Александр Пышненко - 12, 26, 30 сентября 2025 года Звездные часы
Жанр: Лирика: Философская Прочтений: 0 Посещений: 80 Дата публикации: 1.7.2026
КОГДА ТОРЖЕСТВУЕТ РАБ
Когда торжествует жалкий раб –
Пострадает больше всех – свобода!
Народ, который будущее обокрал,
Из прошлого, выйдя черным ходом!
Когда торжествует кровавый палач –
Восторжествует, кругом, страх и ужас!
Люди бросятся, – в истошный плач,
И сядут, как всегда, в грязную лужу!
30 сентября 2025 года
ПОЭТ И МУЗА
Поэт и Муза во плоти,
Не выпили смузи любви.
Дверь, не смогли найти,
Чтоб у стихи Его войти!
30 сентября 2025 года
УКРАИНА НЕ БЕЛАРУСЬ
Украинцы, как Русь, воспряли духом,
Превратившись в державный народ.
Не чета стали бульбашам-белорусам,
Которыми заправляет чекистский урод.
Из Великого Княжества Литовского, –
Превратились в жалкое подобие бульбашей;
Став холопами, княжества Московского,
Которых заталкивают в рабство взашей.
Забыли белорусы, свою Великую историю.
В нелепых партизанов превратились.
Как будто не было великого Батория.
Все великое медным тазом накрылось!
30 сентября 2025 года
ВОЗНЯ ГЕРОНТОКРАТОВ
Смотришь на эту возню геронтократов,
Что сейчас на политическом Олимпе,
Этих уже выживших с ума бюрократов,
С приклеенными, к своим лбам, нимбами.
Диву даешься – как могло случится такое!
Чтобы подобные вампиры, в звериной сути,
Нашли дьявольское, воплощение земное,
Вынырнув из грязной, политической мути.
30 сентября 2025 года
В ХРАМЕ КУЛЬТУРЫ
В храме, школьной, культуры,
Училка, мазала и курила элей.
Весталка в пенатах литературы,
Из слов, под иконами писателей.
Не гимнаста распятого,
Ставила, ученикам в пример.
Поэты, небожители святые,
Обращали отроков, в веру.
С амвона, мироточивые речи,
И акафисты провозглашала.
Горели, в лампадках, свечи
Знаний, которые она зажигала.
Как кирпичики мироздания,
Словами помазала, как миро –
Выстроенный храм сознания.
Принадлежа к литературному клиру.
Покрыты сусальным золотом,
Книги, – отсвечивают на солнце.
Мерцают в них знания перемолоты,
Как свет снисходящий в горнице.
Нет здесь священников-бюрократов,
Лжецов, холуев, жлобов, проходимцев.
Кто читают книги, – называют братом,
И отличаются от всяких мерзавцев.
Чекисты храм разрушить не смогли,
Сколько бы стукачи не старались.
Стихи, во многих сердцах, веру зажгли,
Люди в Сенькиной шапке оказалась.
Стихотворный храм – это прекрасно!
Думать, он сложен из отобранных слов.
И стоит великий храм – не напрасно,
Человек, только в нем, будет спасен!
30 сентября 2025 года
ЗВЕЗДНЫЕ ЧАСЫ
Когда зажигаются новые звезды,
Отмеряя человеку путь на Земле,
Звездные часы, прибывают, возможно,
На одну звезду, что вспыхнет во мгле.
А бывает, – начнут звездопадом…
Это войны, значит, где-то идут.
Звезды теперь падают рядом –
В Украине началась жуть.
Зане звездные часы, непрестанно,
Чьи-то судьбы решают во мгле.
С упавшей звездой, как не странно,
Сокращается видимость Земли.
26 сентября 2025 года
ЖИЗНЬ ВСУЕ
Был я молод и красив,
Отец во мне души не чаял.
Сам он был очень горделив,
И сентиментален был до края.
Мать учительницей была,
Служила, как могла, Системе,
В избе-читальне, неспроста,
Решала политические темы.
Иногда, меня с собой брала,
Я был тогда еще слишком мал,
Империя воинственной была,
Я этого, ничего не понимал.
Отец, жив был другою семьею,
В других компаниях гулял.
Он, тоже брал меня с собою,
Играл там в карты и выпивал.
Эра телевизора еще не пришла.
Я сиживал на теплой печке.
Играли в подкидного дурака.
На том столе, горела свечка...
Еще электричества не было,
Точнее, – его редко включали.
Люди очень примитивно жили,
В селе, точнее, – выживали...
Постукивали друг на друга,
Несли по селу всякую пургу.
Потом отца не раз избили,
Начальство взъелось на него.
И мать, от всего меня спасала.
От холуев, что жили там рабами.
Мог сказать я в школе, что попало,
Не удерживал язык свой за зубами.
Что в комсомол поступаю затем,
Что лишние деньги имелись.
Это была одна из досадных сцен,
На меня все холуи ополчились.
Я ненавидел – мерзкую Систему,
Директора Петруню, нах… послал,
Впервые, приехав из техникума, –
Должок подлому сексоту отдал.
За то, что этот хрен горбатый,
Вербовал в стукачи, детей,
И эти проворные, ползучие гады,
Влазили в доверие в виде друзей.
Когда я в первый раз влюбился,
И как-то сразу нелепо, без оглядки,
Как будто в бездну провалился,
И стукачи показали – свои повадки.
С девушкой не дождались взросления,
Она связалась с каким-то м…чудаком,
Любовь – превратилась треволнение,
В какой-то грязный, омерзительный ком.
Поступление техникум, как награда,
За красоту и силу духа, – при том,
Здесь, спесь поубавить бы надо.
Но я уже решил, что стану поэтом.
Чтоб свои амбиции реализовать,
Я начал упорно ремеслу учиться,
Классическую литературу читать,
Старался всего талантом добиться.
Геология дала, практически все –
Я много странствовал по стране,
И это влияло на творчество мое,
Я быстро перерождался в глубине.
В больших городах и селах,
Проживал в которых подолгу,
Учась на бескрайних просторах –
Приучаясь к выполнению долга.
Бюрократам, в лицо смеялся,
Я становился поэтом не на бумаге,
Не под кого никогда не прогибался,
Был ровным и точным, как шпага.
Всегда ненавидел стукачей, –
Почти, что весь советский народец!
Считал их, за последних сволочей,
Такой-никакой – народ-уродец…
Это из-за них ушла первая любовь,
Из-за какого-то подонка Кальсона,
Я подымался и падал вновь и вновь,
Как будто с койки, из просонок.
Ждал их подвохов с любой стороны.
Меня в безымянстве смерть ждала.
И пытался сбежать с той страны –
Только удача чуть-чуть подвела…
Но я не потратил время зря.
В литературу все превращал.
Чтобы взошла когда-нибудь заря,
Чтоб людям правду рассказал.
12 сентября 2025 года
ИССЛЕДОВАТЕЛЯМ
У нее – роскошное тело, –
И такая богатая география.
Изучить бы ее по делу,
Вдохновлясь ее топографией.
На все эти горы и их вершины?
Альпинистом бы лазить пришлось.
Погрузиться бы в пещеры и низины?
Спелеологом – наглости не нашлось!