|
    Прочтений: 0 Посещений: 2235 Дата публикации: 29.1.2007 Рита улыбнулась и несколько раз похлопала в ладоши, - очуметь… - она как ни в чем не бывало, с видом зрителя, пришедшего на спектакль, поднялась, прошествовала к бутылки с джином, наполнила свой стакан и прошла обратно. Все обратили на нее недоуменные взгляды, и только Надя сидела ни на что не реагируя. Рита посмеялась, откинула волосы со лба, и сделала один большой глоток. Затем изящно опустилась на стул. - Ну что ж, меня не может не радовать такое отношение к игре, - задумчиво, словно пытаясь раскусить подвох, прокомментировал ведущий. - Зачем ты делаешь все это? – спросил у Славы Леха, до этого не проронивший еще не слова. - Ты, видимо не слушаешь, - назидательно проговорил гость, - быть может, я расскажу все это позже, а пока… - он снова повторил жест, призывающий Глеба к действию. - Но ты же убил ее, - невпопад вставила Лида. Ей все сложнее было сдерживать эмоции. - Э… не, - возразил Слава, - кто ее убил, это вам еще предстоит выяснить. Ведь в нашей игре убивает ночной убийца. А я, - гость пожал плечами и скромно поджал губы, - я ведь всего лишь на курок нажимаю. – Он помолчал, затем деловито добавил, - но мы все отвлекаемся. А это неправильно. Мое терпение вот-вот лопнет. Я уже очень долго жду… - он повертел револьвер в руке и внезапно выстрелил в бутылку, стоящую посредине стола, - я шутить не намерен! Красные пятна стали медленно расползаться по дешевой бумажной скатерти. Лида чуть отодвинулась от края стола. Надя подняла голову, и недоуменно, словно спросонья посмотрела на то место, где раньше стояло вино. Она ничего не сказала, лишь поморщилась и потерла висок. - И так, друг мой, - настойчиво повторил ведущий. Наташа сидела затаив дыхание, не моргая. В ее глазах можно было прочитать невообразимую смесь эмоций. - Так не может быть, - медленно прошептала она, - не бывает так… Глеб… - она протянула руку к молодому человеку, сидящему рядом на коленях, - ведь так же не может быть? Не бывает ведь так? Правда? Он посмотрел на нее. В его взгляде было столько обреченности, что она замолчала. Соня начала всхлипывать, прикрывая рукой рот. - Леша, - Рома серьезно посмотрел на Алексея, - что происходит? Неужели мы должны тут сидеть? - Да, боюсь что так, - Алексею пока что удавалось сохранять спокойствие. - А ты все еще сомневаешься, - обернувшись к Роме, прошипел Денис, - если бы это было шуткой, - он указал в сторону своей мертвой подруги, - она… Он глубоко вздохнул. - Она и правда мертва, Рома, а значит, это не шутка, - перебил Дениса Алексей. - Ну все, - не вытерпел Слава, и снова поднял револьвер, наставляя его на Глеба, - у нас будет еще полно времени, что бы обсудить, возможно происходящее, или нет, жива она или мертва, и многое, многое другое, - теперь он говорил спокойно, явно веселясь, - а сейчас, - он указал на Глеба, - сейчас я буду считать до трех. И если, когда я произнесу «три», ты все еще будешь вот так стоять, а она, - он указал на труп, - будет одета, ты будешь очень сильно на нее похож. Поверь мне. - Она же мертва, - в который раз, в отчаянии выкрикнул Глеб, - я не могу! - Почему же, - спокойно возразил ведущий, - вот если бы сначала убили тебя, а потом бы ты выбрал ее, тогда, я понимаю, ты точно бы не смог. Трупы, знаешь ли, действительно, не в состоянии, ну а так, так ты можешь. Некрофилия же существует… Ведь могут же. Ты сам ее выбрал. Я тут совершенно не при чем. Так что… раз. Глеб не двинулся с места, а лишь отрицательно покачал головой. Его взгляд стал отсутствующим, губы искривились, - это полный абсурд. И я не стану… Я не стану этого делать. Ты не заставишь меня. - Все ясно, - гость поднял револьвер. Он был все так же невозмутим, улыбался по-доброму, - то есть ты предпочитаешь смерть… Ну что ж… Гость выстрелил. Глеб дернулся и взвыл. Его сердце, казалось, незамедлительно выскочит из груди. Руки сами начали ощупывать тело, в поисках раны. Ошарашенный, он сидел, и тяжело вдыхал воздух, словно рыба, выброшенная на сушу. - Ну, ну… - успокоил его Слава, пуля ведь попала не в тебя, а в пол. Правда совсем рядом. Но ты то пока цел. Два… Глеб осторожно поднялся на ноги. Его била нервная дрожь. Он не хотел умирать, поэтому он медленно, очень медленно, слегка покачиваясь, направился к трупу. В застывшей, немой сцене двигался только он. Еще пара секунд, и Глеб склонился над бывшей подругой Дениса. 21 Он начал судорожно расстегивать маленькие пуговицы на ее платье, с приятно будоражащим декольте. Пальцы его не слушались, сталкивались и отказывались гнуться. Он старался не смотреть на ее лицо, с безжизненными, остекленевшими глазами, поэтому остановил свой взгляд на мраморной белизне упругой груди. - Зачем ты расстегиваешь эти чертовы пуговицы, идиот! – с раздражением вырвалось у Дениса, - ты же не собираешься щупать ее сиськи! Глеб судорожно вздохнул, и быстро, быстро заморгал, а его пальцы сами по себе теребили тонкую полупрозрачную ткань. - Какого черта! – наигранно возмутился ведущий, - не мешай пацану делать его дело! Пусть он сам решает, что ему щупать, а что нет! Если он хочет потрогать сиськи, то пусть трогает! Тебя не должно это волновать. Продолжай. Все в твоей власти, - обратился он к Глебу, по-отечески ласково. - Да что за дурдом, - не выдержала Лида, - это же так грубо! - Вполне возможно, - согласился Слава, - да только мы тут за приличиями не гоняемся. У нас, как в жизни, грязно, жестко, и совершенно несправедливо. Наташа застонала и закрыла глаза руками. Глеб покосился на нее, и на его лице появилась гримаса непереносимого страдания. - Не останавливайся, - мягко напомнил Слава, - не останавливайся. Глеб в нерешительности посмотрел на полу расстегнутый верх, потом на стройные ноги, почти полностью открытые коротким платьем. Он сглотнул, затем медленно начал поднимать подол вверх. Когда стали видны кружева нижнего белья, он оглянулся, и бросил на ведущего молящий взгляд, - у меня не выйдет… - Надо, что бы получилось, - проворковал ведущий, - подумай о приятном. Глеб снова сглотнул и посмотрел на остальных. Серега таращился на него, открыв рот. Денис, щеки которого чуть порозовели от гнева смотрел на свои сцепленные до белизны пальцы. Рома обнял Соню, и что-то шептал ей. Наташа тихо плакала, закрыв глаза руками. Лида так же тактично прикрыла свои ладонью. Рита, с видом тонкого ценителя, наблюдала за ними, потягивая чистый джин. Леха отвернулся. - Ну же, все тебя ждут, - подбодрил Слава Глеба. Глеб начал стягивать трусики, неуклюже, рывками. Когда они, наконец сползли на лодыжки мертвой девушки, Глеб расстегнул свои брюки. - Ооо, - фыркнула Рита, - это и правда, мерзко. Она откинулась на спинку стула и закрыла глаза. Серега бросил на нее виноватый взгляд, и опустил голову, смутившись своего невольного любопытства. Теперь на Глеба смотрели только пустые глаза мертвой девушки, и жадно пожирающие зрелище, глаза Славы. Глеб одним резким рывком, спустил до колен свои штаны, вместе с трусами, и глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Он сконцентрировал все свое внимание на соблазнительных прелестях Ирины. Следующие двадцать минут в комнате не было слышно иных звуков, кроме сопения Глеба и плача Наташи. Никто, кроме режиссера этого жуткого спектакля не смотрел на Глеба. Наконец раздался стон облегчения. Следом за ним последовало рыдание. Глеб скатился с дивана, на котором теперь лежал труп, и отполз к своему месту, кое-как натягивая брюки. - Да, будь она жива, у тебя это заняло бы гораздо меньше времени, - в голосе Дениса сквозило раздражение и досада, ну что рад? – со злобой поинтересовался он у ведущего. - Вполне, - довольно отозвался тот, зря никто не смотрел. Это было… - он задумался, ища нужное слово, - любопытное зрелище. Вот видишь, - ласково обратился он к Глебу, - а ты говорил, не получиться. Я верю… что это было нелегко. Но ты справился. Ты настоящий мужик! Наверное, не каждый бы смог. Хотя… - гость лукаво улыбнулся - ты же хотел ее. Я знаю… Это было сразу видно. Потому и выбрал именно ее. Просто тебе не повезло, что и убийца тоже ее выбрал. Но надо признать, это маленькое совпадение повлекло за собой очень любопытные последствия… Глеб бросил виноватый взгляд на Наташу, и что-то промямлил. - Как ты можешь? – с возмущением спросила у Славы Лида, и брезгливо поморщилась, - зачем ты все это говоришь? Им и так плохо, - ее глаза выражали недоумение, смешанное со справедливым гневом. Все еще не до конца приняв происходящее, она никак не могла отвыкнуть от общепринятых общественных норм. - Ого, - присвистнул гость, - как гуманно! - его колючий взгляд заставил Лиду замолчать, - только я, на вашем месте, сейчас волновался бы за себя. У каждого из вас все еще впереди. Ведь игра еще только началась… 22 Все сидели притихшие и ждали. - Ну, - прервал тишину ведущий, - чего сидим? Кого ждем? У нас есть труп. Мы уже знаем кто шлюха. Ну или по крайней мере кого-то, кто так себя назвал. Хотя, - ведущий ухмыльнулся, - было бы странно, если бы он вам соврал. В дискуссии участвуют все… кроме трупа, само собой. Приступайте. Ваша задача сейчас, раскусить убийцу. Как я уже сказал, коп угадал. Это надо принять к сведению. Никто не отреагировал. Тогда Слава снова встал со своего места и прошелся до двери и обратно. Его лицо стало пугающе жестким. С наигранным безразличием он вертел в руках оружие. - Вы, я вижу, не хотите играть нормально. Неужели никто не хочет использовать свой шанс? Свой шанс на то, что бы выжить? - добавил он внушительно. - Убийца – Наташа! – выпалил Серега не своим голосом. - Очень хорошо, - протянул Слава. На его лице появилось легкое любопытство. Он подошел к двери и прислонился к ней. - Убийца – Наташа, - повторил Серега, уже более спокойно. - А ты, значит, коп? – осведомился Денис. - Да, согласился Серега, чуть выпятив грудь вперед. Его лицо приняло упрямое выражение. - Ну что же, а кто тогда врач, - продолжил опрос Денис. - Я, - подала голос Лида, угрюмо покосившись на труп. - Хорошо, подвел итог Денис, - значит, остальные просто жители. Серега говорит, что убийца Наташа. Он же говорит, что он коп. Есть кто-то еще, кто скажет, что он коп? Есть у кого-нибудь какие-либо возражения? Никто не ответил. - Ну что же, - продолжил свои рассуждения Денис, - у нас есть всего один коп, и он знает убийцу. Значит, все ясно. - Если, - вмешалась Рита, - копом не была та очаровательная девушка, что не может сейчас говорить. - Чушь, - возразил Денис, недовольно, - незачем все усложнять. Рита зевнула и посмотрела на Наташу, которая все еще тихо плакала, никак не реагируя на происходящее. – Натаха. Скажи нам что-нибудь. - Да как вы можете так запросто все это обсуждать, - не выдержала Соня, - что же происходит? У нас только один убийца. И это он! - она ткнула пальцем в Славу, и всхлипнула. - Ну, солнышко, не надо, Рома попытался успокоить девушку, нежно поглаживая ее руку, - не надо. Он с опаской посмотрел на гостя. - Я не хочу, не хочу успокаиваться, - выкрикнула Соня, пытаясь побороть слезы, я не хочу больше играть в эту дурацкую игру. Он заставляет всех делать ужасные вещи! Он убил ее, - она кивнула в сторону Ирки. Рома, уже начавший паниковать, попытался обнять девушку, и прижав ее к себе, прекратить ее крики. Но она оттолкнула его. - Кто ты такой, что бы мы тебя слушали, - снова набросилась она на Славу. Рома бросил еще один взгляд в сторону гостя. Он панически боялся, и это отражалось в его взгляде, в выражении его лица, во всей его позе. Он молчал, и взглядом молил Славу не обращать на девушку внимания. Слава же все так же стоял у двери и с явным любопытством наблюдал за истерикой. Одна его бровь чуть приподнялась и выгнулась дугой. Глаза блестели огнем азарта. Он определенно получал удовольствие от страха и слез. Леха встал и подошел к сестре. Он наклонился, и аккуратно взяв ее за подбородок, посмотрел ей в глаза, - Соня, ты права. Ты полностью права. Это все. Все что здесь происходит, этого не должно быть. Только я боюсь, милая, что мы ничего не можем сейчас сделать. Если ты… - он опустил руки. На его лице читалась угрюмая усталость, - я знаю, что я все неправильно говорю. Я знаю, что все это трусость. Но нам не стоит сейчас пускаться в безрассудство. Просто успокойся, сестричка. Рома с благодарностью посмотрел на брата своей девушки. Леха тем временем взял свободный стул, и сел рядом с сестрой. - Как мило! - проворковал Слава, и стремительно подошел к своему стулу, - но это снова отступления. Давайте же вернемся к убийце. Глеб, наконец немного пришедший в себя. Подошел к Наташе, и обнял ее за колени. Он повернулся к Сереге, и покачал головой, - ты же мне друг… зачем же ты такое говорил про мою девочку? - Я коп! – упрямо повторил Серега, - и я угадал! - Неужели больше ни у кого нет вариантов, - поинтересовалась Рита, - ведь, насколько я понимаю… - она замялась. Потом в упор посмотрела на ведущего, - ты сказал, что мы должны будем наказать убийцу? - Само собой, - деланно изумился Слава, - ведь всех убийц нужно наказывать. Главное правильно его определить. Чувствую, вы все же плохо слушали правила. Убийцу ждет смерть. - А если мы ошибемся, - с беспокойством спросил Рома. - Значит, на вашей совести будет невинна жертва, - сообщил Слава бодрым тоном, и плеснул себе в стакан еще спиртного. Глеб метнул многозначительный взгляд на Серегу. Тот провел тыльной стороной ладони по губам и опустил глаза. - Я не вижу причин не доверять Сереге, - голос Дениса был жестким и уверенным, - мы находимся не в том положении, что бы кого-то жалеть. Видимо, сейчас каждый сам за себя. Денис замолчал и в комнате снова воцарилась тишина. - Я тоже считаю, что Наташа – убийца, - спокойный, размеренный голос Лиды разорвал напряженное молчание. Глеб в полном недоумении уставился на девушку, но по выражению ее лица понял, что она говорит вполне серьезно, и своего решения не изменит. Соня, с отчаянием посмотрела по сторонам, потом резко вскочила и бросилась к Наташе, - Наташа! Да что же это! Почему ты молчишь? Наташа отняла руки от лица и посмотрела на подругу. Соня подумала. Что так смотрят загнанные в ловушку звери. Не верилось, до сих пор не верилось в происходящее. - Я не убийца, - тоскливо произнесла Наташа, - бог свидетель, я никого не убивала. - Быть может, мы проголосуем, - предложил Денис. - Чем быстрее мы найдем убийцу, тем быстрее можем умереть сами, - безмятежно заметила Рита. Денис бросил на нее мрачный взгляд, но ничего не ответил. - Это определенно имеет смысл, - согласился Леша. - Только странно, что вы обсуждаете это при мне, - заметил гость, хотя… Какая разница. Это все как хороший спектакль. Чем дольше, тем лучше. Все равно, все кому суждено умереть, умрут. - Надо ли тянуть время, - агрессивно промолвила Лида, ни к кому конкретно не обращаясь, - он же просто играет с нами. Вы же слышали. Для него это только спектакль. Может, стоит наоборот его сократить. - И в следующий раз такая же дырочка будет у тебя, - все так же спокойно отметила Рита. - А зачем вообще жить? – все настолько не ожидали услышать Надю, что взоры тут же обратились на нее, - сейчас, потом. Пять минут, три часа, какую это играет роль? Тебе, наверное, тоже не нравиться твоя жизнь, - Надя подняла голову и вопросительно посмотрела на гостя. - Не то слово, - согласно кивнул он, - только я больше склонен называть это существованием. - Почему, - с детской наивностью поинтересовалась Надя, почему тебе не нравится твоя жизнь? Ты красивый. Наверное, кто-нибудь смог бы тебя полюбить. Слава усмехнулся, но в усмешке этой была горечь, - каждый смотрит на этот мир по-своему. Не думаю что любовь, даже если и очень сильная смогла бы меня спасти. Снова воцарилась тишина. Каждый, казалось, задумался о своем. Почти всех пожирал страх. И только внешне сохранялось спокойствие. И только алкоголь, и еще не до конца прошедший шок, притуплял страх. Никто не знал, что тут можно сказать или сделать. Хотелось просто сбежать. И никто, никто из них, еще не смог до конца осмыслить того, что тут случилось. Это же была всего лишь игра… - Хм… - Слава очнулся от своих мыслей и недовольно нахмурился, - мы снова ушли от игры. Решайте уже, кто замочил белобрысую. - И где только ваша вежливость? – Рита разочарованно посмотрела на Славу, - это же спектакль как-никак, имейте же терпение довести его до конца спокойно. С улыбкой. - Ты по-моему, тоже сошла с ума, - уверенно сообщила Соня, бросив на Риту жалостливый взгляд. - А может я и не была в своем уме, - вслух начала размышлять Рита, - а может, напротив, вы все не совсем понимаете, что происходит. А может я тоже не прочь умереть. А кроме того, я в последнее время столько пью, что… Она оборвала себя на полуслове и посмотрев на Дениса. Встретилась с ним взглядом. - У тебя всегда были проблемы с головой, - безапелляционно заметил он. - Да что ты говоришь? – долю секунды казалось, что ее глаза начнут метать молнии, но затем она улыбнулась и согласно покачала головой, - хотя ты Денис… Ты то разумеется, меня неплохо изучил. - Не надо, пальцы Леши, сжавшие ее руку, были теплыми и сильными. Ощущение от его прикосновения было каким то необычайно приятным и согревающим. По коже побежали мурашки. Она задумчиво посмотрела на него. В его взгляде было что-то такое, чего никогда раньше она не видела. - Хорошо, - ее улыбка была немного печальной и утомленной, - ты мой ангел – хранитель, - произнесла она тихо, сама не зная почему. - Вы еще обнимитесь, и поревите на плече друг у друга, - язвительно посоветовал Денис. - Это, конечно, все очень мило, - вновь напомнил о себе Слава, - я бы даже сказал, трогательно, но вы все еще обсуждаете совсем не то, что нужно. Я хочу, что бы голосование состоялось прямо сейчас, немедленно. Пользуюсь своей властью, на правах человека с оружием. Все в который раз замерли. Наташа начала испуганно озираться, ища глазами поддержку у тех, кого всегда считала своими друзьями. Глеб задышал быстро и шумно, судорожно втягивая в себя воздух. Он поднялся с колен, и обнял свою девушку, - все будет хорошо, солнышко, вот увидишь. Он попытался погладить ее по щеке, но она отстранилась от него и снова закрыла лицо руками. А затем заговорила быстро, с легкой дрожью в голосе, - вы не можете так поступить со мной, вы знаете. Что я никого не убивала. Неужели вы способны взять на свои души такой грех? – она роняла слова, как невинная девушка роняет слезы первой любви, - ведь мы же все знаем друг друга… Мы же люди! Как так? Следующие мгновения были слышны лишь ее беззвучные рыдания. Она не верила. Не могла поверить. Ведь все было так хорошо. Солнечный день… Теплый вечер… Друзья. Ведь все было совсем не так… Что же произошло? Нельзя было поверить. Никак нельзя было поверить, что ей и правда может угрожать опасность, что те, кого она знала уже столько лет могут просто взять и убить ее. Ну это же просто смешно… А тот, кто пришел к ним… Неужели он и правда такой злой? Нет… Нет… Этого не может случиться. Затем Денис, со всей неумолимостью вынес приговор, - я голосую за Наташу. Она убийца. - Я тоже голосую за Наташу, - словно эхо повторила Лида. - Убийца – Наташа, - дрожащим голосом, но тем не менее уверенно, почти агрессивно подтвердил Серега, стараясь смотреть исключительно только на стол, что бы не дай бог, не встретиться глазами со своим другом. - А я против! – сильный и твердый голос Леши прозвучал как удар грома в безоблачной синеве ясного дня, - одумайтесь! Что вы делаете. Это же не просто игра! Не хотите же вы и правда ее убить! Такое впечатление, что вы с ума сошли! - Я тоже против, - почти плача произнесла Соня и благодарно взглянула на брата. - Собственно говоря, - вмешался ведущий, никак не отреагировав на реплику Леши, - вы должны предлагать свои кандидатуры. Убийца в любом случае среди вас… В итоге убийцей будет признан тот, за кого будет больше голосов… И голосовать могут все… И Наташа тоже. Пока ее вина не доказана. Соня беспомощно взглянула на брата, потом на Рому. - Я за Наташу, - не поднимая головы, внесла свою лепту Надя, - все равно все уже кончено. Зачем тянуть? И потом, мы теперь совсем в других условиях… Выбора то нет. - А я против! – с яростью выкрикнул Глеб, - я против! Слышите?! Вы все, слышите меня?! Я против! Против! Не позволю! Нельзя этого делать! Он смотрел на остальных как на предателей, сейчас он ненавидел их всех. - Мда… - Слава потер переносицу, - вы ребята, явно не хотите меня слушать. Ну что же… Пусть тогда будет как будет, считаем за и против. Наташа, право голоса теряет. - Нет, - простонала Наташа, - разве можно изменять правила… - Тебе, я думаю, особой разницы и нет… Все равно других кандидатур не имеется, - внезапно лицо Славы стало жестким, в голосе звучала непоколебимость, - это будет уроком всем вам… Голосуйте дальше. - Я против, - четко и очень спокойно произнесла Рита, - у нас нет такого права. Не думаю, что хоть кому-то из нас, стоит брать на себя такой грех, - она с презрением взглянула на Серегу, потом на Лиду и Надю. Она была сейчас очень серьезна, почти сурова. И очень печальна. - Как любопытно… Четыре за… Четыре против. Остался один решающий голос, - торжественно изрек Слава, - и это твой голос, Рома. - Давай, Ромочка! Скажи им! – вытирая уже выступившие слезы, произнесла Соня, и улыбнулась. Теперь она была почти уверена в том, что с Наташей все будет хорошо. Рома с отчаянием посмотрел на Соню, затем на Глеба. Потом перевел взгляд на ведущего, - что мы можем сделать? - он беспомощно развел руками и замолчал. - Ты должен четко осознавать, - сухо напомнила Рита, - что от твоего выбора, от пары твоих слов зависит человеческая жизнь. Это не шутка. Она умрет по настоящему. Ты полностью осознаешь, какую ответственность ты берешь на себя? Секунды тянулись как часы. Где-то за окном, где-то, где сейчас было другим миром, беззаботно стрекотал сверчок. Откуда-то издалека доносились пьяные веселые голоса. Там была совсем другая жизнь. Совсем другие правила. Все как раньше, и все как везде. Там не надо было делать выбор, ставить на кон свою жизнь и отвечать за чужую. А здесь, в этом мирке было десять пленников и один пленитель. Здесь ты уже ничего не мог решить. Правила были изменены. Жизнь была перевернута. Все было не так. - О чем ты думаешь? Как тут вообще можно думать? Мы же можем ее спасти! Просто скажи нет. - Я не знаю, - рома виновато взглянул на ту, которую любил, - о Боже! Почему я? Я не могу! – он сжал ладонями голову и застонал. - Ромка, да ты что? – Глеб смотрел на друга удивленно и испуганно, он уже почти поверил, что все будет хорошо. Ромка попытался избежать его взгляда, и что-то промямлил себе под нос. - Мы все ждем, - настойчиво напомнил ведущий, - ты должен сделать свой выбор. Ты остался один, единственный, не высказавший своего решения. И снова наступила тишина. Часы тикали и тикали, и казалось, что это безумно громкий звук в этой полной, звенящей тишине. Сердца бились быстро и нервно. Напряжение густой пеленой зависло в воздухе. Наташа уставилась на Рому. Ее губы дрожали, а пальцы теребили край пиджака. - Я за, - выдавил Рома, и с видом осужденного на смерть взглянул на Соню, - прости милая. У нас нет другого выбора… Либо мы… Либо она… Ведь он всех нас может убить. - Ты трус… - в сердцах выкрикнула Соня, и отвернулась. - Ну что же, - подвел итог ведущий, - четыре против пяти. Наташа – убийца. Так и быть, роль палача в этой игре я возьму на себя. - Так нельзя! – выкрикнул Глеб и в мольбе вскинул руки. - Нет! – Наташа вскочила со стула, и бросилась к людям, сидящим за столом. Но добежать она не успела. Слава действовал быстро, четко и очень спокойно. Поднял револьвер и выстрелил. Знакомый звук раздался в комнате. Наташа застыла и удивленно распахнула глаза. На ее груди появилось и медленно стало расползаться алое пятно. Все произошло так быстро, что никто так до конца и не смог ничего понять. - Наточка, - Глеб подхватил девушку, и подтащив к дивану, уложил на него. Она, все еще не веря в произошедшее попыталась что-то сказать, но у нее вырвался только хрип. - Милая, - Глеб гладил ее волосы, и порывисто целовал губы, - Наташа, Натуля… Ее руки безвольно повисли. Тело обмякло. Глаза закрылись. А он все гладил и гладил ее волосы и что-то шептал. Все с ужасом наблюдали за этой картиной, и только ведущий спокойно улыбался. - Наташа? – Глеб перестал гладить волосы девушки и прижал свою голову к ее груди. Туда, где по его представлению было сердце, - Ната, - он схватил ее за запястье и стал судорожно нащупывать пульс. Затем он отпустил ее руку и некоторое время в оцепенении смотрел на так хорошо знакомое лицо. - Она мертва, - сообщил ведущий так, как обычно сообщают, что чайник вскипел, - я всегда хорошо стрелял. Не стоит волноваться. Она даже боли не почувствовала. Смерть была почти мгновенной. - Мертва, - повторил Глеб, почти шепотом, - Натуля… - он потряс ее за плечо. Ответом была тишина. Он развернулся к остальным. - Это вы ее убили, вы все, - его голос звучал глухо, и казался бесконечно уставшим, - вы тоже все умрете. Все вы. - Глеб… - Соня глотала слезы. Никто не знал, что тут можно сказать, поэтому все молчали. То, что до этого казалось почти ненастоящим вдруг открылось со всей ясностью. Ясностью столь убийственной, что страх перерос во что-то большее. Решение было принять просто. Всего одно слово… Всего одно. Принять последствия своего решения было куда сложнее. Холодящий ужас привел в оцепенение. Стояла тишина. - У нас не было другого выхода, - наконец, пытаясь придать своему голосу скорби, сказала Лида, - ты же знаешь, мы не могли ничего сделать. - Открывайте карту, - распорядился ведущий, делая очередной глоток спиртного из своего стакана. Все посмотрели на белый квадратик, все еще лежащий рядом с мертвой девушкой. Денис потянулся и взял его в руки. Все ждали развязки. Денис перевернул его и показал остальным. На карточке жирным черным маркером было выведено «Ночной убийца». В комнате вновь зависла тишина. Ее прервал Слава. - Ну что же, вы угадали верно, - изрек он торжественно, - правосудие свершилось! 23 - Играем дальше, - возвестил Слава, вытягивая обе руки вперед, - давайте сюда свои карточки. - Я не буду больше играть, - сквозь слезы выдавила Соня, - я не хочу, что бы еще кто-то умер. - О! Я уже понял, что вы исключительно гуманная девушка, Сонечка, - с притворно ласковой улыбкой сказал Слава, - да только никто вас не спрашивает, будите вы играть, или нет. Здесь только мертвые не играют. Да и то, только потому, что они уже отыграли, и теперь свободны… И поверьте, уж поверьте мне, - голос его постепенно становился громче, а лицо жестче, - я легко могу помочь вам выйти из игры, и обрести желанную свободу. Одно нажатие на курок… Это займет всего секунду. Кто желает? Вы желаете? – обратился он к Соне с вежливой улыбкой услужливого слуги. - Соня, - Лида протянула к подруге руку, и легонько пожала ее пальцы, - никому из нас не хочется играть, но все это не имеет значения. Ты же не хочешь умереть прямой сейчас, не использовав всех шансов. Ты, как и мы все, - она выразительно посмотрела на Алексея, - просто обязаны использовать свой шанс. - Вы так верно видите ситуацию, - обратился к Лиде Слава, - что я прямо не могу нарадоваться. А теперь давайте мне карточки. Лида сгребла все карточки, до которых смогла дотянуться, Денис и Рита тоже протянули Славе те карточки, что остались. Слава деловито пересчитал карточки и удовлетворенно кивнул. Затем вытянул из стопки две карточки и отложил их. - Теперь на двух жителей меньше, - прокомментировал он. - Я не хочу умирать, - со смесью страха и подобострастия простонал Серега, не отрывая взгляда от пальцев гостя, тасующих карточки. - А почему нет? – Слава прекратил перемешивать карточки и вновь потянулся к стакану, - скажи мне, почему нет? Что есть такого в этой твоей жизни, за что стоит держаться? Скажи мне, что у тебя есть? Серега глупо захлопал глазами, не зная, что ответить. - Смотреть на тонированные стекла дорогих иномарок, проходя рядом по тротуару, видеть в витринах магазинов то, что никогда не сможешь купить… - взгляд Славы затуманился и стал отрешенным, - много, много красивых дорогих вещей… Знать, что ты ничто, и все видят в тебе лишь ничто, - его ноздри вновь раздулись, а глаза сощурились. Он с силой поставил стакан на счет и снова встал, - а что есть в этой жизни, что еще способно доставить радость? Пить стакан за стаканом, все больше притупляя свои мозги? Набивать свои животы жрачкой? Смотреть фильмы с одними и теми же сюжетами? Хлеба и зрелищ… Ну не убого ли? Или вот еще… женщины? Дело, которое можно полюбить? Любимое дело как и любимый человек…. Большая редкость. Не верю что у тебя есть хоть что-то из этого. Где смысл? Кругом все в сером. Сколько я себя помню, я пытался чего-то достичь… пыжился… тужился… вот это и была моя жизнь. Всего лишь череда бесконечных попыток достичь чего-то. Но видно я не в любимчиках у ваятеля судеб. Мне двадцать пять, - он горько усмехнулся, - а я ничто. Так стоит ли продолжать. Я решил, что не стоит. - А мы ко всему этому какое имеем отношение, - сухо поинтересовалась Лида, проводя указательным пальцем по верху пластикового стаканчика, - кто дал вам право нами распоряжаться? В жизни есть правила, которые нельзя нарушать. А вы уже их все нарушили. Так зачем рассуждать о судьбе, удаче… смысле. Лида поморщилась. Слава прищурившись посмотрел на Лиду, а затем рассмеялся, - ты знаешь, какое правило я извлек из той жизни, что прожил? – он сделал паузу, словно ожидая ее ответа, а не дождавшись его удовлетворенно кивнул и продолжи, - Нет в нашей жизни правил, кроме тех, что мы сами себе придумываем, и нет границ, кроме тех, что мы себе рисуем. Нет прав и обязанностей кроме выдуманных нами. Я проснулся однажды утром и понял, что я свободен. Что мне больше можно не следовать плану. Плевать на общество, на законы и на людей. Все в этом мире прозрачно, иллюзорно и призрачно. Это все игра. Я научился правильно смотреть на этот мир, и границы исчезли. Мы в мире без границ, правил и законов. Мы в моем мире господа! И здесь все правила мои. Но это все так… к слову. Лучше давайте вернемся к вам. Вот вы, вы все… Зачем вы живете? Вы же все бесполезны. Подумать только… - он посмотрел наверх, туда, где в подвесном потолке горели лапочки, а потом перевел взгляд на свои ладони, нахмурился, - подумать только… Кто-то в этом возрасте уже что-то сделал. Как много великих людей живет на земле… Богатых… Популярных… Имеющих власть. Они могут топтать и ломать других, всегда получая то, что хотят. За что другие борются годами они получают в секунду, просто щелкнув пальцем. Это дерьмовая жизнь… Но знаете, если подумать это все тоже не имеет значения. Плевать что многие имею от рождения то, чего мне не добиться столетиями упорных трудов… Дело даже не в этом. Дело в том, - он прищурил глаза и выжидающе посмотрел на своих слушателей, - дело в том, что все наше существование бессмысленно. Когда из моего мира ушли границы, он начал пугать меня. Что я могу? Что вы можете? Что можем мы все? – он схватил стакан и начал мерить шагами комнату. В бессвязности его речи каждый услышал что-то свое. - Очень миленько, - Рита скрестила пальцы и выгнула их. Раздался характерный хруст, - мы в одной компании с полным психом, который в конец запутался в жизни, и решил, что наилучший выход это сдохнуть, прихватив с собой десяток совершенно посторонних людей. Рома посмотрел на Риту с осуждением и покачал головой. Весь его вид говорил о том, что он считает за благо не злить этого самого психа. Слава повернулся к девушке и пару секунд пристально смотрел ей в глаза. Она не отвела взгляда. - Ты совсем не боишься, - задумчиво отметил он. Она пожала плечами, - мало того, что я сегодня целый день пью, так и вся моя жизнь это тоже полное фуфло. А может я думаю, что я сплю. И бояться нечего. И кстати, зачем тебе все мы? Разве не благороднее было бы сводить счеты с жизнью один на один? Слава усмехнулся, - а почему я должен умирать один? Вы, вот вы, - он указал на Рому, потом на Дениса и Глеба, - вы имеете все что хотите. Радуетесь своей жизни… Но вы все равно бесполезны. Вы тут все бесполезны. Забавно было наблюдать, как вы пытаетесь спасти свои задницы, за счет других. Ведь вы все живете только доя себя. Каждому наплевать на других. Так почему бы не забрать вас с собой. - Это не аргумент, конечно, - отметила Лида, поправляя выбившиеся волосы, - ты просто пытаешься найти себе оправдание. Только вот перед кем? Скажи еще, что решил очистить эту землю от бесполезных элементов. Чушь все это. - Я хочу играть, - твердо сказал Слава, проигнорировав последнее замечание, - и поэтому разбирайте карточки, - он бросил их на стол так же, как сделал это в прошлый раз. Серега с опаской посмотрел на карточки, тяжело вздохнул и притянул к себе одну. Потом посмотрел на Риту с Надей, сидящих рядом, и придвинул по карточке им. Денис взял оставшиеся карточки, и небрежно раздал их остальным. На этот раз на лицах ребят не отражалось эмоций, когда они узнавали свои роли. Каждый из них уже понял, что один лишний вздох может убить их. Слава терпеливо ждал, когда закончиться эта процедура. Он облокотился о спинку стула и рассматривал тех, кто остался в комнате. - Забавно, да? – вдруг спросил он. - Да уж, забавно, - съязвил Денис. - У нас ведь как в дешевых триллерах, - как ни в чем не бывало, продолжил свою речь гость, - по закону жанра, первыми умирают второстепенные герои. Рита затаили дыхание и с сочувствием взглянула на Глеба. Он сделал вид, что ничего не слышал, но его кулаки непроизвольно сжались. - Сама судьба так распорядилась, - не прекращал развивать свою мысль гость, - интересно, кто останется в конце… Я бы угадал, да только… Он выпрямился и подойдя к окну, плотнее задвинул занавеску, - когда я выпиваю, меня все время тянет на размышления. Кто я в ваших глазах? Псих? Маньяк? Злодей? Все вместе? - он вновь усмехнулся, - а впрочем, это совсем не важно. Не представляю даже, зачем все это говорю. Может это все те шаблоны… Ведь все маньяки и убийцы обязательно что-то рассказывают своим жертвам. Когда я был маленьким… Или мое детство было таким трудным… Или вся моя жизнь полная фигня… Как у меня, например. Так, скорее всего и должно быть. Если бы я не пил, я бы еще, возможно и молчал. Но кому хочется умирать трезвым? Ну да ладно… хватит уже болтать… Наступает ночь. Город засыпает. Все закрывают глаза. Все нехотя, вновь стали натягивать на глаза черные повязки. 24 Слава снова подошел к двери, и прислонившись к ней некоторое время наблюдал за остальными. Все закрыли глаза. Все молчали. Он посмотрел на револьвер в своей руке, любовно провел кончиками пальцев по дулу, улыбнулся чему-то. - Просыпается убийца, - наконец сказал он, - убийца открывает глаза. Лида разомкнула веки и холодно посмотрела на ведущего. Затем обвела взглядом тех, кто сидел за столом. Она не могла понять до конца, хорошо это или плохо, то что у нее сейчас такая роль. Выбрать кого-то в качестве жертвы, значило лишить жизни. И что бы не случилось с ней дальше, эта ответственность до самого конца будет висеть на ней. С другой стороны, - думала она, - если ты убийца, ты уже не жертва. А значит время есть. И остается контроль. Теперь главное было сыграть свою партию верно. Нельзя было делать ошибок. Разоблачение значило смерть. А умирать не хотелось. В памяти прочно застыла картинка красного пятна, медленно расползающегося у Наташи на груди. Это было, мягко говоря, не совсем приятное воспоминание. Она поежилась, скрестила на груди руки. Еще раз оглядела людей, с которыми в этот вечер свела ее судьба. Кого же из них сейчас было безопаснее всего выбрать жертвой, - размышляла она, стараясь прогнать панику, подкравшуюся медленно и почти незаметно, - за исключением Сони она никого тут не знала, поэтому обоснованный выбор был сейчас практически невозможен. Может быть бросить жребий… - от этой мысли она усмехнулась. - Что-то наш убийца долго думает, - проанализировал ситуацию Слава. Лида бросила на него уничижающий взгляд и закрыла глаза. Она в который раз перебирала в уме лица. А собственно какая разница? Она открыла глаза и показала на Рому. Что-то в нем было, что ее раздражало. - О-кей! – Слава понимающе покачал головой, - убийца сделал свой выбор. Убийца закрывает глаза. Просыпается врач. Повязку стянула Соня. От слез ее глаза покраснели и немного опухли. Тушь размазалась по щекам, оставив грязные разводы. Она больше не была солнечной жизнерадостной девочкой, с наивной улыбкой и открытым взглядом. Метнув настороженный взгляд по сторонам, она закусила губу и вздохнула, посмотрела на Рому, потом на Лешу. Как же сильно она любила их. Их обоих. И как сильно боялась за них. Естественно, первое о чем она подумала, это спасти себя. Но это был секундный порыв. Она тут же отмела эту мысль, посчитав, что она не должна так поступать. Рома. Леша. Кого же их двух своих близких людей она должна спасти? Не спасти, могло означать убить. Кого из них двоих, она смогла бы лишить жизни, если бы пришлось выбирать? От такой мысли ей стало еще хуже. Как же случилось так, что она оказалась перед таким выбором? Снова захотелось плакать. Брат или любимый? Любимый или брат? Сердце разрывалось от эмоций, обуревавших ее. Любовь… страх… жалость. Она не хотела выбирать. Это было не честно. Она вновь посмотрела на Рому. Его золотистые волосы немного вились, а губы, которые она так часто целовала, были полуоткрыты. Совсем недавно она видела эти губы трусливо поджатыми. Против ее воли, взгляд переместился на Наташу, когда-то живую, и очень милую… Сегодня она узнала своего любимого с новой стороны. Как же случилось так, что он оказался трусом? Но она все равно любила его. Она не смогла бы без него жить. Ему никак нельзя было умереть. - Мда… - нарушил ее раздумья ведущий, - врач тоже никак не может сделать выбор. Понимаю… Сложно… Неверное решение может стоить кому-то жизни. Но мы же не можем ждать да бесконечности. Соня с ненавистью взглянула на Славу. Потом перевела взгляд на Леху. Какой благородный лоб… высоко поднятая голова… Брат! Это ее брат! Она всегда любила его. Вспомнились поездки за город. Как весело было… Он часто катал ее на велосипеде, когда они были совсем маленькими. А как храбро всегда защищал. Как много воспоминаний. Везде он. Всегда он. Поддержка и опора. Ни одной обиды. Ни одного отказа. Ничего плохого. Брат олицетворялся у нее только с хорошим и правильным, со всем хорошим и правильным, что она знала о жизни. Но он так же был для нее любовью и заботой. Самый близкий. Самый родной. Никогда не предаст и никогда не бросит. Брат. Одна кровь. Что-то настолько глубокое и нерушимое, что живет годами несмотря ни на что. Что может быть прочнее? Что может быть дороже. Она с гордостью подумала о том, что у нее самый лучший на земле брат. Она не может позволить ему умереть. И никогда бы она себе не простила, если бы позволила этому случиться. Леха… Захотелось кричать… Прекратить все это. Ну хоть как-то прекратить. Она снова перевела взгляд на Рому. От любви к этому человеку сердце щемило по другому. Как хорошо с ним всегда было… Он ведь тоже ее любил. Любил и всегда выполнял даже самые дурацкие ее желания. С ним она хотела провести всю свою жизнь. С ним хотела разделить судьбу. С ним хотела растить детей. Сколько раз воображение рисовало ей самые разные картинки из самой простой, самой обычной жизни. Семейные завтраки… с горячим кофе и утренней газетой. Возвращение в свой дом с осознанием того, что скоро сюда придет тот, о ком нужно позаботиться. Прогулки по лесным тропинкам, или по городским бульварам. Все равно где, главное что бы рука в руке. Объятия, что дают спокойствие и тихую радость до слез. Тот, кого никак нельзя потерять. Тот, о ком хочется заботиться всегда. Тот единственный. Его глаза, его губы, его руки. Все в нем было таким родным и любимым. Как все случилось сейчас вот так? Она до боли стиснула пальцы. Из глаз тонкими ручейками катились слезинки. Она не могла сделать выбор. - Либо ты сейчас же выбираешь того, кого лечишь, - словно прочитав ее мысли, равнодушным тоном предупредил ведущий, - либо ты не лечишь никого. Соня подняла на него глаза. – За что? Ну за что? – вопрошал ее взгляд. - Выбирай, - жестко распорядился ведущий. Рома, Леша, Леша, Рома, мысли и имена кружили в голове и путались… путались. Нечаянно ее взгляд вновь упал на Наташу, и снова вспомнились трусливые оправдания, и виноватый взгляд… словно провинившийся пес. Не раздумывая более не секунды, Соня указала на брата. - Очень хорошо, - Слава улыбнулся, с видом человека, знающего что-то особенное, - врач сделал свой выбор и уснул. Просыпается коп. На этот раз проснулся Денис. Он внимательно всех оглядел. Было ясно, что если не случится, чего-либо непредвиденного, то все они на самом деле умрут. Он умел трезво смотреть на этот мир, и прекрасно понимал, что единственный способ остаться в живых, это остаться последним… А для этого… Для этого нужно было выиграть. Он никогда не умел хорошо читать по лицам. Но считал, что довольно неплохо разбирается в людях. И уж тем более, он всегда умел определить серьезного соперника. Он не знал ровным счетом ничего, что помогло бы ему определить убийцу. Когда не известна даже жертва, полагаться можно исключительно только на интуицию. Лида сразу вызвала в нем серьезные опасения. Она была умна, собрана и явно умела трезво мыслить. Она была серьезным соперником. Он почувствовал это. В ней была сила. Но был еще и Глеб… Глеб тоже был далеко не глуп, и при желании мог вырвать победу. Глеб был ранен, но не убит. И он мог быть очень опасен сейчас. Остальные были либо недостаточно сообразительны, либо не собирались так рьяно сражаться. Денис внимательно стал смотреть на Лиду. Сама невозмутимость. Спокойная… Будто бы отдыхает. Глеб производил совсем другое впечатление… Кулаки сжаты. Губы плотно стиснуты. Напряжение… Ненависть… Но ведь карта с надписью «убийца» могла выпасть кому угодно. А значит… Все это не аргументы. Взгляд внимательно осмотрел всех остальных. Решение не пришло. Денис скорчил недовольную гримасу, и откинув голову назад задумался. Какой у него может быть выбор? Ткнуть наугад… Он указал на Глеба. - Коп сделал выбор, - прокомментировал Слава, - теперь он закрывает глаза. В городе снова все спят. К слову скажу, не все у нас тут Холмсы… А теперь… - он отпил еще алкоголя из стакана, - теперь просыпается шлюха. Никто даже не пошевелился. Все остались сидеть с закрытыми глазами. - Я говорю, шлюха просыпается, - повторил Слава нараспев, - кто у нас тут шлюха? Надя чуть вздрогнула, кое-как стащила черную материю, и посмотрела на ведущего. - Хо, хо! – сальная ухмылка придала лицу Славы еще более жесткое выражение, - ну что ж… Делай свой выбор. Надя не стала долго думать. Она указала на Дениса и закрыла глаза. - Следовало ожидать, - заметил Слава, - весь город снова спит. Он замолчал и задумался. Все ждали развязки. С каждым словом ведущего, с каждым человеком, что делал выбор, страх нарастал. Страшно было умирать, вот так, с закрытыми глазами. В кромешной темноте. Без всякого шанса что-либо предпринять. Смерть или жизнь зависела от чьего то выбора. И в тот самый момент, когда шлюха сделала свой, страх достиг предела. Для любого, все могло закончиться прямо сейчас. Ведущий, как будто специально затягивал развязку. Словно наслаждался ужасом, царившем в каждом из замерших сердец. Темнота стала тюрьмой, бесконечным коридором, из которого могло не быть выхода. Из темноты нельзя было выйти, ее можно было только пережить. Эти мгновения, эти последние мгновения, перед снятием повязки, либо отправлением в ничто растянулись в века. Серега чувствовал, как у него на лбу стали выступать маленькие капельки пота. Больше невозможно было терпеть. У Дениса пересохло во рту. Тело не чувствовалось. Роме казалось, что стук его сердца настолько громкий, что его слышат все. Рита ощущала легкую нервозность… Она даже не столько боялась, сколько желала, что бы исход наступил побыстрее. Глеб пытался найти спасение от паники в том горе, что поразило его. Тишина стала союзницей темноты. Она окружала, словно вода утопающего. Хотелось кричать. Слава прищурил глаза и улыбнулся. Он ощущал, что за атмосфера была в комнате. Он чувствовал общий страх. Он питался им. Наконец, насладившись, он поднял револьвер и прицелился Роме в лоб. Нажал на курок, с выражением бесконечного удовлетворения на лице. Голова Ромы дернулась. Пальцы рук, покоящихся на столе, сжались в конвульсии… Он закончил эту игру. 25 - Вот и все, - голос Славы заполнил удушающую тишину, - теперь мы можем подвести итоги. Город просыпается. Просыпаются все, кроме… а впрочем сами увидите. Коп не угадал, молчит Денис, поскольку на него положила глаз дама легкого поведения. Ну а врач, как вы понимаете, промахнулся. Хотя, что поразительно, он выбрав в этот раз не себя. Послышались вздохи облегчения от тех, для кого на этот раз все закончилось хорошо. Соня первой распахнула глаза, и сразу же посмотрела на Рому. Крик ужаса и боли пронзил тишину. Все обратили свои взгляды на Соню. Она вскочила со своего стула, и стояла теперь пошатываясь. Она не отрываясь смотрела на мертвого молодого человека, и повторяла тихо, тихо одно единственное слово, - нет, нет, нет… Леха быстро оценил ситуацию, и кинувшись к сестре обнял ее за плечи. Все остальные продолжали сидеть в оцепенении. Соня попыталась вырваться, но крепкие мужские руки не дали ей этого сделать. Леша подтянул сестру к себе, и повернул ее так, что бы жуткая картина была ей не видна. Соня перестала вырываться, прижалась к брату, и начала рыдать. Никто, из наблюдавших эту картину не проронил не слова. В этот раз вновь не было слов. Внезапно Соня подняла голову и посмотрев брату в глаза, произнесла, - это я его убила. - Что? – Леша наморщил лоб, - что за бред? - Это я виновата… - повторила Соня, - я во всем виновата. Ее лицо искривилось в жуткой, полубезумной гримасе. Она вся дрожала, а слезы не переставая струились из ее глаз. - Это я, я, я… - повторяла она, как заведенная. - Это ты его убила? - недоверчиво спросил Серега. Она не обратила на вопрос внимания, а продолжала таращиться на брата таким же безумным взглядом. - Что ты говоришь, милая? – Леха с силой ее встряхнул. Но она снова не отреагировала, продолжая бормотать одно и то же. Леша нахмурился еще больше, а затем немного отстранился, замахнулся и ударил ее по лицу наотмашь. Она отшатнулась, и ошарашено на него посмотрела, расширившимися от удивления глазами. - Успокойся, Соня, - властно произнес Леха, - что за бред ты несешь? - Ты убийца? – изумленно поинтересовалась Лида. Соня повернулась в ее сторону и отрицательно покачала головой. - Тогда почему ты говоришь… что ты… - Лида, решившая продолжить допрос замялась, и понизив голос продолжила, - ты его убила? - Я выбрала тебя, - почти прошептала Соня, обращаясь к брату, - я выбрала тебя, а не его. - Милая… - Леша прижал сестру к груди, и начал нежно гладить ее волосы, - ну же солнышко… Ты ни в чем не виновата. Он замолчал, понимая, что слова тут бессмысленны. Да и не нужно было слов. Каждый думал о своем. Каждый думал о себе. На общем фоне происходящего слезы и крики уже не так трогали. Был ли смысл переживать за другого, когда ты сам мог оказаться следующим? Игра еще не закончилась. Соня все плакала и плакала, всхлипывала, давилась слезами, что-то бормотала неразборчиво и скулила как побитый пес. Остальные ждали продолжения. - Что тут можно сказать, - вмешался Слава, - все это, очень печально, конечно… но давайте все же продолжим игру. У нас еще имеется девушка легкого поведения, и ее избранник. Денис с подозрением посмотрел на Славу, и презрительно отвел глаза. - А кто у нас шлюха? – спросил Серега. - Я! – Надя подняла голову и улыбнулась немного странно. Взоры большинства собравшихся тут же обратились к ней. Денис поморщился, словно от пощечины, и сложил руки на груди. Рита начала смеяться. Серега тоже улыбнулся. - И что же тут смешного? – поинтересовался Слава, пристально глядя на Серегу, - я еще могу понять девушку Риту, - он сделал небольшую паузу, улыбнулся, - по некоторым причинам… Но вас то молодой человек, что так насмешило? Серега замялся, посмотрел на сидящую рядом Надю, - ну… Наверное, потому что Денис у нас нарасхват. - А ты, видимо, завидуешь… - Слава посмотрел на Серегу, словно тот был букашкой у его ног, - у тебя проблемы с девчонками? Не очень то они, наверное, любят твои шутки. - Я… - Серега немного покраснел, и видно было, что он совершенно не знает, что ответить. - Это все не важно, мы и так уже знаем, что все вы тут… хотя нет… - Слава снова взглянул на потолок, - все мы тут, совершенно бесполезные люди. - Я, например, не считаю себя бесполезным человеком, - холодно возразила Лида, - легко рассуждать об этом, и навязывать свое мнение, когда у тебя есть пистолет в руках. - Что б тебе веками гореть в аду? – внезапно выкрикнула Соня, оторвавшись от Лехиного плеча. - Если ад есть, то он непременно там будет, - сухо произнесла Рита, - невеселый у нас спектакль получается. Да по-другому ведь и не могло быть… Не знаю, как сможет жить тот, кто останется. - А не останется никого, - Глеб с горечью посмотрел на Риту, - это же игра. Почему мы можем верить, что кого-то он пожалеет? Ведь мы же все бесполезные люди. Все эти обещания похожи просто на шанс, за который мы все цепляемся. - Я играю честно! – с апломбом возразил Слава, - иначе игра теряет всякий интерес. Один останется живым. А вы садитесь, садитесь, - обратился ведущий к Лехе с Соней, - в ногах правды нет… Леха бросил на гостя суровый взгляд, и бережно повел сестру к ближайшему диванчику. Она безропотно следовала за ним. - Но, собственно, мы в который раз отвлеклись… Надя… вперед. Это твой выбор, или… - Слава с пониманием посмотрел на девушку, - или лучше сказать, что это твой шанс. Денис снова поморщился. Слава уловил выражение его лица и нахмурился. Надя смутилась и опустила глаза, - я не знаю… он… он, мне кажется, против. Рита снова засмеялась, надрывно и как-то фальшиво, потом ее смех резко прервался и она серьезно посмотрела на Надю, - а для тебя это важно? - Ты же всю жизнь его любила, - печально произнес Слава, неотрывно глядя на Дениса, - сколько лет ты уже не спишь по ночам, думая о нем? Сколько раз с завистью смотрела на девушек, которых он целовал? Так почему бы сейчас тебе не оказаться на их месте? Денис был невозмутим. Все, что говорил гость совершенно на него не действовало. - Ведь все эти девушки, по сути, ширпотреб, - продолжил Слава, и указал на Ирку, - просто глупые куклы… Посмотрите, чего она стоит? Он считает себя мужчиной высшего класса… А была ли у него хоть раз нормальная девушка? Не такая вот… - Была! – прервала его Рита, - одна то уж точно была. Но откуда, собственно, такие подробности? Ты что следил за нами? Слава усмехнулся, - тот, кто хорошо слушает, может услышать много интересного. Тем более, что вы, девушки, любите шептаться рядом с кустами… А все же… Надя, Надя… Ведь ты же не такая как они. Ведь ты же чуткая натура… настоящая. Верно я говорю? Ведь ты тоже, а может быть, ты в первую очередь, имеешь право на любовь. Жизнь чертовски несправедливая штука. Верно я говорю? Надя сидела не поднимая головы и молчала. - Он, наверное, просто дурак! – развивал свою мысль Слава, - настоящая любовь большая редкость. Она гораздо дороже десятка разряженных девиц с куриными мозгами. Разве нет? Так давай же, надежда! Вот он, тот кого ты так любишь. Вот он! Ты можешь делать с ним все, что угодно. Разве не об этом ты мечтала. - За это можно и умереть, - сухо прокомментировала Лида. - Это совсем не то, - возразила Рита с сочувствием глядя на поникшую девушку. - Совсем не то, - шепотом повторила Надя, - это не любовь. - Да ладно! – отмахнулся Слава, - по крайней мере ты получишь то, что он может дать. Или, неужели, - он вопросительно посмотрел на Риту, - ты думаешь, он умеет любить? - Действительно, - согласно кивнула Рита, - все, на что он способен, я думаю, ты можешь получить и тем путем, который у тебя есть. - Да что за бред, - не выдержал Серега, - сколько можно его обсуждать! Он же убийца, - дрожащая рука Сереги указывала на Славу, - он же всех нас убивает! О чем с ним говорить? – панический страх отражался в каждой черточке его лица, в каждой ноте его излишне высокого голоса. Страх мешал думать. Страх вгонял в отчаяние. Страх был всем. - Ну с вами мы уже пообщались, - осадил его Слава. – Но давайте уже начнем. Или при людях вы стесняетесь? – он ободряюще улыбнулся Наде. - А почему нет? – Надя подняла голову, слезинки искрились в уголках глаз, - почему нет? – ее голос дрожал. - Скажи, - она смотрела Денису в глаза, - ты смог бы полюбить меня? Почему нет? Денис уже в который раз поморщился и устало посмотрел на Надю. По его лицу было видно, что вся сложившаяся ситуация для него полный абсурд. - Да! Я люблю! – продолжала она, - и возможно мне всегда хотелось это сказать. И неужели любовь ничего не стоит? Вся та любовь, что живет во мне! Неужели все это напрасно, и просто пустота? Я могла бы отдать все, за один только… - она вся сжалась и как-то жалобно улыбнулась. - Он не стоит того, - тихо произнесла Рита, - поверь мне, он не стоит того. - Не важно! – с жаром возразила Надя, - все это не важно, если любишь! Но мне всегда было больно, от того что вся моя любовь не нужна… Денис демонстративно отвернулся, показывая, что не желает участвовать в пьяных бабских истериках. - Неужели любовь ничего не стоит? – в исступлении не отступала Надя. - Ну почему же, - Рита криво улыбнулась, - напротив, любовь очень дорогая вещь. - Только платит за нее тот, кто умеет любить, - задумчиво изрек ведущий, - тот кто не умеет любить, не платит ничего. - Но, - возразила Рита, - как правило, тот, кто что-то платит, тот и получает что-то. - Вы не могли бы все это прекратить! – внезапно попросил Леха, и еще крепче прижал к себе сестру. Сейчас для него существовала только Соня. Он лишь краем уха слышал разговор. Но и то, что он слышал казалось ему оскорбительным, для горя его сестры. Его сердце не понимало, как они все могли… - Не думаю, - ведущий отрицательно покачал головой, - тот, кому есть что сказать, должен говорить. Это может быть последний шанс. А на счет платы… вы же сами понимаете, справедливости нет. Не было. И не будет. И что самое… - он замялся, потом неестественно улыбнулся и продолжил, - что самое интересное, ее даже не может быть. - Сегодня все заплатят, - зловеще предрек Глеб. - Да уж, это точно, - согласилась Рита, - сегодня каждый заплатит свою цену, за то, что он сделал, или не сделал когда-нибудь. За все надо платить. Быть может, это и есть наша цена. - Это все бред, - взвизгнул Серега, - вы все говорите бред! Зачем вы говорите обо всем этом? - Я бы на твоем месте молчала, - серьезно проговорила Лида. У нее по спине тоже пробегал холодок от каждой новой фразы. И этот странный, неправильный, совершенно лишний разговор, не должен был быть. Но незнакомец диктовал правила. И опасно было их не принимать. Чем дольше он говорил, тем меньше времени было до рассвета. А значит шансы росли… - Да мне насрать! – выкрикнул Серега, - вы все больные! - Возможно и так, - согласно кивнул Слава, - но сейчас это не имеет никакого значения, - он вновь обратился к Наде, - ты можешь сегодня взять то, что не могла раньше получить. Сколько бы ты заплатила за это? Надя посмотрела на мучителя глазами загнанного в ловушку зверька, а потом тихо, тихо, прошептала, - это не то. - Ну что ж… Не буду спорить, - Слава пожал плечами, - в любом случае ты должна сделать то, что должна сделать. У тебя нет выбора. - Поверь мне, - снова подал голос Глеб, - тебе придется это сделать, даже если ты и не хочешь. - Очень ценно замечание, - кивнул ведущий, - но думаю она не против. Надя поднялась со своего места и медленно направилась к Денису. Заметив ее действия, он выставил руки вперед, и замотал головой, уже собираясь что-то сказать. Но вмешался ведущий. - Хоть одно слово, хоть одно лишнее движение, препятствующее ходу игры, и я обещаю тебе, на все сто процентов, у тебя больше никогда не будет ни проблем, ни неудобств с женщинами, потому что ты будешь совершенно мертв! Голос Славы звучал так жестко, и властно, что Денис опустил руки. Надя в нерешительности оглянулась на остальных, а затем вновь направилась к своему избраннику. Она подошла к нему совсем близко, и некоторое время просто молча рассматривала его лицо. - Ты такой красивый, - наконец вырвалось у нее. Денис бросил злобный взгляд на Славу, но тот лишь мило улыбнулся. Надя осторожно присела рядом с Денисом, и аккуратно, словно чего-то опасаясь взяла его руку. Денис осуждающе посмотрел на девушку, и отвернулся в другую сторону. - Да у него даже не встанет! – с нервным смешком вырвалось у Сереги. - Должно! – отрезал ведущий, - для его же блага. На некоторое время опять воцарилась тишина. Надя просто сидела и поглаживала пальцы того. Кого так долго любила. Денис, уже, кажется, смирился. И теперь, лишь исподлобья, с каким то странным выражением в глазах посматривал на Риту. Та лишь печально улыбалась. Остальные делали вид, что ничего не замечают, понимая, что действия, либо слова, не имеют смысла. Наконец Надя решилась, и начала расстегивать пуговицы у Дениса на рубашке. Она действовала неловко, и было видно, что она страшно стесняется. Он же не проявлял своих эмоций никаким образом. Он сидел словно кукла, молча и неподвижно. Она закончила расстегивать пуговицы и бережно раскрыв рубашку, провела кончиками пальцев по его груди. Затем, с необычайной решимостью расстегнула брюки. - Ну разве я не достойна любви? – чуть ли не со злобой выкрикнула она, и резким движением спустила с него все, что оставалось. - О да! – ехидно улыбаясь, согласился с ней Слава, - ты бесспорно достойна. Рита опустила глаза, Серега поморщился. Глеб смотрел сквозь Надю. Леха еще сильнее прижал к себе сестру, которую все еще сотрясали рыдания, теперь уже затихающие. Лида с чопорным выражением лица рассматривала содержание своего стакана. - Помоги ей, - потребовал Слава у Дениса, - игра должна идти своим чередом. Сейчас не время для капризов. Каждый делает то, что должен делать. Только так у него имеется шанс дойти до конца. Денис еще раз с ненавистью взглянул на Славу, и повернулся к девушке. Некоторое время они просто смотрели друг на друга. Затем он закрыл глаза и прикоснулся к ее груди. Надя чуть слышно ахнула. Из ее глаз одна за другой стали выкатываться слезинки. 26 Через некоторое время все было кончено, оставив на память лишь боль и стыд. Надя покачивалась на стуле. Из ее глаз текли слезы. Денис сидел с застывшим взглядом. Рита потирала виски. Вы ненавидите меня… - задумчиво произнес Слава, - а я, точно так же ненавижу вас. Очень грустно… - он замолчал. Закрыл глаза. С силой потер лоб. На его лице появилось совершенно новое выражение. Это была скорбь. Скорбь… и еще усталость, - очень грустно, что это нормально. В нашем мире совершенно нормально друг друга ненавидеть. У всех людей это есть… На самом деле я очень устал… так устал от этого всего. Устал очень, очень давно. Вот вы! У каждого из вас, наверняка был такой момент, когда вокруг так сумрачно и сложно, что хочется все бросить. Просто уйти, бросив все. И станет так легко и просто, - он мечтательно улыбнулся, и его лицо стало прекрасным. Казалось, что он ангел, спустившийся, судить, - взять и разрубить этот клубок из проблем! И появляется одна мысль… одна мысль всегда… одна и та же… выход – это просто взять и умереть. Я думал об этом много раз. Очень, очень много раз. Осознание того, что ты скоро умрешь, дает ощущение свободы. Ты можешь почти все, потому что уже нечего терять. Законы общества рассчитаны на тех, кто не собирается умирать. Смешно… ведь правда смешно? – он теребил пальцами свои волосы, хватал их и тянул. Он морщился, будто бы у него что-то болит, и часто закусывал губу, - хватит! Хватит всего этого. Я слишком сильно устал, - он замолчал, пытаясь сделать более оформленной свою мысль. Он пропадал в лабиринте своих размышлений, и поэтому ему приходилось часто замолкать, в поисках нужного слова, либо для построения фразы. Его речь начинала терять связанность и смысл. В некоторые моменты он был похож на ребенка, готового разреветься, - однажды приходит момент, и ты понимаешь, что пришло время. Самое время, что бы умереть. И можно сделать все. Я ведь все могу сделать! Перед смертью это можно… О господи! Как же я ненавижу всех вас… Некоторое время он молчал, и смотрел в одну точку, напротив себя. Это длилось довольно долго. Но никто не попытался вывести его из ступора. Наконец он пару раз моргнул. Улыбнулся уже знакомой улыбкой. - Я снова отвлекся. И теперь уже настала пора определить, кто злодей! – его голос звучал бодро и радостно, он словно набрался новых сил, - есть предложения? Никто не издал не звука. - Значит предложений нет, - сделал вывод ведущий, и уныло опустил уголки губ, - ой, ой, ой… это… не очень то хорошо. - Разве еще не хватит? – проговорил Леха, - а может, тебе и правда лучше всех нас просто убить? - Я играю, - возразил Серега. - Мы знаем, кто шлюха, - задумчиво начала Лида, бросив на Дениса настороженный взгляд, - знаем кто врач, - продолжила она не совсем уверенно, наблюдая за дрожащими плечами Сони, - таким образом… - она сделала паузу и внимательно посмотрела на Риту, словно в поисках поддержки. И не найдя ее закончила сама - таким образом, если не Надя ни Соня не лгут… то осталось выяснить кто коп, и кто… и кто убийца. - Кто коп? – поддержал девушку Серега. Все промолчали. - Ладно… - Серега поджал губы, - я просто житель. А ты? – он вопросительно взглянул на Лиду. - И я, - уверенно солгала Лида. Спокойствие, и ни тени сомнения. Она знала, как это было важно. Эмоции сейчас могли оказаться смертельными. - А ты, - продолжил допрос Серега, - обращаясь к Рите. - Представь себе, и я тоже, - ответила девушка сохраняя на лице отсутствующее выражение. - А ты? – он посмотрел на Глеба. - Это не имеет большого значения, - с холодным равнодушием изрек Глеб, - мы все равно все умрем. - Возможно, возможно, - невозмутимо согласилась Лида, - но все же… - Я тоже всего лишь пешка в этой игре, такая же как и вы, - немного агрессивно сказал Глеб, - тоже житель. - Ты? – не останавливался Серега. Леха не обратил особого внимания на вопрос. - Кто ты? – переспросил Серега. Леха посмотрел на него, как на полного дурака, - как и все. Житель. - Такс… - Серега глубокомысленно оглядел всю компанию, - и что… - Понятно, что убийца не признается, - перебила его Лида, - но копу то что скрывать? Она замолчала, задумалась, понимая, что роль жителя для нее сейчас будет безопаснее всего, потому что тот, кем она могла бы назваться, может ее разоблачить. Важнее всего сейчас было то, что коп не угадал. И безопаснее всего, конечно, было бы убить копа следующим, если ее, конечно, не разоблачат. Но это, думала она, было мало вероятно. Или лучше было подождать… Лида осознавала, что дойти до конца, можно было только просчитав много ходов вперед. Она оглядела оставшихся, и в раздумье закусила нижнюю губу. - Значит коп – Денис, - пробормотала Надя, - потирая колено, - он просто не может сказать, кто он. - Ммм… - Серега покачал головой, - конечно! Так и есть. И значит кто у нас остается? Глеб, вы девочки, - он поочередно посмотрел на Риту с Лидой, и Леха… - И ты, - усмехнувшись, добавила Рита. - Я, - словно эхо повторил Серега. - Ага, - подтвердила Рита, с почти ласковой улыбкой, - это при том условии, если Соня не отличная актриса, а Надя… хотя другой девушки легкого поведения обнаружить не удалось. Ваше мнение: Украинская Баннерная Сеть |
{v_xap_link1} {v_xap_link2}
{v_xap_link3} {v_xap_link4} |
Женя - Игра. Часть 3
|
Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Ответственность за содержание произведений несут их авторы. При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.libra.kiev.ua/ обязательна. ©2003-2007 LineCore |
Администратор |