|
    Прочтений: 0 Посещений: 894 Дата публикации: 5.7.2013 Вместо предисловия Это первая проба пера за последние 4 года. Идея написать что-то такое, да еще и длинное, пусть в чем-то автобиографичное, зрела во мне последние несколько месяцев. Были различные наброски страница, много – две, но не было идеи чем и как закончить. Хотелось бы написать, что все персонажи и события выдуманы, а совпадения совершенно случайны, но, выдумано не все. Вопроса выкладывать ли на Либру не было – писать «в стол» за последние несколько лет порядком надоело, да и ничего не получалось – сплошь обрывки и типа «потом доработаю», а тут – получилось, пусть длинно и в несколько частей, но получилось. К критике готов, как всегда. Огромное спасибо друзьям, родственникам, близким за все – простое человеческое спасибо. И отдельная благодарность муз(Е). Приятный сентябрьский вечер радовал легким освежающим ветерком и пасмурной погодой. В центре города N-ска, на площади перед бывшим ЦУМом, стоял молодой человек около тридцати. В белой льняной рубашке с коротким рукавом, черных штанах и аналогичного цвета туфлях, все как тогда, три месяца назад, только что-то в нем изменилось. Ничего особенного, молодой мужчина, выше среднего роста, нормального телосложения, не красавец, а скорее тот тип внешности, который принято называть «представительной». Он медленно двигался к пешеходному переходу, то и дело поглядывая на телефон и зажав конверт в правой руке… Девять месяцев назад… - …больно, очень больно и плохо без нее. Может ты и прав – все так, как должно быть и, если бы я не уехал в N-ск, все произошло бы гораздо раньше, но все время одни и те же вопросы: Как? За что? Почему? – Сергей отхлебнул из стакана и замолк. Время близилось к четырем утра. Двое крупных парней сидели в одних штанах на кухне загородного дома. За окном мерно падал снег, встречая сереющий рассвет. До нового года оставалось всего пару дней, но настроение у друзей было совсем непраздничное. От одного ушла жена, от другого неделю назад съехала девушка, финансовое состояние у обоих было совсем не ахти, а тут еще и Новый Год. Впрочем, атмосфера, царящая в этой кухне, казалось вырванной из этого сумасшедшего мира, не была депрессивной. Друзья не виделись несколько месяцев и никак не могли наговориться, чувствовалось, что им хорошо вместе, интересно, просто. На столе стояла полупустая бутылка виски, двухлитровая газировка «Пепси» и какая-то снедь. Славик поднялся, подошел к холодильнику и, зачерпнув льда, начал смешивать себе виски с содовой. - Да пойми ты! В который раз уже говорю – не о чем тебе жалеть. Ушла, так ушла. Тоже мне жена – не может быть так в семье: «твое», «мое», «я», «ты»… Херня это все полная. Вы там у себя дома хоть садо-мазо занимайтесь или еще чем, но только «мы» - никаких я-каний, все остальное – неправильно. Это уж мне поверь, – он отпил приятно согревающую смесь и сел напротив. - Дурацкий какой-то год был. Нескладный, тяжелый, хмурый. Знаешь, ощущалось, что постоянно что-то давит и внутри и снаружи. Объяснял себе, что внутри – от тоски по любимой жене, а снаружи от постоянных денежных проблем. Никогда не откладывал денег, но и не нуждался, а вот так, чтобы постоянно ощущение «на грани», что вот еще чуть-чуть и сорвешься в пропасть – такого не было. И страшнее всего то, что зарабатывали вроде как вдвоем неплохо совсем, – Сергей потер нос и провел рукой по волосам. – И все равно. Вот никогда этого не пойму, хоть убей: что же значили тогда слова «Я тебя люблю»? То есть – ну как можно неделю назад сказать: «Я тебя люблю», «Как здорово, что ты дома и как будет здорово, когда вернешься и будем-таки жить вместе» и ровно через неделю: «Все я так больше не могу. Я устала от тебя. Я не хочу это тянуть в новый год. Ты меня мучаешь. Мне нужен совсем другой мужчина». Признаю, я, конечно, накосячил – два дня на связь не выходил, но знала же где я и что со мной. К чему это все? Больше всего погано от того, что теперь не знаешь: а где же вообще была правда? Что было настоящим? - А хрен их знает. Там же в голове винегрет. Постоянные перепады настроения, я понимаю еще, если месячные, но так чтобы все нормально-нормально, а потом бабах и крышу снесло. Или эти вечные выносы мозга по поводу и без: «куда движутся наши отношения?», «зачем ты опять встречался с друзьями, разве меня тебе недостаточно или тебе со мной не интересно?», «а я поправилась?», «что хочешь на завтрак?». И если на каждый из этих гениальных вопросов дать хотя бы полуправдивый ответ такое начнется – врагу не пожелаешь. Омаров, я хочу на завтрак, а не бутерброды с кофе, в рот мне ноги! Четыре года вместе, а она никак не знает что я буду на завтрак! Вот жаль, что мужики не могут быть бабами. Хотя, – Славик, подмигнув, улыбнулся и жеманно повел плечом. Оба засмеялись. – Вот смотри, ну есть же геи – мужики как мужики, не эти гомосеки-метросексуалы, а нормальные мужики, глядя на которых и не скажешь, что они того… ну ты понял. Может поначалу оно и больно в плане любви, но ничего ко всему ж привыкнуть можно. И думаешь у них такие же проблемы? Фиг там! Вот мы бы с тобой не разобрались бы, в какой-нить проблеме? Или домашние обязанности не поделили бы? Или еще что? Сдается мне, они там кое-что знают, но никому не говорят. - Ну, это просто. Я на хозяйстве, а ты у меня, милый, пойдешь бабки зарабатывать, – подхватил Сергей. – Ну, а я уж буду тебе помогать, чем смогу, а там, глядишь, и мой управленческий опыт сгодится. - Ну вот. И мозг ты мне не будешь выносить – какое тебе платьишко купить, или к своей 20й паре обуви 21 просить, или бирюльку, или новый телефон, когда понимаешь, какая ситуация с деньгами. - Точно не буду. - Ох, ты моя бубочка, тогда все! Решено – женюсь! Парни весело загоготали… Новый Год прошел шумно, можно даже сказать весело, в живой компании приятных ребят, а через неделю Сергей вернулся домой. В пустующую трешку родного города: где прошло детство, где когда-то сестра, он и родители жили одной семьей, где когда-то он бывал с бывшей женой… Каждый угол напоминал о ней. Фотография в рамке возле компьютера, на которой она, улыбаясь, держит на руках двух кошек; журнальный столик, на котором вместе собирали пазлы; кухня, где они готовили; диван, на котором они спали… Стены давили холодом и отрешенной молчаливостью. Вся жизнь сжалась до пространства одной комнаты, откуда он выходил лишь за сигаретами и выпивкой. Перед глазами постоянно маячили образы прошлого. Утром. Днем. Вечером. Ночью. Не было минуты, чтобы воспоминания оставляли его в покое. Особенно тяжело было ночью, после 12, когда уже не мог ничего смотреть на компьютере, когда не мог заснуть, когда хотелось завыть. И он пил. Систематически, несколько раз в неделю. Чтобы забыться. Чтобы остановить этот кошмар хотя бы на несколько часов. Дозы были тщательно выверены, просчитаны, почти с математической точностью и к 3-4 утра он выключался, чтобы снова проснуться в эту боль. Он часто просыпался мокрым от пота, не смотря на то, что дома было довольно прохладно. Снилась она… Ощущение было такое, будто в сердце попал артиллерийский снаряд, пробил насквозь грудную клетку, но так и не взорвался – как во время сражения японского и русского флотов при Цусиме в начале 20го века. И этот снаряд оставил рваную, раскореженную дыру внутри, с загнутыми во внутрь краями. Боль не проходила ни днем, ни ночью. Жизнь казалась абсолютно бессмысленной и ненужной. Самым большим и главным желанием, крутившимся в голове и во всем существе было одно – «Остановите это. Просто остановите, неважно как. Я хочу, чтобы это закончилось!». Ничто не помогало – ни мольбы к богу, в которого не верил, ни попытки изливать на бумагу свои чувства, ни книги, ни кино, ни музыка. Окружающие в один голос твердили одно и то же, но он все равно не верил, что время поможет. Сначала он ненавидел и винил себя. За все. За свою жизнь. За то, что он не такой как все. За то, что не состоялась семья, о которой так мечтал. За то, что не может остановиться в этой агонии. За то, что он тогда поехал в родной город и встречался с друзьями, а потом не выходил на связь. За то, что почти год назад уехал работать в другой город, в надежде на карьеру и верой, что все сложится. За то, что так и не научились разговаривать друг с другом. Каждый день он подходил к зеркалу и долго смотрел на себя. На свое небритое лицо с двойным подбородком, обвисший живот, грудь, которая уже обретала форму женской, заросшую нечесаную шевелюру. И ненавидел. «Как я стал таким? Когда? Ведь каких-то 5 лет назад не пропускал ни одной игры в баскетбол с ребятами, ведь была же качалка, ведь был же вес 95». Потом он ненавидел ее. За ложь о любви. За бесконечные придирки и нравоучения. За то, что поддался, не стал ее ломать в самом начале, видя как ей плохо, если он противится ее решениям. За ту злосчастную переписку с ее сотрудником, граничащую с изменой, которая попала к нему. За оскорбления и обидные слова, которые били хуже пощечин. За неухоженную однокомнатную квартиру с двумя домашними животными. За ее вечно разбросанные вещи по комнате и немытые чашки на столе. За немытый унитаз, ванну, плиту. За эту чертову квартиру, купленную в еще недостроенном доме… И так два месяца. Два месяца бесконечной зимы, холода, боли, одиночества, чувства ненужности, ущербности, ненависти, злости… Только Вовка спасал, заходя время от времени, с пивом и чипсами, разговорами о старой работе, выслушиванием его излияний, ничем не отличающихся раз от разу, дружеским хлопком по спине, каждый раз прощаясь в пороге и неизменным «Крепись, братуха!»… Тогда Сергей точно понял одну простую вещь, даже не понял, а скорее почувствовал – он не одинок. Есть три верных друга. Есть мама и сестра. Есть еще уйма родных и просто близких людей, которым он небезразличен и никогда они его не оставят, не смотря ни на что. И все они всегда были рядом – кто-то всю жизнь, кто-то десяток лет, кто-то пять, но были до нее и остались после. И жизнь есть. И жить он будет. Как? Это уже посмотрим, а жить будет точно. Шесть месяцев назад… - … ну как ты там, работничег, в своем N-ске? Вы вообще работать будете, конкуренты наши ненаглядные, али нам можно уже совсем расслабиться? – Володя, как обычно сыпал своими остротами, может и не всегда колкими, но точно милыми. - Та шо вам сказать, пока можете расслабляться, но мы и по вашу душу придем, – отшучивался Сергей. – А я так, знаешь, нормально. Точнее уже почти нормально. Спать получается лучше. Почти не пью. Жаль, что срываюсь, стабильно раз в неделю, а потом хожу как прибитый на работе. Впрочем, было бы чем заняться, то, может и как-то ответственнее подходил, а так все равно баклуши бьем. - Аха-ха-ха, – донесся хохот из трубки. – Ты и ответственнее, ну не смешил бы меня. Помню я как ты последний год на работу «вовремя» приходил. - Ну, это кто бы говорил. Юный мой паддаван, научил тебя великий джедай Сергиус как работать нужно? Теперь сам же пытаешься свалить пораньше или прийти попозже. - Ладно-ладно, будет тебе, – примирительно пробасил друг. – Ну а сам как внутри вообще? Отпустило тебя или все еще мучаешься? - Знаешь, даже не уверен, как это правильно сказать. Скорее отпустило. Часто о ней думаю. Но уже как-то не так. Удалил все фото с ноута, но все-таки тянет иногда посмотреть на нее. Чтобы не забывать. Не знаю зачем, но тянет. Вот и заглядываю в соцсети на ее страницу и каждый раз внутри все тише и тише. Ах, да еще немного перебрал на прошлой неделе, так позвонил ей. Половину не помню, но после этого разговора что-то изменилось. Такого тона я еще не слышал и даже не злой она была, а какой-то… отрешенной что ли… Оказалось она меня никогда и не любила, а поняла только сейчас, когда встретила, внимание, цитирую: «мужчину моей мечты». Я уж и не упомню, каких глупостей наговорил, а еще взял дурацкую привычку по-пьянке удалять отправленные смс, но точно что-то писал. – Сергей затянулся сигаретой и с тяжелым вздохом выпустил дым. – Интересно другое, я еще не понял, что произошло, но внутри что-то или щелкнуло, или лопнуло, или порвалось. Но факт остается фактом, мне почему-то стало легче. - Гм… может от осознания, что это правда? Что там не светит и уже ничего не сделаешь? Или от ревности? Ты это, гляди не начни ревновать, а то потом только хуже будет, – резонно заметил Вова. - Я ж говорю – не разобрался еще. Ладно, Вовчик, у меня тут вроде как правильный образ жизни намечается – готовлю себе на следующую неделю, буду с собой таскать, а то желудок уже совсем плачет от свалившегося на него «счастья» в виде редкой кормежки и обильных возлияний. На связи! Спокойной ночи. - И тебе, брат, держись там, я в тебя верю. Он не кривил душой, ему действительно стало легче. Жизнь сама собой изменилась, месяцы депрессии и бездействия не прошли даром. Сергей читал, много читал. Статьи психологов, о том, как пережить развод. Форумы разведенных мужчин и женщин. Статьи и книги по диетологии, правильному питанию. Детективы и романы. Анатомию и учебники по программам. Часть вещей он знал и до этого, часть были чем-то новым. Весна в этом году запоздала, и настроение было соответствующим – удрученным, но с надеждой на солнышко. Боль не прошла. Но она притупилась, стала чем-то постоянным и нормальным, как будто так всегда и жил. Сны тоже никуда не делись. Но они стали реже и некоторые даже со счастливым концом. Впрочем, он не помнил конца, помнил лишь, что просыпался с улыбкой и легко вскакивал с кровати. Появились желания, цели. Все аккуратно записывалось на бумагу, и ложилось в верхний ящик стола. «До лучших времен. Пока не могу». Рисуя свою излюбленную табличку «за и против» или составляя блок-схемы из разных желаний – он думал. Пытался расставить приоритеты. Понять: за что хвататься в первую очередь, что оставить на потом, где выложиться, а где просто приучиться делать правильно. Состояние было похоже на полусон-полуреальность, но определенные вещи становились все явственнее. Так и не определившись с приоритетами, он решил остановиться на двух вещах – восстановить здоровье и похудеть. Причины были простые. Во-первых, цели взаимосвязаны и одна без другой недостижимы. Во-вторых, если привести себя в порядок в течение полугода-года – это освободит время для всего остального, т.к. поддерживать физическую форму легче, чем добиваться. В-третьих, в этой ситуации все зависело только от него и, даже печальное финансовое состояние в виде долгов и несвоевременной зарплаты, мало влияло на процесс. Ну и, в-четвертых, это проверка себя борьбой против себя, потому как закралось сомнение, и небезосновательное, в наличии силы воли как таковой, да и мужественности тоже. Тяжело давалось питание. Завтрак буквально приходилось запихивать в себя, через тошноту, через не могу, через себя. Бесконечная готовка, чтобы все свежее, чтобы на пять раз в день. На работе начали подтрунивать по поводу трех судочков с синими крышечками, которые бережно извлекались из рюкзака и их содержимое потреблялось в течение дня. Если с питанием ситуация изменилась довольно быстро и уже через две недели почувствовались первые улучшения в обмене веществ и терморегуляции, то с тренировками никак не ладилось. Первым разочарованием были весы, показавшие страшные 122,7 кг. «Мда, тут одними тяжелыми костями не оправдаешься» - подумал Сережа. Но больше всего огорчила собственная глупость. На второй же тренировке вылетело плечо, уже забывшее даже веса прошлого года – были тогда попытки заняться собой. После двухнедельного восстановления, и еще одной тренировки – растяжение разгибателя спины. Еще две недели выпали. А как хотелось результатов, и чтобы скорее, скорее. И каждый вечер он думал о бывшей жене. Иногда с грустью и тоской, иногда с радостью о прошлом, иногда с сожалением, что все так получилось. А когда накатывала та самая последняя волна усталости, после которой вот-вот провалишься в сон, он тихо, шевеля одними губами, шептал: «Прости меня». Ваше мнение:
Украинская Баннерная Сеть |
{v_xap_link1} {v_xap_link2}
{v_xap_link3} {v_xap_link4} |
||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
Иван Правдолюбов - Успеть... Часть Первая
|
Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Ответственность за содержание произведений несут их авторы. При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.libra.kiev.ua/ обязательна. ©2003-2007 LineCore |
Администратор |