|
    Прочтений: 0 Посещений: 739 Дата публикации: 6.12.2011 Абсолютно чёрный фрегат с белыми натянутыми парусами вышел в вечерний беспокойный океан. Шторм составлял два-три балла, и метеосводка говорила об усилении его к ночи до семи баллов. Но, капитан Грой решил отправиться в плавание, рискуя судном и командой. Откладывать больше было нельзя. События на замковой скале разворачивались стремительно и не в пользу народа, проживающего на ней. Небо, наполненное мрачными осенними тучами, буквально накрывало океан и касалось мачты. Сильный норд-ост натягивал паруса и устремлял фрегат вдаль океанской бездны. Солёные волны с шумом разбивались о борт, разрезаемые носовой частью, и выбрасывались на палубу к ногам моряков. Стройный корпус из отборного дуба и лиственницы то заныривал носом в воду, то вылетал рыбой-иглой. Тиковая надраенная палуба мерно поскрипывала от качки. На капитанском мостике маячили две фигуры. Их тени передвигались на нижнем парусе второй мачты. -Как думаешь, Лексус, успеем к утру? -Если ветер не изменится, и океан сильно не разбушуется, то да, - ответил помощник капитана, - но, как ты собираешься атаковать скалу? Её охраняет императорский флот и днём, и ночью. -Знаю. Есть одна идея. В любом случае мы обязаны дать бой. Все родились для чьей-то любви и развлечения, но большинство остаётся в рабстве навсегда. Бушприт, удерживая косые паруса и переднюю мачту, передавал парусную тягу всему судну, увлекая его всё дальше и дальше от спокойной жизни на суше. Профиль Гроя и Лексуса отчеканился на одном из парусов. Солнце садилось, мелькая за рваными облаками, и практически висело над горизонтом. Якорные цепи звенели, а ветер завывал и теребил тросы крепления мачт и парусов. Металлические румпель и баллера блестели в закатных лучах, и в руках рулевого Силса держали перо руля под нужным углом. Бородатый просоленный годами палубной качки он не понимал никакой работы на суше, и геометрия движения для него существовала только на воде. Ему были чужды дороги, тропинки, поля, холмы и горы. Всё это он находил в морях и океанах. И самые высокие волны, которые ему доводилось видеть, были круче Гималайских вершин. Руль из маренного дуба на средней палубе беспомощно вращался, создавая только образ управления фрегатом. Фонарь на корме бросал блики на воду и качался в такт океану. Моряки в кубрике делились впечатлениями жизни на берегу и обсуждали детали предстоящего боя. Иллюминаторы в бронзовой обводке забрасывало брызгами и волнами. А наступающие сумерки просачивались своими красками внутрь помещения. Помощник спустился в каюту, и капитан остался на мостике один, всматриваясь в тёмную даль. Он вспомнил свою больную жену, когда-то блиставшую на подмостках показа модной одежды и снимавшуюся для разных глянцевых журналов. Но счастье было не вечным, воспаление лёгких и бронхит быстро разрушили её тело, и лицо уже не дышало здоровьем. Появились круги под глазами, морщины, складки на лице. Психика тоже была подавлена. И в таком состоянии ему пришлось её бросить, ради этого плавания. Большой шарообразный обтекатель загоризонтного обнаружения и целеуказания надводных кораблей висел над мостиком, вращаясь. Обстановка была спокойной, и Грой ушёл в каюту. Он заглянул к штурману. -Что показывают приборы? -Ветер стабильный, норд-ост, отклонений от курса нет, радиолокационное поле пусто от боевых кораблей. -Что со штормом? -Если грозовой фронт пройдёт высоко, то шторм будет в пределах трёх баллов до утра, а там, как Бог даст. -Все РЛС комплекса работают исправно? -Да, - коротко ответил штурман. -Что в радио эфире? – Обратился Грой к радисту. -Ничего подозрительного. Обычные переговоры между гражданскими судами. Замковая скала спала всем своим земным царством. Нижний ярус зданий-катакомб был погружён во мрак и готовился к новому рабочему дню. Средний ярус наскальных домов, располагавшихся на небольших выпуклых площадках, считал прибыль и чертил бизнес-планы при свечах на следующий день. Многие уже отдыхали. И только самый верхний замок, упиравший шпилем прямо в небо, никогда не спал. Передача команд от главного призрака и их исполнение имели место всегда, то есть круглые сутки. Но сам главный практически не работал. Всю нагрузку по управлению замковой скалой несли на себе технологи разных направлений. Здесь были политики, военные, полицейские, медиа продюсеры, экономисты, просто каратели в судейских масках и балахонах. Одни спали, другие работали, затем менялись. С вершины скалы океан казался бесконечной подвижной тёмной материей, спрятавшей в своих недрах тайны мироздания. И только лучи дневного солнца проникали на дно и приводили мёртвую фауну хоть в какое-то движение. На краю скалы, свесив ноги, любил сидеть целыми днями напролёт маленький будя. Он не боялся головокружительной высоты, и постоянно кричал мимо пролетавшим чайкам: -Возьмите меня с собой. Мне скучно на этой скале ! Они даже не обращали на него внимание. И тогда со злостью он швырял в них кусками хлеба. Некоторые из них умудрялись схватить хлеб клювом на лету, а другие устремлялись за ним вниз, к волнам, наполненным солёной пеной. Достигнув поверхности, они с криками бились за крохи. И это действо приводило будю в восторг. Замок за его спиной выглядел живой горой необъятных размеров с окнами, дверями и прочей атрибутикой, присущей любому государству. Здесь на краю скалы, в небольшой пещерке будя и жил, встречая красные рассветы над океаном и провожая кровавые закаты за спиной. Он удалился от общественной и какой-либо другой жизни замковой скалы. Иногда пребывал в голодном состоянии по несколько дней, а когда совсем туго было, шёл попрошайничать в город. Располагался всегда рядом с маркетом, где его никто не гонял. Тут околачивался ещё один проситель – местный бомж. Будя, чтобы завязать какой-то разговор с ним, всегда спрашивал: -Привет. Все где? -В пизде. – Следовал ответ. -Грамотный подход у тебя. -Зато не заразный. -Благодать есть? -Посиди, узнаешь. -Понял, - заканчивал разговор будя и садился в десяти метрах от него. Доставал мантры и погружался в чтение. Мимо бегали собаки, ходили люди, передвигались тучи. Не получив за час ни копейки, он встал и зашёл в магазин. Картина, которая развернулась перед глазами, немало удивила его. Маркет был пуст. Лежали на полках продукты, но не было покупателей, кассиров, охраны. Работали видеокамеры. «Может, власть ставит новые эксперименты над сознанием своих граждан? Проверяет на честность и выявляет отпетых воров? А за магазином стоит спецназ наготове, ха-ха. Что же делать, жрать то хочется. Какое варенье классное. – Будя вертел в руках банку ассорти из лесных ягод. – Моё любимое.» Он поставил банку и пошёл дальше вдоль полок, наблюдая попутно за тем, где установлены камеры. Пройдя всё помещение, вернулся к выходу и уже на улице крикнул: -Магазин пустой. Нет охраны и кассиров, полно жратвы! Бомж, вытаращив глаза, застыл на мгновение, а потом сорвался с места и, сгорбившись, пошкандыбал ко входу в старых кроссах «Адидас» и в трико той же фирмы. Будя сел на своё место и наблюдал. Через десять минут сияющий бомж появился в проёме дверей с большими пакетами, полными продуктов. Люди с опаской посмотрели и проскользили дальше. «Странно, ни спецназа тебе, ни очереди в спину». Бомж подошёл к буде. -Пошли на озеро пожрём нормально. Вот это благодать, как в воду ты глядел. -Может, продукты отравлены? Почему люди мимо ходят и в маркет ни ногой? -Так им еда не нужна, они сыты. -На шару всем надо. -Ты идёшь со мной или здесь ворон до вечера будешь считать? -Нет. -Ну и сиди сиднем, - сказал бомж и направился в сторону паркового озера. Через небольшой интервал времени будя пошёл за ним. Парковое озеро было окружено пальмами, карликовыми соснами, кипарисами и кустами можжевельника. На зеркальной поверхности воды красовались белые лебеди с логотипом государства. Бомж остановился возле свободной лавочки и поставил на неё пакеты. Сел рядом с ними и начал по очереди доставать содержимое, внимательно читая названия продуктов. Будя из-за кустов наблюдал за ним. Завалив всю лавочку брикетами, он раскупорил бутылку дорогого вина и хлебнул. Распечатав сыр, с жадностью поглощал его. Будя, сглатывая слюну, читал мантры, пытаясь успокоить желудок. Бомж съел шестую часть из украденного и закурил сигару, о которой мечтал уже давно. Будя, жуя ягоды можжевельника, подошёл к нему сзади: -Ну, как? Веселей стало? -О, ты?! – Удивился бомж, скривившись в улыбке. – Всё-таки решился, винцо классное, осталось ещё, и жрачка отменная, давно я так не пировал.- Он сладко затянулся, прикрыв веки. – Попробуй возьми. -Спасибо, перебьюсь. -Ну, ты умора. Ждёшь пока я сдохну гагагага. Не дождёшься. Я прочитал каждый брикет, без ГМО. И вдруг от бомжа отскочила его правая рука вместе с сигарой и пошла гулять. -Мама! – Вскрикнул он. - Что это??? -Я тебя предупреждал. Продукты начинены веществом дематериализации. -Ето как? У меня что, всё отвалится? -Вполне может быть. Надо всё вырвать тебе. -Господи, как же такое удовольствие и вырвать?! -Идиот, сейчас твоя голова и ноги будут отдельно бегать. Рука тем временем, размахивая сигарой, скакала вдоль озера. Бомж сорвался со скамейки и побежал за ней с криками «Вернись, я всё прощу!». Будя осматривал продукты, пытаясь их разнюхать. Не дожидаясь, когда вернётся собеседник, все бросил и направился в город. На длинной ол-стрит он постучал в окошко дизайнерской мастерской. Девушка со спутниковой антенной на голове распахнула окно и выбросила трап. -Привет. Давно ты к нам не захаживал. Как твои дела, дух? – Спросила она, мило улыбаясь и обнажив свои неподдельные зубки. На каждом из них была татуирована неповторимая бабочка. -Нормально, только есть больно хочется. -Отлично, я собралась обедать и не с кем. -Редко я попадаю в тему, но в этот раз мне повезло. И что на обед, могу помочь с готовкой. -Спасибо, ты последний раз уже помог, до сих пор вспоминаю тот ужин, - засмеялась она, - лучше я приготовлю, а ты, если желаешь, помоги мне дочертить проект для одного клиента, очень срочная работа. Только без лишней твоей фантазии, план проекта висит в правом углу монитора. Большой экран в стене мигал огоньками и издавал тихие гулкие звуки. Множество линий пересекали друг друга, упираясь в здания и скалы, уходили вертикально вверх. Всё это напоминало сложную карту города. Будя занялся расстановкой знаков на улицах и нумерацией домов. Сладкий запах с небольшой кухни достиг его обоняния. Через пятнадцать минут медленного времени он услышал её крик «Готово!». На большой тарелке, усыпанной рисом, торчали клешни крабов и раков, по краю - зелень. Соус стоял в отдельной миске. -За тебя, фея дизайна! – Будя поднял бокал белого вина и чокнулся с визави. -Спасибо, дух. -А ты, я смотрю развиваешься, антенку себе на макушку определила, молодец. Что за проект сейчас делаешь, похож на сложную карту нашей скалы для секретного агента. -Не знаю, кто клиент, на мыло сбросили заказ. -А если противники скалы, жители большой суши? -Какая мне разница, скала меня не кормит, а у меня ещё два маленьких ребёнка живёт у бабушки. Я вижу, ты стал патриотом скалы? – Она подняла высоко брови и посмотрела в глаза буди. -Не стал, ты же знаешь, я далёк от политики. Очень вкусные крабы. -Спасибо. Ну да, сидишь там на скале у себя, любуешься океаном. Какая высота у тебя? -Девятьсот девяносто девять метров пятьдесят четыре сантиметра над уровнем воды. -Прелестно, не каждая чайка долетит. Мы живём пониже и похуже. Вчера пенсионеры выходили на забастовку с требованиями повысить пенсии. Так приехал отряд карателей, только палки да номера на чёрных касках сверкали. Даже забирать никого не стали, побили и уехали. Три старика и старуха скончались на месте. У вас там наверху небось демонстрации можно проводить? -Я даже не знаю. Один раз видел подобную картину, как ты рассказала. Бастующих окружили и загнали к краю скалы, но не сбросили, просто предупредили. Работники ведь нужны. -А сколько межконтинентальных ракет установили, ты видел? Продать одну такую ракету и можно спасти жизнь сотням больных детей. -Твои то как? Не болеют? -Славу Богу нет. Бабушка за ними смотрит, мне некогда да и негде здесь держать. В воспитательный формат-сад не сдаю, дорого и ничего хорошего не привьют, кроме порядкового номера да никчемной конституции. – Грустными глазами фея смотрела в окно, за которым мелькала жизнь ол-стрита. -Это так. Налить тебе вино? -Я буду коктейль. И уехать отсюда невозможно, кому мы нужны. -Пойдём погуляем по стриту. Давно мы с тобой не ходили вместе. -Вариант развеяться, заодно и к бабуле зайду. Длинная петляющая ол-стрит из мелкой разноцветной брусчатки кипела движением. По обе стороны улицы возвышались скалы, в которых были сделаны квартирки, офисы, магазины, кафе, ресторанчики, банкоматы. -Живенько тут у вас, давно я не гулял по нижнему ярусу скалы. -Конечно, оживлённо, половина безработных, психически неустойчивых, инвалидов, пенсионеров, - сказала фея, - видишь, старикашка идёт впереди нас в длинной по колено футболке с надписью «Скалу в жопу»? -Вижу, и что? -Так он ети футболки меняет каждый день: то реклама какого-то военного блока, то голые девки и парни, то музыканты, то реклама продукции, бог знает ещё что, - засмеялась фея. -Подрабатывает, наверное, в какой-то корпорации. -Ха-ха, в корпорации по ломке сознания обывателя скалы. -Не всё так плачевно, дорогая фея. Но, судя, по общей обстановке уклон изменил градус и не в пользу народа, а это может закончиться революцией. -Быстрей бы, хотя крови не хочется, сколько её уже было пролито, а скала как стояла, так и стоит. Мимо них пробежали два паука и скрылись за углом. -Какие забавные, кто это? – Спросил будя. -Стукачи из службы оповещения и гражданского доноса. Бегают, подслушивают сзади разговоры в общественных местах и несут куда надо. -Княгиня, а не пошли бы вы куда прогуляться с князем ! – Доносился из открытого квадратного окна голос. – Погода какая чудная. Оттуда же текла очень старая музыка со скрипучей пластинки. Романс времён первой мировой войны. -Поручик Ржевский опять буянит, - засмеялась фея, - княгиня его всё домогается, а он её посылает на прогулку с мифическим князем. -Какая милая старушка выглядывает из соседнего треугольного окна. -Милая. На прошлой веренице бесполезных дней посадила своего кота в морозильник, а когда тот окочурился, сделала жаркое и кормила им ворон. -Нескучно у вас на ол-стрит. Как давно я не посещал город. На перекрёстке группа людей в пёстрой одежде с перьями на голове выскочила из-за маркета и с УЛЮЛЮКАНЬЕМ пронеслась перед глазами буди и феи. -А это кто?! – Воскликнул дух. -Индейцы ! – В такт ответила она. – Власть разводит их в инкубаторе и ассимилирует в народ, чтоб привить ему же народу их культуру: жизнь без материальных ценностей, волеизъявления, восстаний, в гармонии с природой и курение травы вместо реализации в политике и экономике. -Мудро аднако. -Да, пожил бы подольше и не такое б заметил. Тут новшества появляются каждые одиннадцать дней. -Почему одиннадцать? -Министров столько. Они совещаются, а потом, бац. -Ясно. Что мне нравится на ол-стрит, так это отсутствие транспорта. Размеренно всё так. -Это да. Здесь у людей нет денег даже на топливо, не то, что на транспорт. -Я вот заметил, что все окна ассиметричны: квадратные, прямоугольные, треугольные, круглые, овальные, кривые зеркала. Но, самое интересное, что они все отражают скалу, а не предметы и здания напротив. -Так закупки стекла происходят все в одном месте, наверху. Они бродили до самого вечера. Фея посетила бабушку, своих детей. Бабушка, бывшая певица джаза, с накрученными к небу волосами молодцевато встретила их в своих роскошных апартаментах. Дети играли в мяч. Она угостила чаем из трав, которые умудрялась в своём преклонном возрасте собирать на крутых подъёмах скалы. Поздно вечером будя поблагодарил их и откланялся. К закату солнца он успел добраться до своего жилища. Здесь в глухом одиночестве он уселся на прогретый за день камень, свесив ноги вниз. Солнце садилось за спиной и отливало разными красками на океан. По периметру стояли на страже боевые корабли замка призраков, управляющих жизнью на скале. Через минуты ушедшие в никуда будя достал из-под камня верёвочную лестницу и сбросил вниз по отвесной скале. По ней он спустился в свою пещеру, которая выходила своим отверстием прямо на океан. Девятьсот девяносто метров оставалось до воды. Нарисовав на белой стене внутри пещеры картинку, он заснул. Не достреленные и не дотравленные собаки собрались на верхнем плато скалы прямо над пещерой буди и выли всю ночь на полную жуткую луну. Грозовой фронт приближался со стороны океана, сверкая яркими молниями, и, гремя раскатами. Собаки разных мастей, объединившись в один хор, лаяли и синхронно крутили головами из стороны в сторону. Будя проснулся под утро и сел у входа в пещеру. Видимость была плохой, солнце ещё не встало. Моросил дождь. Он всматривался вдаль в бинокль. И не зря, как ждал. По горизонту со стороны суши он заметил чёрный фрегат, точно такой же, как несколько декад назад. Он прекрасно помнил тот бой. Фрегат появился неожиданно, сменив паруса с белого цвета на чёрный, будто нитки тканей провернули. Боевые корабли охраны начали моментальный обстрел. Но, ракеты долетев до фрегата, отражались и, сменив траекторию на определённый угол, устремлялись в корабли охраны по флангу прорыва фрегата. Таким образом, затопив несколько крейсеров, фрегат прорвался и подошёл к самой скале. Будя видел в бинокль, как на палубе двигались установки по запуску ракет, нацеленных на скалу. А потом внезапно волны разошлись, и фрегат исчез под водой, оставив пустоту на поверхности. И опять эта парусная загадка на горизонте. «Но почему фрегат не обстреливают? Неужели приняли за гражданский? Вряд ли, хотя вооружение на фрегате может и отсутствовать, либо надёжно спрятано в нижних палубах. На крейсерах должно быть оборудование по сканированию всех суден, проходящих мимо. Только, если фрегат отражает все проникающие волны.» Бой начался неожиданно быстро. Одному из крейсеров оторвало корму, и он начал тонуть. Остальные корабли стали перестраиваться. Будя не увидел никаких ракет, поражавших сторожевик, и на ум пришло только одно, что фрегат использует современные электромагнитные пушки. -Вот это класс! Да будет фентези-битва! – Будя включил свою мощную колонку у выхода из пещеры, и духовая секция начала сумбурный накрученный джаз. Трубы, фаготы и тромбоны, вступившие разом, поддержали контрабас, две гитары, рояль, орган, скрипки и масса перкуссии. От удовольствия закатил глаза к небу. Это было лучше, чем чтение мантр и созерцание чаек. – И погода в тему, дождь, гром, молнии. Сам Зевс требует войны! Силс в роскошной цветастой рубашке, белой шляпе, ковбойских сапогах с сигарой во рту мастерски быстро управлял румпелем, меняя постоянно курс фрегата. Капитан Грой, раскачиваясь в кресле-качалке, только движением руки указывал ему, куда направить нос судна. На левом плече сидел незаменимый попугай, последний свидетель эпохи старика Флинта. Моряки с голым торсом, все в наколках, отбивали на тиковой палубе чечётку, исполняя боевой танец и издеваясь над противником своей невиданной наглостью. Чёрные паруса туго развевались в небе, вращая судном, как волчком. На парусах работали температурные и радио отражатели ракет. Выстрелы из фрегата стали не долетать до флота скалы, а разрываться в воздухе. Флот включил свою фоновую защиту от электромагнитных пушек, выпустив в свою очередь град ракет на фрегат. Несколько ракет разорвались в воде, не долетев до цели. Остальные, отзеркалив от невидимого купольного радио магнитного поля над мачтами, улетели в разных направлениях. Боевые корабли начали сбивать их налету. Одна ракета угодила в нижний ярус скалы, вызвав переполох в городе. До этого события люди просто не замечали баталии на воде. Поскольку было довольно далеко и без бинокля так и вообще ничего не увидеть, а главное, в океане было тихо. Выстрелы пушек бесшумны, взрывы ракет, как хлопок, и только при столкновении с твёрдой материей происходил какой-то шум. Ракета угодила в склад с товарами, разворотив всё к ядрёной фене, похоронив под руинами охрану. В результате быстрого боя на короткой дистанции, а именно на этом расстоянии фрегат давал фору всем кораблям флота, было разбито два крейсера и один линкор. И как в прошлый раз незнакомец на полных парусах пошёл к скале сквозь брешь в линии боя. Лексус в носовой части, держась за трос рукой, смотрел в оптическую трубу. Небольшие серебристые стволы пушек из супер волокна заехали обратно в нижние палубы, створки закрылись, оставив борт пустым. Будя на вершине скалы был в восторге от увиденного зрелища и чуть не свалился, как птенец из гнезда, в разгар схватки. Он моментально набросал рисунок на белесой стене пещеры. Дождь моросил по-прежнему, но грозовой фронт ушёл, пропуская лучи солнца к поверхности океана. И будя начал читать мантры, продолжая наблюдение. Океан порядком штормило, а сверху казалось, что ковыль слегка играет с ветром. Хищные птицы кружили над океаном. Видеокамеры, закреплённые на теле, зорко следили за каждой пядью солёной воды, записывали и передавали на спутник. На поверхности появились спасательные шлюпки, фрегат не добивал личный состав противника на воде. В минуты боевого прорыва линии огня Силс всегда думал о своих ёжиках. Так он называл своих стариков. Маленькие исхудавшие за всю свою тяжёлую рабочую и крайне подвижную жизнь с короткими стрижками на голове и седыми волосами они были похожи на ёжиков. Выстояв две войны, разруху, голодомор и просто мор от болезней, они не утратили свой жизненный тонус, любовь пусть и не ярую, но лояльную к людям. Больше всего на ёжика был похож старик, когда рано утром выходил в сад и в сплошном тумане, пока многие спали, натыкался острым носом на яблоко в саду. Обнюхивал его, срывал и клал в карман пиджака, затем перекуривал и курсировал дальше в надежде найти бутылку со спиртным в предрассветном тумане. Чтобы накатить стаканчик, и день прошёл легко. Ежиха, мать Силса, тоже утренняя пташка, постоянно на него ворчала, что он шатается ни свет, ни заря без дела и давала ему веник для зарядки. Они спорили между собой целый день по всякой мелочи, поднимая тем самым настроение Силсу, когда он бывал в гостях у них. Эти перепалки и работа держали их на земле, хотя слух уже был плохим, зрение тоже утратило свои горизонты, и куча болезней проникали, как пули врага, добивая тщедушные тела. Старику-ёжику перед выходом Силса в последнее плавание отрезали омертвевший палец на ноге, и он переживал за отца. А фрегат тем временем наматывал время, кроил волны, трепал паруса и соревновался с чайками и бакланами в скорости. С авианосца флота поднялись в небо вертолёты и устремились в погоню. Будя отстукивал мелодию на металлическом плоском барабане( этот инструмент напоминал щит Давида, шлем Дон Кихота и НЛО), а ветер над ним гнал по плато сухую листву из города и замка в океан. Каждый листик вертелся перед его глазами в воздухе и являл собой отражение судеб. Буде удавалось разглядеть форму и рисунок бесконечного листопада. Ваше мнение: Украинская Баннерная Сеть |
{v_xap_link1} {v_xap_link2}
{v_xap_link3} {v_xap_link4} |
лил - замковая скала
|
Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Ответственность за содержание произведений несут их авторы. При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.libra.kiev.ua/ обязательна. ©2003-2007 LineCore |
Администратор |