|
    Прочтений: 0 Посещений: 586 Дата публикации: 21.9.2013 ИСПОВЕДЬ МУМИИ. Не пойму, что со мной происходит. Чувствую, что происходит что-то ужасное и я не могу противостоять этому. Чувствую, что после этого я уже никогда не буду прежним. Чувствую какое-то движение в области живота, как будто там кто-то копошится. Всеми силами пытаюсь противостоять этому, сосредотачиваю усилия на том, чтобы пошевелиться, вырваться, но ничего не происходит. Движения в области живота продолжаются, внутри меня как будто становится пусто. Я испытываю дикий, ни с чем несравнимый ужас, что, черт возьми, со мной происходит!? Я создаю бешеные усилия и , о чудо, вырываюсь! Наконец-то, свобода! Оглядываюсь по сторонам, где я? Вокруг меня какие-то рисунки, что- то знакомое. Смотрю вверх - сходящаяся в одну точку крыша, почему так близко? Воспоминаю, это же комната при храме! Смотрю вниз - вижу жрецов склонившихся над чем-то. Что они делают? Почему-то это начинает очень интересовать меня. Я пытаюсь посмотреть, но за их склоненными головами и спинами ничего не вижу. Вот один из них распрямляется, в его руках овальный предмет, напоминающий блюдо, а в нем какие-то темно красные куски, свернутые ленты, напоминающие кишки, фу! Фигура с блюдом отходит и направляется к столу, находящемся рядом. Наконец-то я увижу над чем склонились жрецы. Вижу мужчину лежащего на продолговатом столе. Я всматриваюсь в лицо, пытаюсь узнать, о господи! Не может быть! На столе я!!! Мои глаза закрыты, на глазах лежат золотые монеты. Тело намазано желтовато-зеленой блестящей мазью и от этого имеет бурый цвет. Постойте, такой мазью мажут умерших перед бальзамированием! Меня-то зачем мазать, я ведь не умер! Я смотрю на область живота - вместо живота дыра. Один из жрецов промывает полость желтоватой жидкостью из кувшина и начинает наполнять сухими травами. Затем кладет внутрь зеленоватую массу напоминающую пластилин, выравнивает поверхность, стягивает кожу на разрезе, и зашивает толстой иглой с нитью. Я смотрю на это не в состоянии осознать смысл происходящего. Меня бальзамируют заживо? Ведь я не умер, я жив, но тело, которое я вижу уже явно не пригодно к использованию. Но я его ощущаю. Я чувствую сено, которым набили мой живот, и чувствую цементную тяжесть от жидкой зеленой грязи. Я чучело, набитое соломой. Я вижу как делают надрезы на венах, как сливают кровь в тазы, и как вместо крови в вены закачивают темно-коричневую густую сладко-пахнущую жидкость. Все. Меня начинает клонить в сон. Я сопротивляюсь, но тело притягивает меня, засасывает внутрь. Постепенно мои силы слабеют. Жрецы начинают петь. Монотонное пение жрецов действует на меня успокаивающе. Я начинаю думать, что ничего страшного не произойдет если я немного посплю в теле. Последнее, что я помню - это куски материи, которыми начинают обматывать мои конечности. Все. Сплю. Темно. Где я? Я начинаю лихорадочно вспоминать предыдущие события. Вспоминается только какой-то бред. Как будто я умер, или меня забальзамировали, или все вместе. Мне становится смешно. Вот посмеется моя жена По, когда я ей расскажу этот сон. Все знают, что после смерти мы переносимся в другой мир лучший. И для того, чтобы облегчить переход из одного мира в другой, для того чтобы Боги видели, кто перед ними и могли принять к себе как равного, тело умершего фараона бальзамируют, а заодно и тела его любимой жены, и двух самых преданных слуг. Они заслужили жизнь в лучшем мире вместе с фараоном. Если я на самом деле умер, то я со своей женой и слугами должен был бы восседать в небесном шатре за одним столом со всеми богами. Пить вино и вкушать всевозможные яства. Но все-таки, где же По? Почему я не слышу ее дыхания рядом со своим? Стоп, своего дыхания я тоже не слышу. Молнией мелькнула мысль и парализовала мое сознание, неужели все это правда? Неужели я действительно умер, если так можно назвать мое состояние? Отчаяние заполнило меня. Я подумал о По. Милая, нежная По, с кожей на ощупь как спелый персик, и с таким же ароматом. Ее огромные карие глаза с продолговатым разрезом, всегда смотрящие на меня с любовью и обожанием, теперь смотрели на меня с болью и ненавистью. Я не смог выдержать этот взгляд, хотя он был только в моих мыслях. Столько боли было в нем, что я потерял все свои силы и погрузился в забытье. Я увидел свет. Наконец-то! Кто-то пришел. Сейчас все выяснится. Я наконец-то смогу сказать, что произошла ошибка. Если я умер, то меня должны отправить в лучший мир. В храм зашли жрецы. Их было человек десять. Они были одеты в длинные белые одежды. На головах были капюшоны. Они стали вокруг меня. Факелы расставили по кругу. Один из них снял капюшон и я увидел своего главного жреца, наставника и лучшего друга Фй. Ну вот, сейчас он скажет, что что-то пошло не так, и сейчас они все исправят, и я попаду в лучший мир. Но Фй начал читать молитву, остальные тоже вторили ему. Я пытался подать какой-то знак, пошевелить какой-то частью тела, чтобы они поняли, что я здесь. Но сколько бы усилий я не прикладывал, тело было как сделанное из железа. В какой-то момент мне показалось, что я пошевелился, но Фй уже закончил молитву, и они по очереди вышли из храма. Ладно, подумал я, в следующий раз обязательно получится. Факелы они оставили поэтому я мог осмотреться. Да, это несомненно был главный храм. Но почему мое тело именно здесь? Постройкой храма занимался я сам под руководством Фй. Он сказал, что Бог Ра гневается, что ему оказывали последнее время мало почестей, простые люди перестают верить в Богов. И именно этим вызвано большое количество неприятностей, которые стали преследовать мой народ. Для того, чтобы возобновить веру в Богов и спасти свой народ, я должен построить храм. Этот храм должен был быть самым грандиозным и великим из всех сооружений в честь Бога Ра. Именно величина храма должна была продемонстрировать власть и могущество бога Ра. И хотя постройка храма была очень длительным и тяжелым делом, и заняла без малого тридцать лет, я справился с этой задачей. И каждый раз, когда я начинал сомневаться в том, под силу ли мне это дело, Фй напоминал мне цель, для чего я это делаю. Я очень хотел возродить веру людей в Богов и спасти свой народ, поэтому строил и строил этот храм. Но как же здесь будут проводиться обряды в честь бога Ра? Храм был построен таким огромным, чтобы вмещать как можно больше людей. Но если в храме похоронены умершие, он закрывается и входить туда могут только жрецы. Этому великому храму, над созданием которого трудились более ста тысяч человек в течение тридцати лет суждено было стать лишь гробницей Фараона? Но почему Фй допустил это? Он же знает какая участь ждет весь наш народ, если вера в Богов не восстановится. Ведь именно так он оправдывал тысячи человеческих смертей, которые сопутствовали ежегодно постройке этого храма. Когда я уже был готов отказаться от постройки, не в силах выносить мысль о человеческих страданиях , Фй вдохновлял меня, рисуя передо мной радужные картины будущего, которое ожидает всю страну, когда храм будет построен и Бог Ра увидит, как сильно его здесь любят. Я отгонял от себя мысли о сотнях тысяч матерей и детей, которые каждый день проклинают меня и постройку моего храма, ибо их сыновья и отцы каждый день гибнут и калечатся на работе. Но Фй говорил, что если постройке храма сопутствуют жертвы, значит так хочет Ра. Жертвы - это необходимость, когда имеешь дело с Богами. Я не имел возможности сам общаться с Ра, это право дается только жрецам, поэтому во всем доверял главному жрецу. Мысли путались, я почувствовал огромную усталость, сознание затуманивалось, дым от факелов стал черным, пламя начало гаснуть. Я опять во мраке. Сколько я спал? День, два, год? Ничего не менялось. Прошло неизвестно сколько времени. Мне ничего не оставалось, кроме как думать. Я начал думать, все-таки, как привлечь к себе внимание жрецов. Я знал , что первые десять дней они будут приходить ежедневно для совершения ритуала, если не забудут, конечно. Инересно, сколько я спал, приходили ли они уже сегодня, или может я спал целый месяц и никто больше не придет до следующего года. Эта мысль, провести целый год в темноте и безысходности, наполнили меня таким отчаянием, что я стал снова пытаться пошевелить конечностями. Все безрезультатно, такое впечатление, что мое тело - это каменная глыба. Даже не верится, что еще вчера или позавчера, я был самым великим фараоном на земле, наместником Бога Ра. Я мог есть, пить, дышать, двигаться. Меня заполонили воспоминания. Я подумал о последнем вечере, который мы провели вдвоем с моей женой По в нашей спальне, о нежном запахе миндаля, которым пахло ее тело, вспомнил ее темные блестящие волосы спадающие на спину, когда она вставала с кровати. Я вспомнил о ее маленьком розовом ротике с блестящими жемчужными зубками, который она приоткрыла, когда спала, и бисеринках пота, выступивших на ее верхней губе. Внезапно, эти воспоминания, прервались и я увидел искаженное болью и страхом до неузнаваемости лицо По. Понимание, как электрических ток пронзило меня насквозь. По - как главная жена фараона, ты должна была умереть вместе со мной, чтобы сопровождать меня в лучший мир. Я даже знаю, что находится справа от меня в продолговатой нише, куда я все время не хотел смотреть, пока горели факелы. Там лежишь ты, моя любимая По, вернее, то что от тебя осталось. Сама ты, я уверен, находишься давно в лучшем мире, и сидишь там за столом со всеми Богами и недоумеваешь, куда делся твой муж. В мои мысли снова ворвалось лицо По, искаженное болью и ненавистью, я как будто услышал ее крики, и увидел жрецов, которые неумолимо тащили ее храм, чтобы убить. По, я сделал тебя главной женой, чтобы защитить от ненависти моих врагов, и я же подписал тебе смертный приговор. Лучше бы ты оставалась неприметнейшей из моих служанок, и была бы жива. Я старался думать о том, как хорошо сейчас По в лучшем мире, и наверное она совсем не сердится. Главное мне выбраться отсюда, и мы соединимся и снова будем вместе, но мои силы иссякали, сознание становилось тяжелым, мысли как будто наливались свинцом, почему то я знал, больше не увижу По, последнее что я видел, перед тем как уснуть, это искаженный ненавистью взгляд По. Темно. Тихо. Я начал принюхиваться, какой-то незнакомый запах примешивался к запаху благовоний и сырости. Я долго принюхивался, пока понял что это. Это гниет мое тело. Прошло уже некоторое время после моей смерти, тело несмотря на обработку начало разлагаться. Я представил себе во что превратится этот запах через неделю, через месяц, пока окончательно не высохнет. Бр! До чего это отвратительно, быть гниющим куском тухлого мяса! Тут мне в голову пришла еще одна мысль - черви! Интересно, едят ли черви забальзамированное тело? Я представил себе белых копошашихся червей, поедающих мясо на моих конечностях, выедающих глазницы, делающих дырки в моем лице и меня присутствующего при этом процессе. Мне кажется, я даже почувствовал хруст их челюстей. Отвращение захлестнуло меня. С новыми силами я начал пытаться пошевелить приторно пахнущим, забальзамированным куском мяса. Тщетно. Тело не слушалось меня. В какой- то момент мне пришла в голову мысль, что это не мое тело. Может быть Боги подшутили надо мной и поместили меня в тело умершего бедняги, пока мое тело спокойно спит в кровати и ждет меня, когда я в него вернусь. Но что-то подсказывало мне, что это не шутка, и подгнивающее тело, к которому я прикреплен намертво - мое. Тут меня посетила спасительная мысль. А что, если попытаться кричать. Да, голосовые связки у меня не работают, но я же могу видеть без глаз и слышать без ушей. Что, если я смогу говорить без языка. Я попробовал закричать, мне показалось, что получилось. Я даже увидел колебание воздуха возле своего рта. Ну вот, все в порядке! Теперь бы только пришли жрецы, только бы я не пропустил их приход! Они пришли. Слава богу, я не спал. Они как и раньше зашли в храм друг за другом и стали вокруг меня. Фй начал петь молитву, остальные подхватили. Я набрался сил и заорал что есть мочи. Фй остановился и вопросительно посмотрел на жреца стоящего рядом. Тот кивнул. Я обрадовался и заорал снова изо всех сил. Они опять переглянулись. Младший жрец спросил у старшего на неизвестном мне наречии, на котором жрецы общались между собой, но я понял, что он сказал: - Он здесь? Фй кивнул. - Да, все в порядке. - И продолжил молитву. Я был в недоумении, они услышали меня. Почему же они никак не реагируют на это? Я снова собрался с силами и заорал что есть мочи. Жрецы невозмутимо продолжали петь молитву. Да что происходит, черт возьми! Они не могут меня не слышать! Я заорал снова, но они не реагировали. Просто продолжали петь. И тут я начал догадываться. Я начал прозревать. Они знали, что я здесь. Они знали, что я не попал в лучший мир, и они ничего не собирались с этим делать. Они просто продолжали петь молитву. Слепая ярость обуяла меня. Я на секунду снова почувствовал себя Великим и могущественным Фараоном. Да как они смеют, обращаться так со своим правителем, наместником Бога Ра на земле! Да я сотру в порошок их! Я уничтожу их, смету с лица земли! И так сильна была моя ненависть, что мне показалось, что храм сейчас обрушится и погребет их и меня под своими обломками. Но от моего разрушительного импульса, только, задрожав, погасли факелы, испуская черный едкий дым, оставив нас в полной темноте. Своды храма стояли нерушимы, как и были. Я услышал тихий голос Фй, по всей видимости он отвечал другим жрецам: - Так бывает, все в порядке. Узы крепки, но меры предосторожности не помешают. Храм закрыть и запечатать наглухо. Никто никогда под страхом смерти не должен сюда заходить, ни жрецы, ни люди. Народу объявят, что Бог Ра настолько доволен прибытием Фараона и его жены в лучший мир, что отныне никто не должен мешать его общению с ними. Даже общение с их телами будет расцениваться как посягательство на собственность Бога Ра. Поэтому запретить даже приближаться к храму. - Он быстро произнес это и направился к выходу. Другие жрецы послушно направились вслед за ним. Они вышли и закрыли дверь. Я услышал звук запирающейся двери и понял, что это конец. Конец всему. Завтра, а может сегодня, сюда придут рабочие и завалят камнями вход. Вокруг Храма выкопают ров и сделают каменную насыпь. Любой, кто приблизится к храму, будет казнен. Казнь будет в виде жертвоприношения, для того чтобы убедить людей, что так угодно Богу Ра. Со временем люди забудут и меня, и почему к храму нельзя приближаться, но будут свято чтить этот запрет, потому что полностью доверяют жрецам. Я представил себе тысячи лет в полной темноте и одиночестве, пока мое тело будет становиться высохшей мумией и такие страдания охватили меня, что если бы я мог умереть от горя, я бы умер. Если бы мое сердце могло разорваться, оно бы разорвалось. Но я не мог умереть, по одной простой причине - я уже был мертвым, живым мертвецом, предметом ужаса, описываемого в жреческих книгах. Такая участь могла ожидать только того, кого прокляли Боги. Неужели меня прокляли Боги? Но за что?.. На этом силы покинули меня. Все. Темно. Запах разложения становится все сильнее. Несмотря на то, что носа у меня как такового нет, нельзя же считать носом то, что от него осталось, запахи я чувствую намного острее, чем при жизни. Также мне кажется, я начинаю видеть в темноте. По крайней мере я виду очертания предметов вокруг меня. Также, у меня появляется ощущение знания, как будто я могу проникнуть в суть вещей. Вот эта маленькая куча посередине - мое золото: посуда, столовые приборы, украшения мои и моих жен, статуэтки, картины в золотых рамах, золотые деньги, просто золотые слитки. Хотя, это только десятая часть от того, что у меня было при жизни. А где все остальное? Тут в памяти всплыла картина входящих гуськом жрецов с факелами, и несших какую-то ношу, и все сразу стало на свои места. Они всегда собственноручно занимались сбором имущества усопшего и всеми ритуалами связанными с захоронениями. У меня мелькнула мысль, вот почему после смерти всегда оказывалось, что человек всегда беднее, чем при жизни! Похоже, мое имущество ушло в тот же необъятный карман! Я почувствовал себя полным ослом. Почему только после смерти мои глаза раскрылись, если можно так назвать мое состояние. Потому что, мои глаза уже открыться никак не могли. Я даже сомневался в наличии самих глаз у меня. Интересно, их вырезали при бальзамировании ? Как можно было быть таким олухом. Я вспомнил несчетные сметы на строительство храма. Фй видел, насколько меня выматывают все организационные вопросы, поэтому любезно предложил взять на себя функции по сбору, контролю и распределению денежных средств, поступающих на строительство храма. Его же была идея ввести дополнительный налог, когда казна стала опустошилась. Каким надо быть слепцом, чтобы не видеть, что с каждым годом постройки храма, жрецы становятся все богаче и богаче. Фй объяснял это тем, что люди, видя вздымающиеся стены храма, веруют сильнее, поэтому пожертвования на церковь становятся все щедрее и щедрее. Я как идиот радовался тому, что моя цель достигается, вера в Богов возрождается и значит постройка храма стоит того. Как меня поразил великодушный поступок жрецов, когда под конец строительства, в тот момент, кода изыскать деньги было уже негде, ведь народ обнищал неимоверно под непосильными налогами, Фй от имени церкви внес недостающую сумму на окончание храма. Ведь большая часть мужского населения страны и рабов была занята на работах по строительству, и вести сельско-хозяйственные работы было некому. К тому же, после нескольких лет засухи, наводнений, ураганов и других подобных напастей, мой народ находился практически на грани вымирания. Но я сцепив зубы, слушал, как главный жрец вдохновенно рассказывает, что это все на благо, и когда храм будет возведен наступит изобилие. Бог Ра воздаст по заслугам тому народу, который построил для него это величественное сооружение. Но в конце, когда дух мой был уже слаб и деньги было изыскать негде, Фй, как главный жрец, распоряжающийся всеми деньгами церкви, выделил недостающую сумму для окончания работ по постройке храма. Я, конечно, был очень удивлен столь внушительной суммой, которой располагала церковь, но, как всегда, нашел разумное объяснение этому, бережливостью жрецов. Кроме того, я думал, что это все средства, которыми располагала церковь, накопленные веками. Как же глуп я был! Этот великодушный вклад был просто небольшой частью украденных денег со строительства храма. После того, как Фй понял, что строительство прекратится из-за отсутствия средств и взять их действительно негде, он принял решение вернуть часть денег, чтобы все-таки довести до конца начатый проект. Чтобы этот храм мог стать гробницей Фараона! Моей гробницей! Своими руками я строил себе склеп. Ха-ха-ха!!! Какие-то импульсы, наподобие смеха начали исходить из меня, колебая воздух вокруг меня. Я не мог остановиться, это было больше похоже на истерику, все продолжалось и продолжалось. Вдруг вжик! Что-то произошло и я вылетел из тела. Из этого смрадного, разлагающегося тела. Неужели! Свобода! Я парил под потолком наслаждаясь необыкновенным состоянием безмятежности. Все позади! Я выбрался! Внезапно я увидел еще одну фигуру, лежащую в нише рядом с моим телом, и еще две поодаль. Ощущение апатии снова охватило меня. Я то выбрался, а они? Вместе со мной должны были умертвить мою главную жену и двух приближенных слуг Ми и Эрада. На самом деле они заменили мне отца и мать. После того, как умер отец, моим наставником и советчиком был Фй. Но свою любовь мне дарили верные слуги, семейная пара Эрад и Ми. Именно их я считал своими названными родителями. Именно к ним приходил в тяжкие часы сомнений и неудач. И именно их любовь и вера в меня давали мне силы нести свое бремя ответственности дальше. Теперь их нет в живых, их умертвили, чтобы они могли сопровождать меня и мою жену в путешествии в лучший мир. Если бы я мог вернуть все назад, то никогда не приближал бы к себе тех, кого действительно любил, и тогда бы все они остались живы. Я то выбрался, а выбрались ли они? Что, если они заперты в этих душных гниющих черепах, без всякой надежды на спасение. И просидят здесь сотни, а может тысячи лет! И никогда не попадут в лучший мир! Самая безбожная из всех самых безбожных мыслей посетила меня внезапно. А есть ли он - лучший мир вообще? Существует ли он на самом деле? И где они Боги? Я пытался придавить заглушить в себе эти мысли, но они звучали все громче и громче. Ведь я никогда не видел никаких свидетельств существования лучшего мира и Богов, кроме тех, что говорили мне жрецы. Но как я мог не верить жрецам? Ведь им верили мой отец и моя мать, и мои предки и мой народ, в конце концов! Мой народ! Мой народ! Я вспомнил, как жил мой народ последние тридцать лет. Как обнищала моя страна. Сколько людей стали умирать на улицах от голода. Сколько детей стало сиротами из-за постройки храма. Скольким родителям пришлось продать своих детей в рабство из-за невозможности прокормить их! И во всем повинен лишь я! В моей стране дела и так шли плохо из-за природных бедствий постигших нас в последнее время, и вместо того, чтобы пустить имеющиеся средства на улучшение жизни людей, я еще усугубил их жизнь постройкой никому не нужного храма, ставшего моей могилой. Одна мысль, копошившаяся где-то вдалеке, завладела моим сознанием. Вот почему так рано, при загадочных обстоятельствах, от пищевого отравления, умер мой отец. Жрецам не выгодно иметь правителя, самостоятельно принимающего решения, а я в последнее время проявлял кранее неповиновение методам церкви. Фй приходилось все время проводить со мной разъяснительные и вдохновительные беседы. Наверное, им просто надоело со мной возиться. Мой младший брат еще совсем неопытный. Он будет во всем слушаться Фй, и даже не будет пытаться вмешиваться в вопросы управления страной. И вдруг я увидел свой народ, изможденный, сгорбленный под множеством проблем, еле дышащий в жестких тисках налогов, управляемый кучкой сумашедших, называющих себя служителями Богов, и юношу, которому предстоит нести ответственность, и заботиться обо всех этих людях, и решать их проблемы. И я понял, что Бог все-таки есть, что справедливость существует. Если и есть на свете наказание достойное меня, то оно здесь. Это справедливо, чтобы храм похоронивший десятки тысяч людей во время строительства, стал моей гробницей навсегда. Поэтому я вернусь в свое разлагающееся тело и буду сидеть там изо-дня в день до скончания веков. И за это время, я думаю, жизнь в этом мире без такого идиота, как я, станет лучше. И когда у вас все наладится, сделайте милость, сообщите мне. Я буду считать, что искупил свою вину. Моя гробница находится в самом большом храме на территории страны Египет. Разберите завал у входа и вскройте дверь. Я буду находиться внутри и ждать вас. Самый великий Фараон, наместник Бога Ра на земле. Ваше мнение: Украинская Баннерная Сеть |
{v_xap_link1} {v_xap_link2}
{v_xap_link3} {v_xap_link4} |
elena - ИСПОВЕДЬ МУМИИ
|
Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Ответственность за содержание произведений несут их авторы. При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.libra.kiev.ua/ обязательна. ©2003-2007 LineCore |
Администратор |