Жанр: Проза: Философская Прочтений: 0 Посещений: 577 Дата публикации: 15.4.2015
Небольшое эссе о том, что может иссушать душу.
Ненависть… Сильное чувство. Очень сильное. Чтобы оно зажглось, нужно из всех сил чиркануть душу о зло. Плотно прижать душу ко злу и резко, сильно двинуть с места. Тогда происходят удивительные вещи, разорванный край души кровит, но зло бросает в эту кровь искры и кровь души вспыхивает. Душа начинает гореть. Так рождается ненависть. Ее огонь ослепляет. Сжигает саму ткань души – это если ненависть очень сильна. Но ненависть может тлеть годами. Как торфяники в пригороде. Ждать подходящую погоду, ждать, когда душа высохнет.
Погода этой весной чудила изрядно. То было жарко до футболок, то вдруг лил ливень и дул штормовой ветер, заставляя снова доставать с радостью упрятанное зимне-весеннее пальто. Вот сейчас как раз было сухо. И жарко. Уже несколько дней было жарко.
На душе было сухо и нехорошо. Душа просила пива. Разум, вступив с ней в сговор, говорил о том, что это вполне возможно. Работы на сегодня не было, было только время и кафе по пути.
Внутри было не намного прохладнее. Стены обшиты деревянными плитами, столы тоже деревянные, хотя и с рекламой пива. Стойка в глубине, смотрящая с надеждой в сторону двери барменша-повар-официант. Обычное кафе. Можно и пива выпить, можно из офиса на обед выскочить. Я вот, например, как раз вот по пиву. О, боже, как давно я его не пил! Соскучился жутко, одним его ароматом готов напитаться.
Пошел к стойке, к вечно и везде капающим кранам. Пошел, почти не глядя по сторонам. Тем удивительнее, что все-таки мой взгляд за него зацепился.
Дима. Был когда-то Димыч, был Димон… А потом стал Дима. Статус обоих не предусматривал Дмитрия, а то был бы и Дмитрий. На секунду наши глаза встретились. Он вздрогнул. И я бы вздрогнул, если бы не был к такому готов. В глубине его глаз был знакомый мне отблеск. Ненависть. В его душе до сих пор тлела ненависть.
- Привет, Дима, - я бесцеремонно сел напротив. Краны с пивом подождут.
Он не ответил. Еще бы. Я бы тоже не ответил.
- Дима, мне не важно, позволяешь ты мне или нет. Но я скажу и пойду. Вот просто скажу и пойду.
Дима взял кружку с кофе и, не глядя на меня, выпил. Потом посмотрел в окно. Меня здесь для него не было. Впрочем, меня для него не было уже давно. Уже лет 10 как не было. С того бессмысленного и жестокого утра на первую годовщину его с Маринкой свадьбы, когда в запале скандала она не рассказала ему все. И про меня. И про Стасика, который был, на самом деле, моим сыном. Вот, наверное, тогда я для него перестал быть. Маринка и Стасик чуть позже перестали для него существовать. А я вот прямо в то утро. Десять лет назад. Почти четыре тысячи дней, каждый из которых был острием жуткого рыболовного крючка – вогнать можно, а вот назад, даже с мясом, никак нельзя, можно только дергать, кричать от боли и смотреть как кровит душа. И ведь дергаешь. Всегда.
- Дима, может, ты все же услышишь меня. Я был тогда сволочью. Даже не буду рассказывать, ты сам все понимаешь. И я с тобой согласен. Но, Димка, десять лет ведь прошло…
Такой же отстраненный взгляд в сторону.
- Ай, ладно, все. Нельзя прошлое изменить. Просто прости меня, Дима. За то, в чем виноват. За то, в чем не виноват – тоже прости. Я не виноват в той аварии. Я виноват в том, что Марина и Стас были со мной тогда. Просто прости и отпусти. Дима, пожалуйста, услышь меня. Прости. Твоя ненависть сжигает твою душу. Ты можешь закончится весь и твоей души может не хватить на добро для тех, кто будет рядом с тобой. Ты не слышишь меня, но это так, Дима!
Молчит, катает кружку по блюдечку.
- Ладно. Бывай. Может, еще встретимся.
Я попробовал на прощание встретиться с ним глазами – не получилось.
Пожав плечами, шагнул в сторону двери. Потом передумал и шагнул в сторону стены, обшитой деревянными плитами. Дерево старое, успело пропитаться эмоциями. То, что сейчас нужно.
Вышел на улицу. Ай, Бог с ним. Пойду дальше, на следующем перекрестке есть наливайка. И там тоже протекают краны, роняя дивный, насыщающий душу аромат. То, что надо мне, иссохшему…
Ваше мнение: