Жанр: Проза: Рассказ Прочтений: 0 Посещений: 1645 Дата публикации: 12.10.2008
Такой вот грустный субботний рассказик... Немного фантастики, немного шизофренийки, немного сладких соплей...
Звонок будильника. Звонкий, монотонный, резкий. Поднять руку. Нажать пальцем на кнопку. Открыть левый глаз. Открыть правый глаз. Упереться руками в кровать. Приподнять тело. Спустить ноги на пол. Зевнуть (Зевнуть еще раз). Встать. Пройти в ванную. Включить свет. Левой руко открыть кран с холодной водой, правой взять зубную щетку. Левой взять пасту и намазать на щетку. Открыть рот и поместить щетку туда правой рукой. Равномерными движениями чистить зубы. Сплюнуть. Прополоскать рот. Сложить ладно вместе. Набрать туда немного холодной воды и омыть лицо. Левой рукой взять полотенце и провести пару раз по лицу. Выключить свет в ванной. Выйти на кухню. Взять сигарету и зажигалку. Закурить. Десять затяжек через 10 секунд каждая слудеющая. Потушить сигарету в пепельнице. Пройти в комнату. Одеть штаны, рубашку, носки, часы. Положить в карман ключи, деньги, телефон. Перейти в прихожую. Одеть туфли. Открыть дверь. Выйти. Закрыть дверь ключами….
Так начинается каждый понедельник на протяжении уже практически десяти лет. Машинально. Холодно и спокойно. Дом - Работа - Дом. Все по четкому расписанию. Секунда в секунду. Одинаково в каждый понедельник. Так же и каждый вторник. Так и всю неделю. Машинальные действие необходимые для поддержания своего социального статуса и необходимого дохода. Все по строго выверянному расписанию и графику. Жизнь как швейцарские часы. Каждое движение вовремя. Каждое слово по-делу. Каждая секунда несет в себе смысл. Идеальный человек одним словом. И все только потому, что каждое воскресенье, перед сном…
Каждое воскресенье перед сном я присаживаюсь в свое большое кресло. Аккуратно делаю надрез на внутренней тороне бедра. И осторожно, сантиметр за сантиметром вытягиваю наружу всю свою нервную систему. Каждый маленький нерв, постепенно появляется наружу. Закончив эту нелегкую и долгую процедуру, я опускаю этот комок в физ раствор и ставлю в холодильник. Нет нервов - нет и беспокойства. Нет счастья, радости, улыбки, удовольствия… Но также нет и гнева, унылости, горя, боли, страха, и всех прочих негативных ощущений. Каждое воскресенье я становлюсь подобием больного в коме. Такой себе двигающийся, говорящий овощ. Запрограмированный в субботу на неделю вперед. Машина идеально приспособленная для жизни в этом странном мире. Выполняющая все, что от нее требуется. Я работаю водителем автобуса - и мой рейс всегда приходит по расписанию. Все должно быть предельно точно и вовремя, иначе мир развалится. Пунктуальность и холодная выдержка - залог будущего.
Каждое воскресенье я лишаюсь возможности улыбаться с утра, когда вместо солнца в окно бьет холодный дождь - и это не испортит мне целый день. Каждый воскресный вечер я забываю, что люблю чай с двумя ложками сахара, и без всяких там ароматизаторов. Забываю какая музыка мне нравиться, а какую я просто ненавижу! Каждое воскресенье мне перестает быть сладок вкус пива и запах женщины. Пять дней без удовольствия от выкуренной сигареты, без ощущения блаженства в теплой ванной, после рабочего дня.
Ровно на неделю я забываю, что мой позвоночник ежесекундно разрывается от боли, после перелома в детстве. Забываю о том, что мне безумно хочется уехать из этого города. Забываю, что где-то погибли люди, что умер новорожденный ребенок… Не вникаю в чужие проблемы. Мне не становится грустно при виде бродячей собаки с переломанными задними ногами. Нет. Я прохожу мимо, без тени эмоций на лице рядом дорогими авто и красивыми девушками. Пять дней без горя и радости, что дарят ме мои замороженные нервы. Небольшой клубок тонких нитей моей души закрытых в небольшом объеме банки, при температуре минус двадцать по цельсию.
-Мама, а что это за дядя лежит вон там ? - спросил я как-то в детстве, у матери, которая в то время практиковала лечащим врачем.
-Это дядя! Он в коме…
-Мам, а что такое кома? Почему он не двигается и молчит? Дядя умер? - помниться я чуть было не заплакал.
-Ну у каждого сынок, есть внутри такие ниточки-нервы они заставляют нас двигаться, говорить и улыбаться…. а у дяди их нет. Поэтому он и лежит бездвижно.
Этот случай из детства… Наверно именно из-за него я пошел на эту сумасшедшую экспериментальную операцию. Будучи талантливым нейрохирургом, я отделил основные от своего тела, оставив лишь те, что отвечают за чистую механнику. И с тех пор стал еще лучшим нейрохирургом. Врачем, у которого еще никогда не дрогнула рука, у которого еще ни разу не появились сомнения. Врачем, у которого не умер ни один пациент. А может быть я сделал эту операцию и не только потому, что я хотел стать роботом-нейрохирургом с мировой славой… А просто потому, что вся предыдущая жизнь была переполнена горем и расстройствами. Ну или я привык так считать. Из-за затяжных депрессий, долгих запоев и редких, но все-таки имевших место, припадков безумия. А быть может из-за еще школьной травмы, когда я был заучкой и книжной крысой - для всех однокласников и однокурсников… Но может и потому, что видел слишком много зла среди людей и смертей. Может я просто устал от этой безумно веселой и депрессивной жизни? Пересытился алкоголем, наркотиками и другими удовольствиями? Но я это сделал и теперь живу в режиме “автопилот”.
И каждую пятницу. Приходя с работы. Опрокидываясь в свое большое кресло, я осторожно возвращаю свои нервы назад. С ними и свои мечты. Открываю бутылку любимого коньяка. Достаю пару хороших сигар. На старом проигрывателе, ставлю одну из самых любимых пластинок с душераздирающим блюзом, опускаю иглу… Чуть приглушаю звук… Раскуриваю сигару… Наливаю коньяка в бокал… И открыв свою любимую книгу погружаюсь в знакомый волшебный мир, по которому я уже бродил. Пробираясь по мирам моей фантазии, я, наконец, засыпаю.
Засыпаю, чтобы проснуться с утра, с той самой ужасной болью в спине. С небольшим похмельем. Со слезами на глазах, так как ночью снова снились старые добрые сны. С радостью, едва почуяв тонкий аромат кофе. Просыпаюсь, чтобы ощутить на лице холод проточной воды в кране, попробовать ее на вкус - и выплюнуть эту гадость. Просыпаюсь, как от столетнего сна, чтобы вернуться к “настоящей” жизни. Жизни в которой кроме радости есть и боль… А кроми ненависти есть и любовь… В мире где все распределено всем в непонятном соотношении - кому-то больше, кому-то меньше, а кому-то вообще ничего. Жизни, в которой можно сейчас смеяться, а через секунду сдерживать слезы… По мне, так сорок восемь часов вполне достаточно, чтобы вкусить все радость и горе. А больше - уже слишком. Может я и трус, может не хочу больше ощущать ни хорошего, ни плохого. Вполне возможно, что я просто сдался, под напором этого мира… Но по окончанию этих приятных и дерзко жестоких сорокавосьми часов, я снова усаживаюсь в кресло, чтобы достать наружу свои нервы, и оставить их на следующие пять дней в стеклянной банке, в моем небольшом холодильнике…
Ваше мнение: