Жанр: Проза: Рассказ Прочтений: 0 Посещений: 1782 Дата публикации: 9.6.2009
Жена мэра Милана спросила у мужа:
-Ты уверен, что мы попали на оперу?
-Дорогая, это же Ла Скала, как можно сомневаться. Тебе не нравиться?
-А кто постановщик?
-Какой-то новомодный из Азии, в программе не написано, что будет классическая постановка, плюс в конце выпустят пчёл – шутка, наверное.
-Из Азии? Восток - дело тонкое Марчелло,- сказала жена и поправила шляпку.
-Особенно Ближний Восток, - ухмыльнулся мэр, - надеюсь, теракт не предусмотрен.
На куплете:
-За мною увязались два пухленьких шмеля, в руках у них дубинки, не надо нам ля-ля, - с двух сторон сцены из-за кулис вылетели два шмеля - килограмм по сто каждый; с длинными фонарями в форме дубинок они стали гоняться за певцом в пространстве над сценой, тем временем певица села в кресло, украшенное полевыми цветами. Она сбросила с себя платье и, обмахиваясь веером, наблюдала за исходом битвы. Оркестр утих, и три пронзительных скрипки, обгоняя друг друга в ритме, сопровождали битву.
-Я пчёлка и шальная, врасплох меня не взять, - солист уходит на петлю Нестерова, шмели за ним.
Через десять минут бешенного накала борьбы света и тьмы, по сути, кульминации оперы, поверженных шмелей выносили на носилках. Из зала послышались одиночные аплодисменты. Свет на сцене погас, и одиноко тоскливо зазвучала труба, раздвигая стены театра. Прямо по центру зала, потолок разъехался в стороны, и в зал ударил столб солнечного света. Зрители ахнули. В этот момент на сцене появляется свет, и пчёлка взметнулась вверх. Оркестр зазвучал в полную силу: барабаны, литавры, там-тамы гремели, сотрясая сцену.
Я пчёлка, пчёлка, пчёлка,
я вовсе не метла,
и как приятно пчёлкой
мне ощущать себя,
лечу над морем, лесом,
над полем конопли,
вдыхаю ароматы,
хоть танцы в небе жги,
Я пчёлка, пчёлка, пчёлка,
кружу, жужу, кружу,
я пчёлка и чудная,
с экватором дружу,
я пчёлка, пчёлка, пчёлка,
на крыльях ворожу,
и с креном крутым правым
я в штопор захожу,
а ты лежишь в цветах вся,
и видно в неглиже,
а я жужу над полем:
ЖУЖЭ!!! ЖУЖЭ!!! ЖУЖЭ!!! – Певец падает сверху в объятия молодой красивой черноволосой оперной певицы, томно вздыхающей в шезлонге. Падает занавес, и на рампу выходит конферансье:
-Друзья! Финита ля опера,- выпускает из улея сотни пчёл в зал.
Что было потом, лучше не вспоминать, но как написали газеты:
«На допросе у следователя постановщик оперы сказал: Шоу маст го он. Ради настоящего спектакля не жалко и в тюрьме посидеть.»
-И так, уважаемые коллеги, что мы имеем: поэма «Пчёлка», нашего молодого автора, недавно влившегося в наш дружный коллектив, - сказал седой редактор журнала «Космическая жесть»,- хотел бы знать ваше мнение друзья, - и он внимательно посмотрел по очереди на людей за столом.
-Можно я начну, - сказал один, из старожил журнала.
-Да, пожалуйста, Никифор Степанович, говорите.
Далеко немолодой мужчина невысокого роста встал и эмоционально начал:
-И такс, первая строчка:
Я пчёлка, пчёлка, пчёлка, ни бэтман, ни паук, я пчёлка не вертёлка, вот кукиш из двух рук.
В кабинете редактора раздался смех – это была Яна, состоявшийся молодой талант.
-В этой строчке чудовищный набор противопоставлений пчёлки всему цивилизованному миру. А дальше, ещё хуже:
Я пчёлка, на лбу чёлка, в руках моих кинжал, всажу вам в одно место, и будет вам аврал. Это уже коллеги терактом попахивает,- он поднял над собой рукопись и бросил её на стол.
-Ну, переборщили вы, уважаемый, - сказала напротив сидевшая женщина, замредактора, - в первой строчке есть элемент шизофрении, но не выходящей за рамки ассоциации себя с пчёлкой, что в Индии-норма, без перехода в бэтмана и паука. Ну, а жало есть у каждой пчёлки, это все знают, кинжал-это образ, да, избитый образ, я бы написала так:
Я пчёлка на иголках,
с Мамаем я дружу,
на лбу у меня чёлка,
я в козаки хочу.
-Браво Зинаида Петровна, браво, очень лирично и патриотично,- захлопал в ладоши статный мужчина сорока лет – ведущий рубрики: «Нам бы ваше».
-Ну, хорошо, а вот это: За мною увязались два трутня, два шмеля, в руках у них дубины, похоже, из кремля. Это ни в какие ворота не лезет, - напирал Никифор Степанович.
-Успокойтесь дорогой, весь мир знает, что из Москвы ездит спецназ на разгон демонстраций по всей стране. Это не секрет, - вступил в разговор редактор, - что ещё?
-А мне нравится этот отрывок, - пролепетала Яна:
Я пчёлка, хмелем пьяна,
На крыльях ворожу,
И в штопор с креном
Правым, легко я захожу,
А ты лежишь в шезлонге,
И видно в неглиже,
А я жужжу над морем,
Жужэ, жужэ, жужэ.
Все засмеялись, кроме Никифора Степановича.
-Но это понятно, к продолжению рода, - сказала корректор, улыбаясь.
-Да, это порнуха какая-то, - злился Никифор Степанович.
Потратив ещё полчаса на обсуждение поэмы, коллектив утвердил её на печать после доработки.
Ваше мнение: