и повела во двор. Я был поражен ею. Я смотрел на её счастливое и радостное лицо, смотрел на кучерявенькие волосы, развивающиеся в её прыжках. Её смех для меня был самым искреннем, который я когда-либо слышал. Мне хотелось сделать ей подарок и я повел её в игрушечный магазин. Я сказал ей выбирать все, что она хочет. И меня наконец-то посетило счастье. Я радовался, глядя на неё, на то, как она выбирает все эти игрушки. Её спасибо казалось мне нелепым, так как мне это приносило большее счастье, чем ей. Она снова взяла меня за руку и сказала: «Теперь мы спатки пойдем?» Я снова привез её домой и уложил на диван. Она попросила меня остаться с ней: -- Не отдавайте меня снова тётенькам, я лучше у вас буду жить, - я даже ничего не смог ответить, просто укрыл её и сидел рядом, смотрел, как она засыпает. 2. Утром я проснулся сидя. Я посмотрел сразу на Алису, но её уже не было на диване. Одеяло было нелепо сложено и подушка лежала сверху. Я быстро поднялся и начал её искать, чего долго делать не пришлось. Я увидел её на кухне, сидящей за столом: -- Кушать будем? -- А что ты хочешь? -- Я не могу выбирать, что кушать. -- Ну а хлопья будешь с молоком? -- Ага, конечно, вкусняшку буду. Я быстро подал ей хлопья и налил чай. Сам себе сделал кофе и наблюдал, как она небрежно берет ложечку и ест. Меня все же не покидали мысли, где её мама и отец, и что это за тётеньки, с которыми она по-видимому жила. После нашего завтрака, я позвонил на работу и сказал, что сегодня меня не будет. Так работать я не сильно был настроен. Мы сели на диван и начали смотреть телевизор. Я включил городские новости. И тут я увидел ту же женщину, которая умерла из-за меня. Я быстро закрыл Алисе глаза и начал вслушиваться в текст журналистки: «Вчера, днем на центральной улице женщину сбила машина. Свидетели утверждают, что женщина начала ускорять свой ход и кричать имя «Алиса»…». Меня начал охватывать холодный пот, я с ужасом слушал новости, закрывая Алисе уши и уворачивая её от телевизора: «…оказывается женщина боялась за жизнь своей собачки-болонки по кличке Алиса, которую забрал вскоре её брат, вот такая дорогие зрители трагическая любовь её была к своему питомцу.» Я замерз на месте и не мог ничего понять, я медленно отпустил Алису и встревожился ещё больше. Это значит по таким магическим обстоятельствам я украл у кого-то ребёнка. Я же получается просто забрал девочку. И получается моей вины в смерти той женщины нет. Но тогда моя вина есть в том, что кто-то вторые сутки не может найти своего ребёнка. Я быстро поднялся с дивана и начал придумывать, что же сказать полиции, ведь они не поверят такому удивительному стечению обстоятельств, да я и сам бы не поверил. К тому же я уже и не сильно хотел прощаться с девочкой. Меня охватывали сразу два чувства: первое- это то, что я украл у кого-то ребёнка и его срочно надо вернуть, ведь родители, тёти, не важно – волнуются за неё, а второе- это то, что я удивительным образом привязался к Алисе, она мне дала это чувство счастья, которого я не испытывал до этой поры. Я думал и решил сдаться полиции, мне не важно, что они подумают обо мне, мне было так лучше – рассказать всю правду. 3. Несколько часов спустя, я оказался в полиции, рассказал им всё, как произошло. Они, понятно, все восприняли с насмешкой. Они тут же начали смотреть по своим документам не было ли у них заявок на пропажу похожей девочки. К сожалению или к счастью они ничего не нашли. Они только сказали мне, что девочкой пока займется социальная служба. Я решил дождаться, пока представители социальной службы прибудут на место. Снова же, через несколько часов приехали две женщины. Алиса, увидев их, прижалась ко мне как можно крепче и начала шептать мне на ухо: «Ну пажаласта не отдавайте меня снова тётенькам». И тут до меня наконец-то начало доходить. Вся картина её пребывания у меня стала на свои места. Вот почему она с таким удовольствием ела и вот почему она так пристально разглядывала мои вещи, и вот почему она такая счастливая была в игрушечном магазине. Пока эти все мысли перебегали в моей голове, подошли эти две женщины с непонятными криками и воплями: -- Ах вот где ты, ну надоела уже а. Который раз мы тебя уже ищем. Нет ну вы представляете убегает и убегает. Никто никак удочерить не может. -- Я могу! – я сказал это так громко, на все отделение и с такой радостью и счастье заполняло меня. Я ведь теперь останусь с Алисой. И буду теперь чувствовать счастливые минуты и буду теперь знать, что значит СЧАСТЬЕ! Ваше мнение: Украинская Баннерная Сеть |
{v_xap_link1} {v_xap_link2}
{v_xap_link3} {v_xap_link4} |
AG - Счастливое совпадение
|
Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Ответственность за содержание произведений несут их авторы. При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.libra.kiev.ua/ обязательна. ©2003-2007 LineCore |
Администратор |