|
    Прочтений: 0 Посещений: 2050 Дата публикации: 24.7.2006 178 дней писалась эта повесть. Идея, вначале показавшаяся мне глупой фантазией, тем не менее материализовалась в текст. Вначале я думал, зачем ворошить прошлое, зачем вспоминать картонных героев – первых обитателей моего маленького пока ещё мирка, именуемого Гедегионом. Но потом понял, что они – частичка моей души, нельзя забывать их, нельзя хоронить, наоборот, я обязан дать им жизнь, нарисовать характеры и повадки, сделать их живыми. Вот поэтому появился «ВОР 2», вот поэтому появиться когда-нибудь и «Сын Харуна 2» и «ВОР 3». Все ещё впереди, ну а пока – добро пожаловать в Северные горы. Он – не такой, как все. Он помечен судьбою, выбран для неких великих подвигов и миссий, порученных ему богами. Простой вор, типичный бандит, сирота и изгой. Его мысли витают в облаках, а душа просит приключений, но мир суров, он не вытерпит покушений на установленные некогда устои. Гномий рудник, в который попадает Дик после судьбоносной драки на мосту, преобразуется в тюрьму. Молодой человек понимает, что жизнь только начинается, новая жизнь, в которой нет места кражам и взломам. Он теперь другой, низкорослые карлики выковали из него храбреца. Туманные земли манят, храня в дебрях своих мириады тайн, узнать которые и стремится наш герой. Именно поэтому он и покидает гномью обитель. Северные горы лежат перед ним – загадочный горный хребет, леса которого населяют орки и гоблины, пещеры которого прячут во тьме немыслимые сокровища. Вор находит себе столь желанное приключение, встретив на одной из полян… Кого, спросите вы. Читайте и узнаете. Северные горы. Пролог. Ученик и учитель. Падал снег. Где-то за окном, неспешно тянулась унылая песнь метели. Оживленные бурей ставни то и дело били по закупоренной раме со стеклом, что отгораживала сейчас темную комнату придорожной гостиницы от непогоды. На столе горела свеча. Капля воска угрюмо поползла вниз по толстому и гладкому стволу дарителя света. Он единственный пытался преобразовать полную холода и тьмы комнатушку – безуспешно, ибо один солдат в поле – ничто по сравнению с той армадой, что движется сейчас на него. Давно уже над миром властвовала ночь, но те, кто грелся у огня, не спали. Их было двое, лица прятались за вуалью мрака. - О, учитель, ты был прав, жизнь – это нескончаемая череда будоражащих событий. Она не может быть однообразной, она, как лес, постоянно меняет наряды, будто желая удивить нас, соблазнить, подобно уличной девке, - прозвучало во тьме. Слова принадлежали молодому человеку, только подступающему к той черте, которую принято именовать половиной жизни. – Я боюсь, учитель. Война, которую мы ведем, бестелесна. У нас нет осадных орудий, нет крепостей, у нас лишь надежда. - Страх – признак жизни. Если тебе ещё знакомо это чувство, значит, сердце бьется, не покрылось той вечной ледяной коркой, сгубившей многих прославленных героев, – ответил старческий голос. – Я многому тебя обучил, но самое главное преподаст тебе жизнь. Ты сам взял в руки меч, сам решил ступить не эту дорогу, мы не можем управлять временем, так что, ни к чему слова. - Он пробуждается, да? Клетка слабнет, магические прутья гниют, мир вновь завоет от злобы его обитателей? Почему, учитель? Почему?! Ведь есть же смерть, и ты сам говорил мне, что никто, никто и никогда не может её обмануть! Минули века, даже тысячелетия… - Я никогда не врал тебе. Но… есть вещи, понять которые даже я не могу. То существо, победить которые мы обязаны, давно уже вышло за рамки, оно не поддается какой бы то ни было классификации… - Божество? - Может быть. - Но… как тогда драться? - Я не узнаю тебя! – старческий голос посуровел. – И это говорит мне мой лучший ученик – человек, для которого дракон лишь разминка перед боем?! - Прости учитель. Я… я боюсь, никогда ещё мне не было так страшно. - Побори страх! Он – твой главный враг в том заданий, которое я припас для тебя. Пока есть время, мы обязаны действовать. - Я справлюсь! Обязательно справлюсь! Что я должен сделать? Старик перешел на шепот. Кусочек пламени на свече порой вздрагивал от проскользнувшего в комнату ветерка. Учитель и ученик готовились к бою. Глава первая, повествующая о том, что в Северных горах появился человек, на поясе у которого висит мифриловый клинок. Мой путь – война, мое призвание – борьба, и жизнь моя – лишь меч ещё один на поле брани. Уильям – маг из ордена Белого пламени. В Северных горах наступила весна. На смену холодному, убийственному ветру пришло дивное пение птиц и аромат первых, показавшихся из-под снега, цветов. Появились и первые листья, усыпав, будто бы, мертвые ветви растущих на склонах деревьев. Вечно зеленые ели и пихты стали радоваться лучам солнца, впитывая в себя каждую каплю нежного, весеннего тепла. Среди этого, казалось бы, зарождающегося, нового мира, виднелись снежные макушки гор, безжизненные, вечно белые. Небольшой костерок, разведенный на уютной, окруженной кустами, поляне, давно потух. Встречая первые лучи солнца, подаренные шестым рассветом весны, угольки умерли, поддавшись утреннему холоду. Небесное светило медленно поднималось из-за горизонта, грея мир и оглашая приход нового, долгого и полного забот дня. - Крр! Крр! – пел о чем-то своем, сидящий на ветке ворон. Дик с неохотой открыл глаза. Его измученное, скрытое под прочными доспехами, тело все ещё болело. Сложно сказать, сколько прошел он вчера, блуждая в бесконечном лесу, и сколько пройдет сегодня, выискивая тропу вниз. Мысли собирались в кучку, вырисовывая картину вчерашнего дня и постепенно проясняя, кто он, где он, и зачем он здесь. Под латами заурчало – скудный ужин не оправдал возложенных на него надежд. - Крр! Крр! – не переставал вредный ворон. Дик сморщился, наглая птица, будто нарочно, долбила по голове своим «пением». Его рука невольно поползла по холодной земле и наткнулась на камень. - Уйди! – выдавил из себя сонный вор, швыряя импровизированный снаряд в нарушителя покоя. Камень ударился о ствол дерева и, гонимый рикошетом, отскочил в сторону. Тем не менее, цель была достигнута – птица испугалась и, соскочив с дерева, куда-то улетела. Зевая, и потирая затылок, вор сел. Расстеленный на земле дорожный плащ, послуживший ложем, смялся и промок. Рядом лежали меч и сумка с провиантом. Дик по привычке взялся за оружие, нежно поглаживая искусно обитые ножны. Диковинный и ценный подарок, у которого так ещё и не было шанса показать то, для чего его собственно и сотворили трудолюбивые руки гномов, хотя… может, это и к лучшему. Скрежет металла – лезвие выглянуло из-под потупляющих его величие ножен, засверкало в солнечных лучах. Ах, этот неповторимый блеск! Дик смотрел на свой клад с восхищением, повторяя про себя заветное слово – мифрил. Сколько же может стоить этот меч? Он нередко задавал себе этот вопрос, тут же содрогаясь от этой чудовищной мысли – любимый клинок у кого-то другого. Нет, он никогда его не продаст, умрет, но не расстанется с ним! Меч вернулся в ножны. Превозмогая уже ставшую привычной боль, Дик поднялся на ноги и сделал пару шагов в сторону остатков костра. Его взгляд застыл на обширной панораме горного склона – дорога вела вниз, туда, где нет ни ледяного ветра, ни камня, ни тех образов, что он тщетно пытался выкинуть из головы. - Пора идти! – беззвучный приказ возник в его голове, заставив вспомнить, что ноги и руки, в которых уже нет той былой силы, ещё способны совершать работу, а значит, нужно им её дать. Вор поднял свой плащ, пару раз взмахнул им, стряхивая пыль и холод былой ночи, закинул на плечи. Звонко щелкнула застежка на ремне, прикрепляя оружие к поясу. Стальной сапог раздробил остатки недогоревших дров, вконец похоронив костер. Потертая сумка, в которой ещё хранились жалкие продовольственные запасы, легла на плечо – сборы завершены. Очередная ночевка в горах подошла к концу. Дик глубоко вздохнул, вдыхая неповторимый весенний воздух. Мириады дорог лежали впереди, и лишь одна из них окажется верной. Именно она приведет его туда, в бескрайние, неисследованные земли, что грезились ему когда-то. Что там, за горизонтом? Он часто фантазировал, представляя себе эти просторы, и вот теперь он здесь, видит свою мечту. Осталось сделать последние шаги - спустится со склона. Все, что случилось с ним здесь, в Северных горах, забудется, и только прекраснейший клинок будет напоминать ему о былых временах, заставивших его полностью измениться и по-новому взглянуть на свою жизнь. Вот и в его душу пришла весна, поборов лютые морозы, и устояв под напором холодных ветров. Вначале он шел не спеша, стараясь не напрягать почти не отдохнувшие мышцы. Поляна давно уже исчезла из виду, скрывшись за зеленеющими ветвями деревьев. Никаких видимых троп в густой чаще леса не было, один единственный ориентир – солнце. Встречались массивные каменные валуны – отдаленные напоминания о близости гор. Коряги, буреломы, овраги – все это столько раз повторялось, что Дику порой казалось, будто он ходит кругами, скованный незримым заклятьем. Однако склон, оставаясь склоном, шел вниз, постепенно перевоплощаясь из горной тропы в обычный спуск с холма. Редкие просветы в зарослях открывали вору удивительный вид – зеленый океан, конец которого скрывался за горизонтом. К полудню он ускорил шаг. Висящий на поясе клинок звонко стучал по стальному бедру, будто просясь в бой, но страх, почему-то не наполнял душу Дика – некое ощущение спокойствия и уверенности присутствовало в ней. Давно уже он не испытывал того незабываемого чувства – смеси гордости и самоуверенности. Когда рукоять меча лежит в руке, вокруг тебя враги и, словно ты один, один во всем мире, но в то же время знаешь, что за спиной твоей стоит смелый и решительный друг, способный прикрыть тебя в любую минуту. Вор часто думал об этом, и боясь и скучая по таким моментам. Невольно прислушиваясь к пению птиц и голосам леса, он касался своего меча, представляя, как сейчас вон из-за того дуба выскочит орк, замахиваясь на него тупой секирой. И вновь бой, вновь феерическая пляска смерти. Но все это - лишь фантазии, которые трудно было даже назвать мечтами. Многому научился он за последнее время, желание применить полученные навыки отбрасывало естественный страх перед дорожными испытаниями – может, поэтому он и решился отправиться в путешествие, сам ещё толком не зная, правильно ли поступил. Впереди показался пень. Остатки безымянного дерева, поросшие мхом, умело замаскировались в кустах, однако вор все же их заметил. Тяжело дыша, он присел. Сумка соскользнула с плеча и облаченные в черные кожаные перчатки руки начали распутывать тугой узел. Шнурок поддался, представив взору Дика, скудные запасы еды, которой должно было хватить на всю дорогу. Несколько яблок, куски валенного мяса, заплесневелый сыр – и как все это можно растянуть на неопределенное количество однообразных дней? Глядя в сумку, вор пожалел, что не взял у гномов арбалет, хотя его умение стрелять наверняка бы не окупилось запеченной в глине дичью. Дик достал круглую флягу и слегка поболтал её – никаких обнадеживающих звуков, но отчаиваться не стоит – он не раз видел здесь ручьи, однако, сколько же ещё брести до следующего? Крышка повисла на тонкой цепочке, вор запрокинул голову и открыл рот, пытаясь поймать последние капли живительной влаги – безрезультатно. Сплюнув в сердцах, он положил фляжку обратно в сумку, завязал шнурок и пошел дальше. Жажда давно уже вытеснила голод, а от нее, как известно, человек страдает ещё больше, но Дик старался об этом не думать. Ветра почти не было, лучи солнца бегали по доспехам, создавая причудливые блики. Одинокий вор по-детски радовался им, улыбаясь и смотря на еле заметное из-под веток небо. Он старался не думать о тех лишения, сменяющих друг друга всю дорогу, спотыкался о корни, каждый раз заглядываясь на яркую окраску неизвестной ему птицы. Раньше он задавался вопросом – почему все так благосклонны к весне, а теперь понял, когда смотришь на рождение жизни, и вспоминаешь минуты, в которые ты мог бы её потерять, начинаешь чувствовать неописуемую любовь к этому времени года. Дорога пошла в гору, снова показали свои шершавые и холодные края гигантские валуны – он ещё не пересек границ Северных гор. Как хотел Дик забыть об этом, но нет - горы, и все ассоциации, которые возникали при виде этих массивных камней, не переставая, напоминали ему о прошлом. - Ну, где же вода! – кричал про себя вор, облизывая сухие губы и напрягая слух в надежде услышать столь желанное пение горных вод одинокого ручья. Нет, ни одного признака воды. Все это начинало превращаться в манию, зависимость, вытягивало силы и нагоняло мысли о глупой смерти из-за жажды. Неизвестно, что случилось бы потом. Дик постарался не думать об этом, всецело надеясь на свой слух и милость давно уже отвернувшихся от него богов, которые вдруг напомнили о своем могуществе – послышалось журчание. *** На небольшом горном выступе, с которого открывался завораживающий вид на все близлежащие земли, трещали сухие ветки. Клубы дыма неспешно поднимались к небесам, возле костра, на круглом, обитым кожей щите сидел воин. По правую руку не молодого уже, лысого человека лежали одноручный боевой топор и увесистая булава. Он тоскливо кидал в огонь высохшие обломки древесной коры и думал о чем-то своем, не обращая внимания на ту красоту, что предстала пред его суровым, недоверчивым и проницательным взором. Лишь на затылке у него все ещё оставались волосы – ровно тринадцать одинаковых, трудолюбиво сплетенных кос. Между ногами, растапливая засохшую грязь на коричневых походных сапогах, полыхало пламя, отражаясь на вычищенных до блеска латах, поручах и поножах. В нескольких шагах от воина стояла фигура, взгляд которой был прикован к еле заметной черной точке на небе, медленно плывущей в сторону выступа. Некое подобие серой мантии укутывало стройное тело, полы её теребил шальной весенний ветер, по пути захватывая с собой длинные светлые волосы восхищенного эльфа. Все было при нем – покрытый витиеватыми, переплетающимися узорами лук и колчан с тисовыми стрелами, висящие за спиной, два тонких, изогнутых меча – близнеца, остроконечные уши и мудрый взгляд, устремленный в небо. - Будет дождь, - подытожил он, взирая на тучи. Его тихий и звонкий, словно струна волшебного музыкального инструмента, голос нарушил царящую здесь тишину. Точка в небе все росла и росла, перевоплощаясь и приобретая силуэт подхваченной воздушным потоком птицы. - Фоу! – вздохнула сидящая на корточках возле эльфа женщина. Её покрытые тонкой тканью дорожных перчаток руки висели над каменистой землей, локти лежали на коленях. Страшный шрам украшал левую щеку опытной путешественницы – полной противоположности тем типичным домохозяйкам, круг интересов которых ограничивался приготовлением еды и заботой о детях. Не смотря на уродливую щеку, она была красива, грациозна, величественна – черные, смоляные волосы, обхваченные шнурком, образовывали длинный хвостик, единственное украшение виднелось на ней среди потертых покушениями доспехов – серьга в правом ухе, серебряная когтистая лапа некоего чудища. Полуторник и лук за плечами подчеркивали независимость и храбрость, поставив её в один ряд с сильными и выносливыми мужчинами. Птица спикировала и опустилась на плечо путешественницы. - Крр! – молвил ворон. – Крр! Крр! Женщина прищурилась, будто бы понимая примитивный язык птицы и внимательно слушая все, что повествует ей только что прилетевший разведчик. Она вытянула руку, и ворон, именуемый ею Фоу, перепрыгнул на новое ложе, крепко сжав морщинистыми лапами два пальца хозяйки. Воин у костра хмыкнул. – Нет, я никогда в это не поверю! Ладно, вы – эльфы! Я, конечно, слышал, что будто бы в древности, люди общались с животными, но сейчас, в наше то время… - Как мало вы знаете об окружающем вас мире, - эльф, отвлекшись от размышлений, посмотрел через плечо на ухмыляющегося вояку. - Тише! – резко прервала их диалог женщина. – Мой друг принес нам интересные вести, - её твердый голос сошел на полушепот, а взгляд приковался к каркающей птице. - Что?! – не без интереса спросила она у ворона. – Мифриловый клинок!? Он один? Точно один?! - Интересно, очень интересно, - хозяйка Фоу погрузилась в раздумья, словно решая некую загадку. – В горах появился одинокий путешественник с мифриловым клинком на поясе, он спустился с гор и двигается к равнине, один и очень устал, по виду - воин, доспехи явно из-под гномьего молота, однако не мифриловые. Кто ты, таинственный путешественник? – женщина погладила кулаком подбородок. – Мне нужен совет мага, - заключила она, вставая на ноги. - А тебе не кажется, что у нас, в общем, то нет времени на изучение всяких там мифриловых клинков и странных личностей, разгуливающих по склону?! – грубо заметил сидящий возле костра воин. - Вот поэтому мы превзошли вас, - вздохнул эльф. – Вам не интересен мир, в котором вы живете, его загадки навсегда останутся для вас неразгаданными. Будто соглашаясь с философской репликой эльфа, что-то невнятно проблеял приминающий редкую травку осел. Казалось – его тонкие ножки сейчас сложатся от колоссальной нагрузки – нескольких мешков с провизией, одеял, плащей, трех боевых топоров, одного меча и двух луков. Но, тем не менее, животное не только стояло, но ещё и умудрялось щипать освободившуюся из-под снега траву. Женщина заходила взад вперед возле костра, полностью погрузившись в незримый омут предположений. Её рука раскачивала висящий на поясе меч. Ворон, пристроившись у неё на плече, вычищал перья. - Может, хватит!? – неожиданно сорвался воин. – Нам давно пора отправляться в путь, а не сидеть здесь в ожидании неизвестно чего! - Какой же ты все-таки! – не без доли иронии сказала путешественница, бросив на ворчливого собеседника полный презрения взгляд. – Как ты не понимаешь?! В безлюдных, полных опасностей горах появляется воин, и оружие его сделано из мифрила! Самый дорогой в мире металл, легкий и ковкий, словно созданный лишь для того, чтобы из него делали изящное и несравненное оружие – мечта любого кузнеца, искателя приключений, короля – кого угодно, кто знает толк в искусстве боя! И клинок из этого металла в руках неизвестно кого! Ну, откуда?! Как?! Почему?! - Только не говори мне, что все это сказал тебе твой ворон, - проворчал воин. Женщина презренно махнула не него рукой и заговорила теперь уже больше сама с собой. - Что-то здесь не так, я чувствую это каждым волоском на голове, он появился здесь неспроста, у него какая-то тайная цель, а может… - женщина остановилась. – Может это связано с нами, или с тем, что мы…? – она взглянула на стоящего возле неё эльфа, по-прежнему рассматривающего горизонт. - Чушь, при чем здесь это! – воин отодвинулся от костра. - А может, он просто заблудился? - мелодично произнес эльф, будто вынырнув из мутных вод непонятных простым смертным размышлений. – Каков он? Что можно прочитать в его слипающихся от усталости глазах? Не лучше ли ему так и остаться для нас манящей головоломкой? Ведь у него свой путь, а у нас свой. - Ну, надо же а! Я уж думал, ты вообще ничего дельного за всю дорогу не скажешь! Убеди ты свою горячую подругу, а иначе найдет какое-нибудь приключение на свой закованный в сталь зад! - улыбнулся севший на корточки воин. – Пускай этот странник идет по своим делам, у нас же совсем другие заботы. Натруженная мыслями путешественница старалась не замечать язвительных слов попутчика. Образ загадочного воина вертелся у неё перед глазами, и все мысли были посвящены лишь ему. Мириады вопросов, ответы на которые знал лишь он – странный путешественник, которого косит усталость и гложет неведение пути. Он необычный, и это точно. Какая же тайна кроится под созданными гномами доспехами? Для каких целей служит ему столь прекрасный и несравненный меч? Кто ответит на эти вопросы? Ответ был мгновенно найден, и следопытка застыла, жадно глотая прохладный воздух – да. Безумный, ничем не оправданный план возник в голове, заставив замерзшее сердце учащенно биться в груди. Но как воплотить его в жизнь? Что скажут другие члены отряда? Эльф пойдет за ней куда угодно, но другие… - Мне нужно с ним встретиться и поговорить, - резко вырвалось из неё, воин чуть не подавился зеленым яблоком, неизвестно откуда появившимся в его руке. - Что?! Это не входит в наши планы! Я не нанимался бегать за каким-то бродягой по этим горам! Моё время дорого стоит, и цена постоянно растет, учти это, следопытка! Мы и так впустую тратим ценные часы, сидя здесь! – воин вскочил на ноги, сжимая подхваченный сходу топор. - Неизвестно ещё, что… - женщина не успела договорить. В кустах, обильно произрастающих вокруг временной стоянки отряда, послышался шорох. Сухие ветки с треском ломались – кто-то неспешно шел к лагерю, воин напрягся. Эльф спокойно стоял на прежнем месте, будто бы ничего и не происходило, а женщина по привычке потянулась к луку. Все страхи и сомнения вмиг развеялись, когда они увидели, кто же вышел к их костру. *** Дик сорвался на бег. Еле слышное журчание уподобилось неописуемой музыке, теснящей все негативные помыслы и полузабытые страхи. Спасение пришло мгновенно, нежданно и негаданно. Вор ломал сухие ветки, создавая себе дорогу к столь желанной и нужной сейчас воде, и вот он на месте. Тонкая струйка прозрачной влаги разделила напополам ещё одну небольшую полянку, двигаясь вниз по склону, преодолевая пороги и порой перевоплощаясь в крошечные водопады. Трудно было оторваться от этой созданной волей природы красоты. Дик лишь на миг замешкался, наслаждаясь чарующей картиной и пытаясь внушить себе, что это - не мираж. Затем его колени сами по себе согнулись и он, сложив ладони, зачерпнул воды из горного источника. Прилив новой силы ощутил он, как только первые ледяные капли коснулись его почти уже умерших губ, жадные глотки ещё и ещё. Вода давно уже просочилась под перчатки, сводя своей мерзлотой пальцы, но вору было уже все равно. Терпя ломоть в зубах, он пил, пил, пил, а затем начал умываться, еле сдерживаясь от желания скинуть с себя все эти тяжелые доспехи и окунуться в, казалось, магические воды безымянного ручья. Через пару минут ажиотаж прошел, забрав с собой мучительную жажду. Дик выпрямился, вздохнул и утер губы тыльной стороной перчатки, не переставая удивляться непредсказуемым прихотям судьбы. Тут он вспомнил о пустой фляжке. Сумка легла на землю и в горлышко сосуда полилась холодная вода, заставляя вора терпеливо ждать, пока она до краев не наполнит обитую кожей металлическую посудину. Пока фляга тяжелела, Дик смотрел на свое искаженное отражение, неровное и размытое, вычерченное на водной глади. Как он изменился. Не только внутренне, но и внешне – щеки впали, брови сдвинулись, придав некогда простодушному и доброму лицу оттенок суровости, щетина покрыла подбородок, и седина коснулась русых волос. Опыт, жизненный опыт сотворил все это, а ведь ему всего лишь тридцать один год. Вода отражала все – небо, деревья, кусты. Она, словно волшебное зеркало, пыталась показать Дику лишь то, что он не хотел, не желал видеть – всю сырость, мерзость мира, его самого, совершившего ряд непростительных ошибок. Вор хотел отвернуться, но тут его обостренный взгляд различил в отражении одного из стоящих на поляне деревьев нечто странное и никак не похожее на причудливое сплетение толстых ветвей – будто бы… человеческую фигуру, уютно примостившуюся на суку. Ошибки не было, даже в лживом и некачественном зеркале – детище водной глади, четко различались ноги, руки, голова. В ту же секунду Дик выхватил из ножен свой заветный клинок и развернулся. Фляга рухнула в воду и, гонимая течением, проползла немного до первого подводного камня, преградившего ей дальнейший путь. Сердце бешено колотилось, и казалось, его сейчас не сдержит созданный гномами стальной панцирь. Однако на той самой ветке уже никого не было. - Привиделось? – спросил сам себя вор, стараясь расслабиться. – Кто знает, какие тайны несут в себе воды этого ручья? – подумал он. Мысленно пытаясь обрисовать в памяти увиденное им существо – несомненно, человека или нечто подобное, Дик поднял из воды переполненную мокрую флягу. Холодная и потяжелевшая, она вернулась в сумку, подобно мечу, вернувшемуся в ножны. Вор расслабился, ещё раз всполоснул лицо бодрящей водицей, может, и колдовской, но такой чудесной. - Мираж, иллюзия, ведение! – внушил себе Дик, не желая оскорблять и обвинять в чем-либо столь прекрасный, и, в некоторой степени, целебный поток. – Мне нужно как следует выспаться, хорошо поесть, вся эта беготня по горам, постоянный и еле заметный страх перед внезапным нападением – вот причина галлюцинаций, а не какая-то там вода. Ах, Дик, Дик, как много ты стал думать о магии, как чрезмерно внимателен стал! Нужно смотреть на мир проще, если и есть здесь кто-то, если хочет этот «кто-то» причинить тебе вред, так зачем же, по-вашему, этой клинок? Разве не для защиты подарен он мне? Нет, кто бы ты ни был, таинственный полумираж, я не дам тебе застать меня врасплох! За спиной внезапно хрустнула сломанная кем-то ветка. Вся уверенность вмиг исчезла, словно подхваченная течением горного ручья. Мокрая ладонь сжала рукоять меча, капли воды мелким дождем посыпались на землю, непроизвольно выжитые стальной хваткой напуганного вора – здесь кто-то был, и это уже не мираж, не шутка, не случайные звуки оживающей природы – хватит себя обманывать. Дик чувствовал, что он не один, и на него, наверное, охотятся, или приставлена мастерская слежка, вопрос был лишь в том, когда потенциальный враг решит ударить, и будет ли атаковать вообще. Вор не шевелился, каждый мускул на его теле напрягся в ожидании мгновенного приказа – вступить в бой, выжить, победить. Все стихло, будто наступила ночь, даже ручей, казалось, погнал свои воды несколько медленнее, готовясь подхватить чью-то кровь. Тишина. Дик повернулся, вглядываясь в кусты, озираясь на ветки, сталь скрипела – лезвие медленно ползло на волю. - Давай. Зачем прятаться, ты ведь знаешь, что одолеешь меня! – хотел крикнуть вор, но страх перед чем-то непонятным и чуждым опутал незримыми цепями язык. Треск сухого дерева! Движение где-то на деревьях! Вор крутился из стороны в сторону, пытаясь узреть почти невидимого противника. Он, словно загнанная дичь, не знал, что предпринять в такой ситуации – бежать, значит показать свою слабость, вынуть меч – первым выйти на тропу войны. Оставалось только ждать, наивно ждать того момента, когда враг решит показаться, или пустить стрелу в спину, укрываясь за деревьями. Время тянулось очень медленно, но, тем не менее, все же шло. Сзади что-то тяжелое коснулось земли – кто-то спрыгнул на траву и встал за спиной у вора. Дик кое-как унимал дрожь в руках, пытаясь заставить себя повернуться, но это было выше его сил. Тот, кто стоял у него за спиной, тоже не двигался, либо, готовясь к бою, либо изучая будущего противника, а, может быть, и то и другое. - Повернись! – вновь бессловесный приказ. – Повернись, изгони трусость! И если надо – встреть смерть, как мужчина, как настоящий воин, а не как жалкий воришка, убегающий с добычей! – стучало у него в голове. Он повиновался. В нескольких шагах от вора, по ту сторону ручья, стояло существо, на первый взгляд неотличимое от обычного человека. Но как только шок и сковывающий страх ушли, Дик понял, кто же встретился ему на миленькой, но очень коварной поляне. Кожа его была темна, чем-то походила на загар, остроконечные уши напоминали свернутые холодом листья деревьев, зеленые глаза нещадно сверлили напуганного вора. Черные, длинные волосы ниспадали с плеч, щеки, шею и подбородок покрывали непонятные татуировки – изогнутые линии, острые углы, полосы – отдаленное подобие неведомых растений, что украшают заброшенные замки и храмы, в левом ухе серьга – простое серебряное колечко. Стройный и величественный, он не носил стальной брони, облачившись лишь в кожаные штаны, сапоги, некое подобие рубашки и странную жилетку, усеянную различными кармашками, забитыми метательными ножами – перед ним ходячая сказка – живой темный эльф. О таких существах ходили легенды, простой люд утверждал, что им нечего уже делать в Туманных землях, и все они покинули этот проклятый край, кто-то говаривал, будто их порода жестока и двулична, хотя были и слухи об их доблести, и даже героизме. Одним словом – сколько людей, столько и мнений, и Дик старался не вставать под чье-то знамя, имея свои собственные доводы об этих странных, пугающих, но в то же время чарующих существах. Проблема была лишь в том, что вор впервые в жизни видел темного эльфа, и не знал, верить ли в их героизм, или же страшиться их жестокости. Обстановка накалялась – ни Дик, ни эльф не двигались. Тем временем вор все тщательней разглядывал своего нового знакомого. На тонких, но мускулистых бедрах висели изогнутые ножи, рядом красовалось странное оружие – тонкая цепь с маленьким металлическим шариком на конце – некое подобие плетки или цепа. Ни мечей, ни лука, ни топора – эльф или не хотел драться, или был настолько силен, что для победы над вором ему требовались лишь ножи. Лицо же представителя загадочного племени оставалось каменным, не подавая никаких намеков ни на драку, ни на желание общаться. Дик, сам не зная, зачем, вынул меч, темный эльф осторожно отступил. Его рука повисла в воздухе, в точности копируя положение руки Дика, державшего меч – зверь играл с добычей. Тихо журчала вода в ручье. Все это становилось невыносимой мукой для напуганного, озадаченного и усталого вора. - Убей меня, и покончим с этим! – мысленно пел Дик, метая молнии и пытаясь сдержать непослушные зубы, ритмично стучащие во рту. Взмах! Выпад! Вор, сходя с ума от неведения, попытался напугать загадочного противника, раскрутив меч у него перед лицом. Эльф лишь зло ухмыльнулся, по-прежнему не произнося ни слова. Его тонкая рука в точности скопировала движения разъяренного путешественника – Дик сделал шаг, он шагнул, Дик взмахнул мечом – рука эльфа вычертила в воздухе дугу. От бессилия и внезапно возникшей злобы вор рванулся с места, мечтая лишь об одном – проткнуть зарвавшегося незнакомца. Так начался неравный и глупый бой неизвестно за что, и непонятно из-за чего. С первых же секунд драки стало ясно – эльф просто играет с взбесившимся врагом. Один его шаг, одно желание, одна прихоть – Дик лежал бы на земле, орошая кровью, холодные воды ручья, но нет – слишком быстрый и слишком простой исход явно не устраивал темного эльфа. Тут было нечто другое, какой-то дикий план притаился у него голове. Со своей же стороны, вор не знал, что на него нашло, его высмеяли, передразнили, унизили – такого ещё никогда не было. Он, конечно, не дворцовая вельможа, и дуть губы из-за, казалось бы, пустяка – не его удел, но здесь, на этой треклятой поляне, все было по другому. Эльф, словно красный холст, выставленный перед быком, бесил и нарывался на меч. Мифриловый клинок со свистом рассек воздух в двух ладонях от живота эльфа, однако не успел – представитель темного племени сделал феерическое сальто назад, успев ударить наглого вора сапогом по подбородку. Дик отлетел и приземлился на землю. Губа рассечена, челюсть болит – ненависть растет. Эльф бесшумно приземлился, изматывая вора своей мерзкой и испепеляющей улыбкой, словно кричащей: «Ты – никто! Этот меч не достоин тебя!». Теперь Дик в глубине души был с ним согласен, но, тем не менее, встал на ноги, намереваясь вновь атаковать. Прыжок, свист, кряхтение! Безрезультатные взмахи и выпады, наивная мечта ранить превосходящего противника. Эльф, будто сухой осенний лист, подхваченный ветром, уклонялся от губительного лезвия жаждущего крови меча. Он улыбался, уходя то влево, то вправо, наклоняясь, прыгая. Ни капли пота – ловкач веселился, исполнял любимый танец будто бы на празднике, главным блюдом на котором был Дик. Вор выматывался. Все чаще его неуправляемое уже тело качало из стороны в сторону. А эльф, казалось, только набирал обороты, бил натренированными ногами в грудь Дика, пытаясь свалить неопытного противника. Свалить и поставить грязный сапог ему на живот, словно охотник, убивший зверя. Скачок, уклонение, удар, подсечка – вор покатился по траве! - Злоба не поможет! – здравый смысл начал потихоньку возвращаться в гудящую голову избитого вора. – Тут нужно нечто большее, нежели гномьи доспехи и красивый клинок! Хитрость! Где твоя хитрость? Ты же вор, лазутчик, шпион, мастер лжи, и меч твой – ловкие пальцы, любящие гладить приятную на ощупь поверхность золотых монет! Ну, так давай, обведи его вокруг пальца! – Дик поднялся на ноги, по-прежнему сжимая меч. Улыбка исчезла с лица темного эльфа, дав место пронзительному взгляду с каплей понимания и жалости к слабому противнику, однако боевой азарт не исчез – ловкач ходил вокруг вора, ожидая от него новую серию бесполезных ударов. Но вор не атаковал, терпел. Постепенно приходя в себя, сдерживая эмоции и выискивая новые силы, он изучал эльфа, надеясь узреть, или хотя бы почувствовать слабое место ловкого акробата, повалившего его наземь без какого-либо оружия. Нет – никаких здравых мыслей не было, ровно, как и никаких зацепок, тело эльфа, словно мишень, открыто, но как попасть? И опять, поддавшись животным инстинктам, Дик кинулся на врага, выставляя вперед свой клинок. И как всегда, эльф все предугадал. Многолетний опыт подсказал ему, как поступит разъяренный противник, и что нужно сделать ему, чтобы вконец угомонить обезумевшего врага. Эльф так и сделал. Свою ошибку Дик понял слишком поздно – лишь тогда, когда ноги его уже нельзя было остановить, и клинок резал воздух, мечтая порвать плоть врага. Безумие, злоба, желание мести и гордыня – все это губило, и будет губить многих алчных и зазнавшихся. Он зазнался, он переоценил себя, ему говорили – успокойся, остановись. Сколько ударов, шептавших ему это, он стерпел? Теперь удар будет лишь один – последний, фатальный. Расстояние сокращалось – ещё немного и земля впитает в себя чью-то кровь. Дик вложил в удар всю имеющуюся в незримых закромах силу, всю ненависть и злобу, казалось – его крик подхватит сейчас прошлогодние листья и начнет швырять их разные стороны. Вор увидел в глазах врага испуг, тот животный, первобытный страх перед смертью, страх, который вмиг заставляет забыть столь полезные в бою навыки. Но эльф, не смотря на смятение, все же сдержал себя – он ловко ушел в сторону от разящего клинка, попутно перехватив руку вора и потянув противника на себя. Его план был прост – перекинуть врага, в очередной раз положить его на землю, но, как известно, все планы годны лишь до первого боя. Дик пошел на соперника всем весом, противники столкнулись, и темный эльф резво выбил меч из рук врага, уже почти соприкасаясь с землей. Они покатились, кряхтя и колошматя друг друга, ловкач ударил ногой, и вор отлетел в сторону, распластавшись на земле. Темный эльф поднялся, никогда ещё с ним ничего подобного не случалось. Тяжело дыша и мысленно посылая проклятия ненормальному человеку, не имеющему никакого представления об элементарных правилах рукопашного боя, он потянулся к выбитому из рук вора клинку. Нет, такое можно увидеть среди гномов, орков, но чтобы среди людей… Дик встал на одно колено. Его рука крепко сжимала боевой трофей – ту самую цепочку – таинственное оружие, сорванное с берда эльфа в суматохе борьбы. - Вор! – истошно завопил эльф, обнаружив пропажу. Дик невольно улыбнулся. Мифриловый клинок оказался в руке у темного эльфа. Тотчас его пронзило чувство гордости и превосходства не только перед обезумевшим противником, но и перед всеми живущими. Его зеленые глаза неотрывно изучали причудливое переплетение кривых и прямых линий, блеск лезвия и прямую ручку, гарду и эфес. Символ великой силы, артефакт гномов и наглядное доказательство их кузнечного мастерства. Но тут все рухнуло – эльф сморщился от боли, услышав странное шипение и почуяв запах горелого. Рукоять клинка мгновенно накалилась, прожигая перчатку и медленно пробираясь к темной коже. Почти крича от ожога, эльф брезгливо бросил клинок на землю, всецело посвятив себя, осмотру свежей раны на руке. - Вот он – единственный и неповторимый шанс! – стукнуло в голове у Дика. – Сейчас, или уже никогда! – решил он, кидаясь на эльфа. Разбег! Удар ногой! Точный, прямой и сильный, он пришелся в солнечное сплетение потерявшего контроль над собой врага. Тело темного эльфа согнулось, боль исказила красивое лицо, ноги оторвались от земли. Гонимый неожиданным ударом, ловкач повалился наземь и покатился в кусты, по пути ломая ветки и шурша прошлогодней листвой. Вслед ему полетела ворованная цепь, совсем ненужная Дику. - Победа! – подумал вор, преклонив колено от усталости. Пот тек рекой, свежие синяки ныли, но сердце стучало уже не от страха, а от гордости, и совершенного поступка, доказавшего, что уроки гномов и прожитая половина жизни оставили свой след, выполнили свою цель. Вернулись ушедшие на время вопросы. - Кто этот наглец? Что делает он здесь, в местах не пригодных для жизни не то, что эльфов, орков и грязных гоблинов!? А главное – что хотел он от меня? Почему прятался и почему не убил сразу? – голова трещала от незнанья ответов. - Где мой меч? Что с моим клинком?! – ударило по вискам. – Что за странный крик? Что за магия скрыта под гладким лезвием чудо-меча? – напугался Дик, потянувшись к оружию. Тут он остановился. Его пальцы осторожно коснулись ручки – не горячо. Потом он осмелел, сжав клинок, гладя его. - Какие ещё тайны ты от меня скрываешь? – мысленно обратился он к единственному собеседнику. – Какие ещё сюрпризы ты мне преподнесешь? – вор улыбнулся, возвращая меч в ножны. - Нужно убираться отсюда, неизвестно, что ещё с этим ловкачом, - нахмурился вор, выпрямляясь. – Ведь я не убил его, только ранил, крепко приложив сапогом. И в самом деле, никаких ран, кроме магического ожога у темного эльфа не было. Да – пропустил удар. Да – стерпел боль. Да – его застали врасплох, впервые, наверное, но он жив. Ослаб, но жив, а главное – готов драться. На этот раз он не будет медлить, игры кончились, настало время показать этому человеку, с кем он связался, кому бросил вызов. Дик поднялся, закладывая руки за спину. Ноги напряглись, и он согнулся, прислушиваясь, как хрустят позвонки. Пару раз, проведя по грязным доспехам, вор сделал шаг к ручью – вновь предстояло отмыться, прежде чем покинуть это место. Что-то подсказывало ему – эльф не вернется, какое то внутреннее чутье настойчиво говорило – он потерпел неудачу – все. Однако вор плохо знал повадки и нравы этих существ, он не читал о них, не изучал их, впервые увидев сегодня одного – все, что он знал, басни и сплетни трактирщиков, слухи и легенды, ничего существенного, достоверного, точного. Может быть, это и сыграло на руку подкравшемуся сзади, казалось бы, поверженному врагу. Еле слышный свист, почти перебитый журчанием ручья, огласил поляну – эльф взялся за оружие. На этот раз даже отражение не дало Дику подсказку, видимо сославшись на его гордыню и невнимательность, многократно усиленные после якобы победы над странным попутчиком. В воздухе крутилась та самая цепь, ворованная, выкинутая, а теперь вот использованная против Дика. Вмиг шею вора сковала острая и непереносимая боль. Стальные кольца обвились вокруг горла и потянули назад. Он попытался вырваться, сообразить, что же случилось, но силы покинули его, волю сковала все та же хитрая цепь. Эльф, как и прежде улыбаясь, неспешно тянул добычу к себе, и вот Дик, проехав по траве, уже у него под ногами. Ловкач резво перевернул обмякшее от боли тело, поставил его на колени, попутно скручивая стальной веревкой, будто паук, наконец заполучивший столь желанную кормежку. - Ты смел, человек, но глуп! – услышал вор сквозь пелену и темень в глазах, рожденные жуткой болью. Дышать становилось все трудней, мысли путались. Руки, ноги, шея – все принадлежит ему – неведомому, непонятному врагу, которого нужно было добить, но нет – слишком чиста ещё душа Дика, не способного совершить столь дерзкий и подлый поступок. Он падал в пустоту, терял разум и поддавался боли – глаза медленно слипались под звук скрипящей на шее цепи – смерть, погибель. Кончились его даже не успевшие начаться приключения, конец отчаянным и ничем не обоснованным поступкам. Ах, мифриловый клинок, зачем он только оказался в руках вора – самого недостойного носителя этого меча? - Данду, хватит! – послышался властный голос – последнее, что услышал Дик, прежде чем погрузился во тьму. Глава вторая, рассказывающая о странной компании, во главе которой стоит таинственный маг. Я делаю шаг, думая о том, чтобы остановиться, я делаю второй, думая о том, чтобы развернуться – я иду. Дик – бывший вор, ныне – искатель приключений. - Крр! Крр! – не переставал ворон. - Упрямая птица! – подумал вор, не желая открывать глаза. – Как больно! О, боги, мое тело! Ещё этот жуткий сон – темный эльф… поляна… цепь… драка! Ну, когда же все это кончится? - Крр! Крр! – противный звук кузнечным молотом бил по голове. - Умолкни, прошу! Неужели даже камень не способен отпугнуть тебя, дав понять, что ты здесь лишний?! – страдал Дик, все ещё неспособный встать. Руки и ноги окаменели, спина болит натруженная долгим и бесполезным сном на холодной земле, завтра будет также, и послезавтра – дурные мысли, будто сговорившись с глупой птицей, намеренно и успешно снижали и без того ужасное настроение. - Пора вставать! – приказал себе Дик и открыл глаза. Яркий солнечный свет вмиг ослепил его, боль усилилась – что-то было не так. Где поляна? Где потухший костер? - Крр! Крр! - Упрямый ворон! Постепенно он начал различать окружающие его предметы – деревья, кусты, траву, солнце. Встать по-прежнему не получалось. Вор, скрипя зубами, кое-как повернулся на бок. - Наконец-то! Проснулся! – послышался знакомый голос, до боли знакомый. Перед окутанными пеленой глазами предстало незабываемое, усыпанное татуировками, лицо темного эльфа. Все рухнуло – мечты, надежды, молитвы. Мир мгновенно приобрел четкие очертания, вернулась память, вернулась злоба, отогнав сковывающую боль. Он сидел на траве, облокотившись на огромный, поросший мхом валун, руки спутаны тонкой холодной цепью – той самой, меча не было, враг стоит над ним, поставив сапог на плечо – противная наглая улыбка. Он не умер – единственная приятная мысль приказала продолжить бессмысленное сопротивление – Дик изо всех сил дернулся, борясь с беспомощностью, нужно встать, убежать, скрыться, а затем вернуться и вспороть ловкачу брюхо. Его остановили, быстро дав понять, что шансы ничтожны. При повороте лоб вора встретился с наконечником стрелы, мирно лежащей в луке, и ждущей своего часа – последнего часа почти мертвого Дика. Оружие держала закованная в пластинчатые доспехи женщина, надоедливый ворон сидел у неё на плече, не отводя взора от новой мишени своей агрессивно настроенной хозяйки. Страшный шрам тянулся от левого виска до края губы, черные, заделанные в хвостик, волосы трепал озорной горный ветер. Мех устилал её доспехи – три тонких, с взрослую ладонь шириной, полосы на плечах, и две таких же на стальных бедрах, возле длинного клинка. Уже не молодая, но красивая, она не отрывала взора от вора, ни один мускул на лице не дрогнул, глаза тихо шептали: «Только двинься и ты труп!» Её руки не дрожали, взгляд пылал гневом, смешанным с любопытством. Казалось – она только и ждет того момента, когда Дик попытает счастья бежать, и вот тогда он будет её, и она, не медля, пустит стрелу ему вслед. Вор нехотя вернулся в прежнее положение, желание покинуть поляну исчезло подобно мифриловому клинку. Грозный вид опытной воительницы заставил Дика смириться с отведенной ему позорной участью пленника. Однако, где он? Место было незнакомое. И что надо этим странным обидчикам от него, последние полгода он ничего не крал. Вопросы, словно первые весенние цветы, обгоняя один другого, рвали снежное покрывало, мечтая о солнечном тепле. Слабая надежда, что все это – сон, ещё сидела в душе, тлея с каждым часом, с каждым звуком постоянно каркающего ворона. - Где же мой клинок? – подумал Дик. Ножны и седельная сумка тоже пропали, испарились, наверняка став трофеями таинственных пришельцев. Почему они его не убили? Почему сразу не убили? Что теперь будут делать? - Ну и попал же ты, вор, в переделку! Ну, зачем надо было кидаться на этого эльфа, кто знает, как поступил бы он! – мучился Дик. – Вот так всегда – вначале ошибки, а потом чудовищная расплата за них! - Интересный у тебя клинок! – послышался ещё один, одновременно и знакомый и незнакомый голос. Вор поднял поникшую голову в поисках таинственного собеседника. - Где ты раздобыл столь редкую вещь? – тут Дик, наконец, узрел того, кому принадлежал голос. Его держали на усыпанной большими и маленькими валунами поляне. На одном из них, в нескольких шагах от связанного вора, сидел, улыбаясь, закутанный в мантию человек. Молодой, стройный, немного худой, с вмятыми щеками и длинными золотистыми волосами, в кольчуге, прикрытой серым плащом, с клинком на ремне и посохом под рукой. Длинный хвостик лежал у него на плече, шершавый посох походил на окаменевшую змею, два рубина, мастерски размещенные на конце магического оружия, имитировали глаза. Чародей. В этом не было сомнения – каждое движение, каждый жест, каждый звук – все это было пропитано многолетней мудростью и знанием. Хотя, на вид молодому магу было в среднем двадцать пять. В руках он держал клинок Дика, рядом лежали его же походная сумка и ножны. Волшебник с неприкрытым детским интересом вертел меч перед глазами, будто бы любуясь новой, подаренной отцом, игрушкой. Его тонкие пальцы нежно касались блестящего лезвия, кровь стыла в жилах – клинок манил, зачаровывал, радовал. - Великолепная работа, – подытожил маг, взмахивая мечом. – Откуда он у тебя? – его мудрый, окутанный колдовским теплом взор лег на плененного вора. Он, словно незримая команда, заставил темного эльфа и женщину схватить лежащего Дика под плечи, и подтащить к магу. Вора усадили на траву возле ног чародея, он тут же почувствовал некое тепло, полностью лишенное какой-либо агрессии и злобы, лишь неподдельный и типичный интерес. - Рассказывай, – приказал маг. - Прежде чем я начну свой рассказ, мне хотелось бы знать, кто вы такие и по какому поводу ваш друг… - вор нахмурился и кивнул в сторону темного эльфа, – напал на меня? Чародей улыбнулся. - Ну, во-первых, его зовут Данду. Во-вторых, он лишь следил за тобой по моему приказу, - тихо и довольно таки спокойно проговорил маг, слегка ухмыляясь над Диком, будто бы над неразумным ребенком, совершившим некий глупый, ничем не оправданный, поступок. – Затем я решил, что пора бы и познакомиться. Мы не хотели тебя пугать, и уж тем более вступать с тобой в драку, но ты сам пошел в бой, вопреки всем ожиданиям, и связан сейчас лишь ради того, чтобы вновь не натворить глупостей. - Развяжите меня! – Дик тяжело вздохнул, опустив глаза. – Обещаю, глупостей не будет. И отдайте меч, – еле слышно промолвил он. Эльф коснулся тонкой цепи на руках плененного вора, путы ослабли – руки стали свободны, тут же непроизвольно поймав брошенную женщиной флягу. Маг опять улыбнулся. - Ах, Северные горы, какую жуткую славу они обрели! – его мудрый взор ушел куда-то в небо. – Почему люди думают, что каждый, кого можно встретить здесь – разбойник… убийца… злодей? - Кто вы? – Дик вытер промоченные губы. Его вопрос был проигнорирован, все, как один, внезапно повернулись, услышав неожиданный хруст кустов, смешанный с унылым пением осла – на поляну вышли ещё двое – эльф и человек, по виду - воин. - Сколько событий за один день! – ужаснулся Дик, встретив взглядом двух новых путешественников. Больше всего его поразил эльфийский лучник. Неописуемая красота, скрытая под неким подобием серой мантии, заполнила поляну, окрасив мир в сотни пестрых красок. Он шел медленно, держа за поводья нагруженного провизией осла, его изящное оружие – два тонких кривых меча и покрытый узорами лук лежали за спиной. Взгляд, отчужденный и грустный, падал на землю. Казалось, ему нет дела до какого-то там вора, клинка, мага, он занят своими мыслями, не идущими ни в какое сравнение с алчными фантазиями смертных людей. Воин, что шествовал рядом, оригинальностью не блистал, носил палицу и топор, щит и латы, был лыс, но не стар. Затылок покрывали добрый десяток черных кос – странная прическа, необычная и неподходящая для человека, готового в любой момент выхватить оружие. Новоприбывшие гости приблизились к пленнику, только сейчас эльф бросил короткий взгляд на жалкого и грязного человека – кусок угля, лежащий возле бриллианта. - Здесь нельзя разбивать лагерь, слишком опасно, - воин сел на камень рядом с магом, будто бы не замечая вора. – Нужно найти другое место, - вздохнул он. Маг коротко и одобрительно кивнул. Дик, борясь со страхом перед новыми знакомыми, поднялся и тоже присел на камень, совсем не забыв о том, что рядом изголодавшиеся ножи темного эльфа. - Кто вы? – он тихо повторил свой вопрос, положив руки на колени. Теперь на него смотрели все, кто с интересом, кто с отвращением, кто с плохо скрываемой злобой. Исключением был, пожалуй, лишь осел, начавший щипать травку возле камней. Какое ему дело до споров и проблем разумных хозяев, еда и вода – все, что нужно ему для счастливой жизни. - Нет, друг, пожалуй, вначале ты должен рассказать о себе, - вздохнул чародей, взяв в руки ножны. – Теренаст – Крошащий камень! – гордо произнес он, пряча лезвие клинка. Его рука вытянулась, протягивая оружие вору. Дик неспешно взял меч, слыша, как тихо скрепит тетива пока что опущенного женщиной лука и как стучит сердце сидящего возле мага воина. - Это гномий язык, - пояснил маг растерянному Дику. – Надпись на гарде… - Может не стоит отдавать ему клинок? – грубо заметил воин, женщина вздрогнула. - Что-то подсказывает мне, что наш новый друг не станет бросаться на нас в надежде отправить в Цитантил! – улыбнулся вору чародей. Дику стало неловко. Никогда ещё он не сталкивался ни с магами, ни с эльфами, ни с такими добрыми разбойниками. Впрочем, разбойники ли они? Узнает он это лишь тогда, когда поведает им свою грустную историю – похоже, выбора нет. Опять защемит душу тоска, опять испепеляющая боль пронзит стальной стрелой сердце, видимо, никогда это не кончится. - Меня зовут Дик, - тихо начал вор, собираясь с мыслями. – Примерно год назад я и мой друг Кедди стали невольниками этих гор, с юных лет мы занимались воровством, и вот судьба привела нас сюда, в эти дикие, опасные края. Нашей первой стоянкой стал городок под названием Каменный, что лежит за перевалом, там мы приметили одного зажиточного торговца и решили… - Дик осекся, женщина язвительно дернула щекой. – В общем, ночью мы пробрались в его лавку, но боги были против этой затеи – весь город проснулся от криков погнавшейся за нами стражи, лишь чудом мы скрылись от них в лесу. Самолюбие торгаша было сильно задето, так как мы все же сумели выкрасть кое-что из его запасов, за нами тут же снарядили погоню. В лесу на нас напали орки – Кедди погиб, сраженный их стрелой, мне же повезло, я сумел спрятаться, – вор потер затылок, как сложно было вспоминать все это. - Так я остался один, без припасов, без друга, и даже краденое серебро не могло прогнать грусть и отчаяние, охватившие меня тогда, с этой задачей справился мальчик по имени Тинто. Шагая по лесу, я услышал крики, юнца изловили орки, мне пришлось вступить в бой и спасать мальчика. Хвала богам – все хорошо закончилось, однако это было лишь начало пути. - Жаль, я не захватил с собой пергамент, - улыбнулся Данду. – Красивая сказка останется лишь в моей памяти. Маг нахмурился, бросив на эльфа испепеляющий взгляд, ловкач отвернулся. - Продолжай, – приказал чародей. - Тинто жил в деревне, что стоит на берегу неизвестной мне реки, омывающей эти горы – мальчик заблудился, убегая от гарпии, живущей на болотах, так он попал в лес. Тут я понял, что это – мой единственный шанс уйти от погони, о которой я случайно узнал, подслушав разговор своих преследователей. Мы отправились к Тинто домой. - По пути вам встретилась гарпия, которую ты тут же убил, спасая мальчишку. Потом была деревня, праздник, похвалы, вознаграждения… - улыбнулся воин. - Можешь мне не верить! Да! Все именно так и было! – Дик вскочил с камня, страх отпал – пусть в него пустят стрелу - за правду умирать не страшно. - Что-то не очень верится, что, такой как ты, мог убить гарпию, да и откуда ей взяться на каких-то там болотах, подобные существа – все-таки не комары, и не лягушки, - тихо прошипел темный эльф. - Как твой синяк?! – огрызнулся Дик. - Хватит! – маг вскочил на ноги. – Никто не посмеет назвать этого человека лгуном в моем присутствии! Его слова правдивы, я знаю… чувствую! – чародей нахмурился, метая злобные взгляды то на Данду, то на воина. – Что было дальше? – он сел, почтительно обращаясь к вору. - Да, я убил гарпию, спас мальчика, привел его в деревню, где мне дали лодку, дальше я отправился по реке к горам. К вечеру я разбил лагерь на небольшом островке, и ночью на меня напал гном. Его имя – Корби, он шел с рудника, до него тоже дошли слухи о чудовище на болотах, так я обрел нового друга, - вздохнул Дик. – Решение было принято, рудник – вот моя цель, мое спасение, лишь там я мог укрыться от своих преследователей. Мы плыли по реке шли в горах, по пути нам встретилась одинокая лачуга, в которой жила девушка по имени Авелия, разыгралась драка, мы спасли её, сцепившись с небольшой группой наемников – частью моих преследователей, так нас стало трое. - Она что, жила в горах одна? – тихо поинтересовался воин, косясь на мага. - Феофан, - женщина опустила лук, спрятала приготовленную для Дика стрелу в колчан, вор повернулся. – Так звали её отца – охотника и отшельника. - Вы были знакомы?! – Дик не сводил глаз с женщины. - Это было давно, - коротко ответила та. – Ну, так что с Авелией? - Она мертва, - сглотнул Дик. – Это случилось на переправе через ущелье – остальная часть моих преследователей, они настигли нас, потом были орки, мы чудом спаслись. - Так кончились мои приключения в Северных горах, я нашел приют в руднике гномов (прим. автора – более подробно обо всех этих событиях читайте в повести «Вор»). Карлики позаботились обо мне, всю зиму я учился, учился драться, ковать оружие, махал киркой, отрабатывая свой хлеб, Корби и Кори приняли меня в свою, казалось бы, закрытую общину, но я не мог… - вздохнул Дик. – Меня манили горы, леса, приключения, и вот, месяц назад я ушел из рудника. Они поняли меня, поддержали, подарили доспехи и этот клинок, – вор коснулся меча, провел рукой по ножнам, будто бы лаская своё дитя. – Как ты сказал, он называется? - Теренаст – Крошащий камень – очень мощное и очень дорогое оружие, - ответил маг. – Надпись на гарде гласит: «Лишь тот, кто рожден героем, способен укротить гнев подземных потоков, способен побороть огонь. Пусть сталь умоется кровью, подарив хозяину великую силу». Гномьи руны, - подытожил чародей. – Такого подарка достоин не каждый. Ты действительно герой, пусть и не такой правильный, как в книгах и песнях, но подарок этот сделан не зря, ведь гномы - очень мудрый народ, и в тоже время очень алчный. Они ни зачто бы не расстались с таким сокровищем, не будь на то воля анкодунов - властителей жизни, - вздохнул маг, подняв посох. – Значит теперь ты – свободный человек? Путешественник и искатель приключений? Похвально. - Почему ты напал на Данду? – тихо поинтересовалась женщина, вор осекся. - Мне кажется, этот человек слишком много видел, и слишком много страдал. Воровское прошлое научило его быть осторожным, внимательным, - маг пристально смотрел на поникшего от стыда Дика. – Да и не часто в лесу встретишь темного эльфа! – улыбнулся чародей, бросая на вора полный сочувствия и понимая взгляд. – Забудем старые ссоры, расстанемся друзьями! - Но… - Дик заметно приободрился. – Вы совсем ничего не рассказали о себе! - Я думаю, это не так уж и важно, - воин вскочил с камня и направился к отдыхающему ослу, заскрипели ремни, зазвенело оружие. - Отчего же? Мне кажется, что Дик обязан знать, почему мы здесь, и куда ведут нас боги, - маг по-старчески оперся на свой посох, положив правую руку на прикрытые серым плащом колени. – Его история нам известна, так почему же не отплатить ему той же монетой? - Да, заодно и мы узнаем, что нас здесь держит, – съязвил воин. Маг не обратил внимания на слова сварливого вояки, его взор вновь устремился в небо – чародей думал. Думал, наверное, как лучше начать свой рассказ, длинный, витиеватый, порождающий вопросы. - Меня зовут Уильям. Это – Ксеана, - маг кивнул в сторону женщины со шрамом. – Это – Леолон, - указал он на белокурого эльфа. – Ну, с Данду ты уже знаком, - посох покачнулся в сторону покрытого татуировками ловкача. – Ну и несравненный Орланто, - улыбнулся Уильям, глядя на воина. - Мы кое-что ищем в Северных горах… кое-какие… руины, - голос чародея сошел на полушепот. – Эти горы хранят много древних тайн, интересных таким людям, как я. Где-то здесь находится место под названием – Перепутье призраков, - Уильям на секунду смолк, легкий ветерок колыхнул прядь его светлых волос, в воздухе повеяло каким-то неописуемым, еле заметным холодком, его почувствовали все. Дик сразу понял – магия, чародейство, прикрывающее некую тайну. Злую, обитую смертью тайну. С чем шутит этот неопытный юнец, возомнивший себя великим волшебником? Какую игру ведет он с силами, явно превосходящими его собственные? - Один я не мог отправиться в столь опасное путешествие, не мне тебе говорить, как много здесь орков, и других испытаний для путешественника, поэтому я и нанял в одном из близлежащих городков всех тех, кого ты здесь видишь. Ксеана и Леолон, Данду и Орланто – все они – охотники, игроки. Перепутье призраков – огромная сокровищница, и почти все, что в ней лежит, достанется им, мне же нужна всего лишь одна единственная вещь из этого неисчислимого богатства, - вздохнул маг. - Какая вещь? – не без интереса спросил Дик. - Ну, а это, я думаю, может остаться тайной, так как я много пообещал моим спутникам, очень много, достаточно, чтобы отбить охоту задавать вопросы. Они станут воистину богаты и всю жизнь смогут провести в достатке, мое же сокровище – вещь магической природы, она практически бесполезна в обиходе простого воина, путешественника, авантюриста. Это наши, чародейские секреты – их же дело, – Уильям обвел взглядом все присутствующих, - моя охрана. - Итак, мы, наняв проводника, знавшего дорогу к Перепутью призраков, отправились в путешествие, тяготы которого очень скоро дали о себе знать. Буквально через пару дней, после того как мы покинули тот самый городок, на нас напали орки, мы, конечно, отбились, но, прихоть судьбы, проводник погиб, оставив нам своего товарища, - маг кивнул на стоящего возле валунов осла, улыбка озарила лицо молодого чародея, однако глаза окрасила еле заметная печаль. – Мы заблудились, - ухмыляясь, сказал он. - Волшебство здесь бессильно, мы просто сбились с пути. Мы, конечно, может вернуться, нанять нового следопыта, но… - Кто возместит нам издержки? – грубо встрял воин. - Почему ты всегда думаешь лишь о себе и о деньгах?! – вдруг возмутилась Ксеана. - Душа продажного вояки, привычки, похоть и мечты, - уже более спокойно молвил Орланто. - Вот и вся история. А теперь нам пора, - маг встал с холодного камня, не отводя глаз от застывшего Дика. Чародей читал мысли вора – другого объяснения этому взгляду не было. Вор чувствовал, как что-то неописуемое проникает в его голову, что-то шепчет ему, о чем-то просит, умоляет. Дик прекрасно понимал, чего хотел волшебник, мысленно он давно уже перенесся к тем странным руинам, что видел издалека несколько дней назад. Наверняка то самое Перепутье призраков – он знал туда дорогу, отчетливо представляя себе, как туда можно добраться. Сказать магу или нет? А смысл, ведь он наверняка знает? Когда почему не просит, почему не предлагает долю сокровищ, предназначенную проводнику? А он? Он готов к такому походу? Можно попробовать дойти одному, но сокровища… Где они? Как их найти? Нет, без Уильяма он не справиться. Так что же? Предложить или нет? А другие странники? Мысли роились в голове, бегали подобно муравьям. Неведенье, страх перед очередным жизненным промахом, но в то же время – огромная сокровищница, перспектива показать себя и как воин, и как следопыт. Ну, а если смерть, неминуемая и мучительная? Ну, а если золото, способное поставить на колени весь мир? Дик метался, сидя на холодном валуне. Да или нет? Решение нужно было принимать немедленно, река времени необратима. Группа засуетилась, Ксеана грациозно соскользнула с камня, поправляя меч и закидывая лук за спину, Орланто подхватил осла за повод, Данду проверил свои ножи – расставание с новым знакомым неумолимо приближалось. Дик тоже поднялся, осматривая узел на сумке. - Куда теперь? – улыбнулся маг. - Что за город, о котором ты говорил? – пытаясь отвлечься, спросил вор. Чародей подправил плащ на плечах. - Он лежит в нескольких днях пути отсюда, если пойти прямо на восток, а затем свернуть… - Дик Уильяма почему-то не слышал. Лишь на секунду его взор встретился с суровым, но любопытным взглядом Ксеаны, так и не удовлетворившей свои мечты поближе узнать загадочного, избитого жизнью вора, и нужные слова сами по себе вырвались наружу, заставив всех, и даже осла, умолкнуть. Зачем он это сказал? Почему он это сказал? Чего он добивался? Манящий взгляд следопытки или чисто воровская, почти угасшая тяга к золоту побудили его так легко и необдуманно принять столь трудное и тяжелое решение? А, может быть, банальные мечты о подвигах, навеянные долгими речами гномов, рассказывающих ему по вечерам легенды о великих деяниях своих прославленных предков? Кто знает? Назад дороги нет! Кедди и Авелия стояли в обнимку где-то за пределами этого мира, улыбаясь, ожидая появления если не его, то уж точно Уильяма или Ксеаны. - Давай, давай, покажи себя! – стучало в голове. - Вор, он и на краю света – вор! Ну и что! Куда дальше? Искать воду и мечтать ещё об одной, будто бы случайной встрече с превосходящим тебя противником? Кто знает – может, в следующий раз враг не будет играть? Все равно! Что сделано, то сделано! Настало время новых подвигов, новых деяний, и, может теперь, он найдет покой, которого не было ни в руднике, ни в деревне Тинто. Ему нужно это – неоспоримый факт, он должен как-то проявить себя, именно для этого он и покинул своих друзей – Корби, Кори, других, ставших ему братьями карликов. Они знали – его дорога лежит именно сюда, иначе не был бы вручен ему Теренаст. Тишина, казалось, была неразрушима. Пронзительный взгляд удивленного Орланто, проникающий взор Леолона, ухмылка Данду и озадаченный лик суровой Ксеаны, но главное – легкий кивок мага, предугадавшего этот столь опрометчивый шаг. Все дивились резким и нежданным словам Дика. - Мне кажется, я знаю дорогу к этому вашему Перепутью призраков, - бросил вор. – И я отведу вас туда, если вы поделитесь со мной сокровищами. *** Ему снился необычный сон. Он не был похож на банальный кошмар, но и приятным миражом не являлся. Воспоминание, вернувшееся из незримых бездн подсознания, гонимое недавними событиями, шепчущее ему свою беспрекословную волю – интересно только - зачем? Где-то вдалеке, сквозь пелену постоянно падающего на холодный камень снега, виднелись белые макушки треклятых Северных гор. Его путь пролегал здесь, он медленно брел по узкому ущелью, ожидая того момента, когда случайный, подтолкнутый богами и ветром, камень падет вниз, отплатив ему сполна, припомнив все его ошибки и злодеяния. Дорожный плащ не спасал от холода, метель, казалось, несокрушима. Она, повелевая ветрами, умоляла его остановиться, звала назад, туда, где его ждет огонь, тепло и верные друзья, но нет. Он твердо решил идти дальше, крепко сжимая рукоять зачарованного клинка – подарка, талисмана, нового друга и единственного защитника. Порой ветер смолкал, давая передышку Дику, напоминая ему, что он все ещё в Туманных землях, а не в другом, полном смерти и отчаяния, мире. Скоро весна и все муки уйдут подхваченные бегущей водой – бывшим комком надоевшего снега. Как хотел вор, чтобы время ускорилось, чтобы вьюга – властелин горных высот, безымянных перевалов, за которыми лежит новый мир, новые мечты и новые приключения, сжалилась над ним, простила все промахи жизни, поведя вперед, указав путь. Нет. Лишь наставления гномов, лишь опыт, приобретенный пусть не в таких суровых условиях – вот кто поможет, вот что теперь является оболочкой для его силы. Нога по колено погрузилась в сугроб, Дик поморщился, пряча руки под бесполезный плащ, закрывая глаза, уставшие от одной и той же картины – снежного дождя, гор, камней. Его маленькая фигурка неспешно плыла по ущелью, в любой миг готовая упасть, сраженная всеразрушающим зимним ветром. Но стихия не побеждала. В бессильной злобе ветер рвал себя о горные выступы, завывая, подобно убитому зверю, зверю, у которого отняли добычу. И вновь он летел в ущелье, одушевляя полы плаща, орошая вора снежными хлопьями – бесполезно. - Когда же кончится эта мука? – думал вор, наклоняя голову. – Когда же я увижу солнце, почувствую тепло внутри себя? Я устал, пора отдохнуть, но я вновь бросаю вызов судьбе, будто бы моля смерть, чтобы она пришла и повлекла меня за собой, избавив от мучений. Я иду наперекор воле, привычкам, я опять отправился в путь, путь неизведанный, опасный, сулящий такие испытания, по сравнению с которыми этот ветер, эта буря – ничто, дуновение летнего ветерка, прогоняющего полуденную духоту. Я делаю шаг, думая о том, чтобы остановиться, я делаю второй, думая о том, чтобы развернуться – я иду. Горная тропа, скрытая под толстым слоем мокрого и липкого снега, пошла в гору. Дик собрал в кулак все оставшиеся силы – нужно преодолеть препятствие, оно будто последнее. Вон, там уже весна, лето, радость, поют птицы, и нет той крепко засевшей в душе боли. Боли, родившейся с последним хрипом умирающего друга Кедди, последним вздохом падающей Авелии – нет! Он никогда себе этого не простит, это его вина, те стрелы должны были слиться с ним, и только с ним. Так зачем же он опять идет вперед? Зачем ищет друзей, неп Ваше мнение: Украинская Баннерная Сеть |
{v_xap_link1} {v_xap_link2}
{v_xap_link3} {v_xap_link4} |
Тимофей Верхов - Вор 2 - Северные горы
|
Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Ответственность за содержание произведений несут их авторы. При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.libra.kiev.ua/ обязательна. ©2003-2007 LineCore |
Администратор |