Libra - сайт литературного творчества молодёжи Libra - сайт литературного творчества молодёжи
сайт быстро дешево
Libra - сайт литературного творчества молодёжи
Поиск:           
  Либра     Новинки     Поэзия     Проза     Авторы     Для авторов     Конкурс     Форум  
Libra - сайт литературного творчества молодёжи
 teoddor - Андруша и день жестянщика 
   
Жанр: Проза: Рассказ
Статистика произведенияВсе произведения данного автораВсе рецензии на произведения автораВерсия для печати

Прочтений: 0   Посещений: 167
Дата публикации: 22.12.2017



Рано утром, проснувшись, Андруша выглянул на улицу и увидел снег. Снег радостно летел куда попало, но при этом успел уже бессовестно покрыть Андрушину любимую машину слоем толщиною пальца в два-три. И, судя по всему, не собирался на этом останавливаться. Андруша задумчиво почесал себя там, где не чешется и на какую-то долю секунду впустил в себя малодушную мысль про "а ни поехать ли мне сегодня на общественном транспорте?". Но поскольку Андруша недавно установил себе в авто газ, для более экономического прокорма своего личного средства передвижения, то это само по себе подразумевало для него перемещение теперь на личном транспорте исключительно везде, за исключением разве что сортира. И то, в данном случае имелся в виду именно собственный, личный сортир, а не какой-нибудь соседский или, не дай Б-г, общественного пользования.

Идея выйти сегодня немного пораньше, чтоб как следует прогреться, а заодно почиститься от снега, или в крайнем случае выколупать парочку амбразур для лучшего обзора окружающей обстановки, как всегда с треском провалилась, и Андруше снова пришлось, судорожно морщась от холода и снега, быстро-быстро возить по заснеженной крыше ярко-оранжевой щёткой на холодной железной палке, чутко прислушиваясь при этом к доносящемуся из сугроба тарахтению мотора, потому что ручной подсос, потому что лишние обороты, потому что бензин, потому что дорого, потому что жаба. Наконец-то машина более-менее пришла в ту кондицию, при которой можно было уже изнутри с трудом различать то, что снаружи, и Андруша, гордо взгромоздясь на своё водительское сидение, и тщательно разложив внутри салона свои пасочки, типа телефонов, планшета и прочих блутуз-колонок для очень срочной и громкой телефонной связи, важно опустил сцепление, нажал на педаль газа и собственно говоря поехал.

Ехалось в этот день так себе. Эти безмозглые водители (а в их число входили все водители и водительницы вокруг, за исключением, естественно, самого Андруши), бездумно и беззаботно катили вокруг Андруши на своих убогих корытах, абсолютно не вникая в дорожную обстановку. Эти сволочи постоянно пытались объехать Андрушу и слева и справа, внезапно вскочить перед ним в полуметровую щель, которая секунду назад образовалась между шикарным Андрушиным лимузином и тем, припорошенным снегом несчастным ведром спереди, а некоторые и вовсе норовили чиркнуть по свежевваренному андрушиному левому крылу, быстро двигаясь мимо него по встречной.

Когда Андруша наконец-то свернул на Преображенскую и слегка притормозил перед пешеходным переходом - то ему сперва показалось, что он случайно перепутал педали. Его гордый сухопутный корабль, словно поймав наконец-то удачную волну, резко ускорился и очень бодро и стремительно полетел вперёд. Андруша громко выругался своим стандартным внутримашинным ругательством, не обращаясь в данном случае ни к кому конкретно и срочно стал экспериментировать с разными вариантами торможения. В принципе, самая первая его идея более или менее сработала, и Андруша теперь уже более отважно понёсся навстречу своим приключениям, под которыми сегодня подразумевалось старательное сидение на работе до самого вечера с запланированным вкраплением в него поездки в обеденное время по очень важным делам в налоговую, чтоб дать им там немного своих бумажек и понарисовывать им цифр в одной из собственных, а уже потом, если всё будет хорошо, получить от них кусочек от тех денег, которые Андруша каждые полгода отдавал медицинскому институту (тому, про который теперь с придыханием говорят "университет"), за то, что он, институт который университет, давал андрушиному сыну возможность погрызть их гранит науки, или что там сейчас у них грызут.

И вот когда внезапно пришло время обеда, что подразумевало под собой ту самую поездку в налоговую, погодные условия, как в принципе и планировалось, изменились, как им и положено, от плохого к худшему. Сверху безбожно валило, внизу по-всякому лежало и топорщилось, а все безбашенно ехали куда попало, потому что им всем надо было куда-то ехать. И Андруша поехал тоже, потому что он был настоящим героем, в смысле всегда героически преодолевал то, что надо было героически преодолевать, а также и то, что преодолевать, а уж тем более героически было совсем не обязательно.

Андруша старался ехать неспешно и прямо, потому что что направо, что налево всякое видно было не очень, снег бессовестно сыпал на все стёкла и на зеркала, что несомненно добавляло поездке элементов интриги и бодрящих неожиданностей. Правда, ещё много лет назад, Андруша внезапно очень удачно исхитрился, и то ли сам придумал, то ли подсмотрел в этих ваших интернетах но прикупил и наклеил вспомогательные круглые зеркальца не снаружи а внутри автомобиля. И по непостижимым на первый взгляд причинам в эти маленькие зеркала было видно всегда и всё, абсолютно независимо от слоя снега на боковых стёклах, но осадочек, как говорится, всё равно постоянно присутствовал.

Итак, машинка неспешно ехала, грязно-белые гОвна из-под колёс бодро летели во все стороны, разметка на дороге уже даже и не угадывалась, но всем вокруг всё было абсолютно пофиг. Андруша лихо подтормаживал и подруливал при заносах, гордо чувствуя себя лихим ковбоем на родео. Правда на проспекте Мира какое-то неведомое падло на неприлично высоком и белом внедорожнике марки "Инфинити" стремительно пронеслось слева от Андруши, не забыв при этом буквально за долю секунды полностью залепить Андрушино лобовое стекло целой тонной светло-коричневой жижи. Андруша громко выругался своим стандартным внутримашинный ругательством, обратив его в данном случае водителю "Инфинити" и просто увеличил скорость махания дворников. И в данной случае дворники ему помогли, а ругательство не очень.

Через три перекрестка, два из которых были с очень круговым движением, а также семи идиотов и трёх идиоток, четырёх с половиной стандартных андрюшинных внутримашинных ругательств, обращённых в этот раз конкретно к перечисленным выше особям, а точнее к их самым ближайшим родственникам, Андруша наконец-то аккуратно втиснулся в шестиметровую дырку между двумя сугробистыми машинками прямо напротив налоговой, неприлично далеко выставив в проезжую зону внушительную часть своей ярко-синей, наполовину заснеженной задницы. Как всегда, выскочил озабоченно из машины, оббежал вокруг, слегка попричитал, снова завёлся, поёрзал туда-сюда по рыхлой каше, пытаясь притереться к бордюру поближе, но потом вспомнил, что нужно спешить и решил оставить всё как оно есть.

В налоговой было немноголюдно. Видимо в этот раз все были или уже, или ещё не, но Андруша увиденным остался вполне доволен. С ходу придолбался к какому-то, приятному на вид, ужесвоюдекларациюзаполняющему, с вопросом, где, дескать, сейчас этот самый налоговый инспектор. Приятный на вид отчего-то смутился, и сказал, что типа он тут не при делах, сам вот пострадавший.

А дело всё в том, что Андруша сдавал эти самые декларации далеко уже не первый год, и два последних раза ему в заполнении помогала молоденькая налоговая инспекторша, у которой вот тут и тут всё было весьма неплохо. И пока Андруша тихонько любовался вот этим и этим, которое не плохо, инспекторша старательно надиктовывала ему необходимые цыфирки и весь процесс заполнения документов продвигался очень бодренько. К тому же Андруша давно заметил, что, то ли по вине специального налогового освещения, то ли от того, что в воздух тут чего-то подмешивали - во всех этих бланках ни цифер, ни буков Андрушенным глазам толком видно не было.

И Андруша поговорил через телефон с этой самой инспекторшей (с той самой или другой, никто так этого не узнал, и не узнает, так как инспекторша упрямо сидела на том конце провода и появляться на ясные андрушины глазки категорически отказывалась). Пришлось Андруше самому щурится и проявлять экстрасенсорные способности, вписывая в специальные квадратики эти заковыристые буквы и цифры "согласно приложенному для заполнения образцу и подготовленным ранее документам". Он ещё пару раз подоставал инспекторшу по телефону, ибо обнаружил в предоставленном образце несколько непонятный многозначных чисел, источник происхождение которых неподготовленный Андрушин мозг самостоятельно представить был не в состоянии.

Когда все необходимые клеточки оказались заполненными, а необходимые документы были несколько раз проверены Андрушей согласно приделанной намертво прямо к столу памятки, и приложенные к этой злосчастной декларации кто сверху, а кто и снизу - Андруша оглянулся вокруг, и вдруг понял, что вокруг него уже давно подозрительно тихо.

Выяснилось, что это так незаметно в налоговой наступил обед. Все посетители все куда-то деликатно и незаметно слиняли, а всякие ответственные сотрудники, как один, благодушно попрятались за разными дверями. В том самом "окошке номер два, в общем зале", где Андруше было велено по телефону так и не увиденной им инспекторшей оставить всю подготовленную им макулатуру, было пусто. Пусто было и в соседних окнах и вообще везде. Андруша внезапно решил исхитриться, так как вспомнил, что в прошлом году он оставил свои бумажки в одном из соседних кабинетов, и решил сунуться туда. Но не успел он приоткрыть дверь и подпустить туда с самого порога немножко своего обаяния, как обнаружившаяся там вполне себе миловидная барышня, немедленно извлекла свою нижнюю часть лица из огромного чебурека, и, моментально выпучив за секунду до этого остекленевшие глаза, утробно рявкнула загадочное слово: "Унасабед".

До конца обеда оставалось ещё минут тридцать и Андруша, решил, воспользовавшись случаем, с дружественным визитом посетить здешнюю, ожидаемо тёплую уборную. В целом, само посещение данного заведения несомненно пошло Андруше на пользу. Ну кроме разве что самых последних секунд данной важной процедуры, а именно финального заправляния того, чего надо туда, куда надо. В эти самые злосчастные секунды содержимое правого кармана Андрушиной куртки решило вдруг самостоятельно посмотреть свет, для чего каждый из находившихся там трёх предметов вылетел по индивидуальной дуге и, не успев как следует познать этот мир, обрушился на пол. И только один из телефонов слегка промахнулся мимо пола и нырнул вместо этого прямиком в унитаз. Андруша, громко и чётко произнося каждое слово, изрёк своё стандартное внутримашинное ругательство, снова при этом, не обратившись ни к кому конкретно.

Довольно дорогой девайс вроде как был моментально Андрушей спасён, чего не скажешь о всегда прекрасном Андрушеном настроении. Правда вопрос о счастливом спасении всё-таки висел некоторое время в воздухе сутулым вопросительным знаком, особенно когда Андруша позвонил на работу и его старательное алёкание внезапно оказалось там не услышанным. Но повторный звонок благоприятно изменил ситуацию.

Прошло необходимые полчаса, Андруша за это время старательно погрел своим костлявым задом холодное сидение любимой, медленно превращающейся в сугроб синей лошадки, налоговая инспекция ожидаемо ожила, подготовленные бумажки уплыли в необходимое окно под нумером два, Андруша с облечением покинул, внезапно оказавшуюся коварною, государственную организацию, с наслаждением спрятался в свою машинку и осторожно поехал навстречу приключениям в сторону места его работы.

Несмотря на погоду и "понемногу начинало темнеть" более-менее приличные приключения вокруг Андруши отсутствовали, видимо обеденный перерыв теперь наступал у них, в сысле у приключений, и Андруша сравнительно спокойно добрался туда, где его ждала ещё одна порция привезенной утром из дома домашней еды и 33 штатные единицы, которые теоретически его с нетерпением ждали, а скорее всего, на всякий случай, просто молча радовались его отсутствию.

Признаться, на вечер у Андруши было запланировано ещё одно важное мероприятие. Он хотел по дороге домой заехать на часок в Гидропарк, чтобы там всеми первичными половыми признаками здорового образа жизни, а именно - свежим воздухом, тяжёлым ржавым железом, а ну и естественно тёплым и ярким солнышком, которое конечно же было где-то там в верху, выше мечущего и совершенно обезумевшего снега, выше мутного серого неба, там, где до сих пор живёт Б-г... О чём это я? А, да, чтоб всем этим ударить по всему другому, противоположному, по хандре, болезням, старческой деменции и мышечной дистрофии.

Но чем больше Андруша смотрел на то, что творилось за пределами помещения, в котором он так трепетно исполнял свои служебные обязанности, тем сильнее таяла его уверенность в том, что сегодняшняя тренировка будет всё-таки иметь место быть. Мало того, он явственно представлял себе, сколько, за час с небольшим тренировки наметёт ещё снега, и как ему возможно придётся весело и долго буксовать на одном месте, взбираясь на крутую горку, когда он, набравшись до самых верхних кончиков ушей богатырского здоровья, а на деле еле живой, с постоянно пытающимся отъехать в сторону сознанием и вниманием будет, внимательно перебирая педали, стремится домой, к теплу, светлу, еде и всему такому.
А мало того, что снегу вокруг прогнозируемо прибавится, так ещё на дорогах в разы прибавится всякой сволочи, причём не только той, которая повезёт из пропердженых офисов свои отполированные креслами зады, а ещё и той, которая наконец-то уже проснётся и понесётся вскачь на своих дорогих и безумных машинах в эти свои рестораны и ночные клубы.

В итоге Андруша твёрдо решил ехать сегодня прямо домой, причём как можно быстрее, "пока не началось". И ему снова внезапно, уже в очередной раз за этот день, сильно повезло, так как он, рычащим синим кабанчиком пронёсся через весь город практически без остановок, только напоследок встряв, но уже как следует на Соломенской площади. Но и то, видимо потому, что пришло уже время, уже "началось".
И вот не прошло и каких-то получаса, как Андруша героически преодолел остававшиеся ему до дома целых три километра, и, правильно оценив ситуацию решил подбираться к своему дому дворами.

Но во дворах тоже было уже не очень. Впереди себя, прямо на зигзагообразном повороте между домами, огибающем котельную, или бойдерную, или как эта хрень сейчас называется, Андруша внезапно увидел большую аварийную, жёлто-красная машину-будку, которая нагло стояла и нихрена не ехала. И мало того, что она не ехала сама, так она не давала никакой возможности сделать это всем остальным, главным из которых был, само собой разумеется, Андруша.

Андруша устало вытряхнулся из своего автомобиля и зло поинтересовался, что тут, собственно говоря, происходит. Аварийные рабочие озабоченно сообщили ему, что, в принципе, они сейчас, и прямо тут застряли. Тогда Андруша предложил им перестать бегать вокруг своей машины, а заодно и у него под колёсами, и дать ему протиснуться мимо. Чтоб он спокойно продолжил ехать, а они продолжили стоять и суетится, трусить там себе под колёса соль, или что они там себе ещё придумают. К тому же, когда он подъезжал, то своими собственными глазами видел, как какое-то мелкое китайское падло провернуло уже перед ним этот фокус, в смысле объехало будку и исчезло куда-то с глаз. Рабочие дружно вопросили, а что, если и он, в смысле Андруша, тут тоже того. На что Андруша резко ответил им, что ничего он тут не того и твёрдой ещё рукою смело порулил в трёхметровую дырку между бойлерной и застрявшей аварийной будкой.

Места там было не сильно много, и кроме этого, метр слева был уже самым, что ни на есть, настоящим сугробом. Но выбора особо не было, так как надо было ехать, а стоять было не надо. Колёса вертелись, машинка рычала, Андруша сосредоточено крутил рулём, и топтался по педалям, упрямо протискиваясь вперёд в пределах доступного ему пространства и сильно при этом хотя домой. И когда, казалось бы, победа уже ласково трогала его своей тёплой рукой, красивую бело-синюю жопу его машинки внезапно резко кинуло вправо, и она звучно шмякнулась прямо о нависшую над ней справа аварийную будку. Андруша громко исполнил своё стандартное внутримашинное ругательство и опустил стекло. Или наоборот, опустил и исполнил.

Вокруг озабоченно суетились аварийные рабочие. Сейчас, говорили они, сейчас мы тебя отодвинем немного в сторону. Странные люди, меланхолически думал Андруша, как это они собираются отодвигать в сторону его почти двухтонную, такую симпатичную машину. Там вроде всё нормально, говорили Андруше аварийные рабочие, там просто пластиковый подкрылок слегка помялся. Какой там нафиг подкрылок, меланхолически думал Андруша, подкрылки они внутри находятся, как они там могут снаружи мяться. А ну давайте толкайте меня вперёд, скомандовал Андруша рабочим. Они резво стали толкать вперёд, Андруша снова принялся изящно газовать и рулить и вдруг внезапно всё получилась.
Машинка аж прямо весело взбрыкнула, словно настоящая живая лошадка, которая внезапно вырвалась на волю. Там совсем ничего нету, вдогонку успокоили Андрушу аварийные рабочие, на ходу успев обследовав от подтаявшего снега сине-белый машинкин бок. Вот и хорошо, сказал им Андруша, и поехал дальше. Но стоило ему завернуть за угол первого дома, как там его ждала следующая засада.

Прямо посреди дороги стояло то самое мелкое китайское падло и тоже никуда не ехало. Андруша немного подождал, ибо был очень хорошо собою воспитан. Падло абсолютно никуда не двигалось, и вдруг Андруша внезапно вспомнил, что падло протиснулось мимо застрявшей будки, причём намного быстрее и изящнее, чем получилось это у самого Андруши. Андруша снова выскочил из машины и решительно направился к этому, потерявшему всякие остатки своей грядной совести мудаку. Кстати, при ближайшем рассмотрении оказалось, что у него на боку тоже было написано "Аварийная служба", видимо это был детёныш той, большой застрявшей аварийной будки.

Заметив приближающегося к нему Андрушу, тихо сидевший до этого внутри говнюк, немного опустил своё стекло. Андруша громко спросил, Андруша резко ответил, Андруша замысловато показал рукой. Говнюк поднял стекло, поехал вперёд и там впереди как-то исхитрился, развернулся, прижался и замер. Андруша медленно проехал мимо и рассерженно ему на прощанье бибикнул. Или всё-таки не бибикнул, это уже теперь не важно.

За домом Андруши было свободное место, и именно там, где Андруша его себе планировал. Чтоб не надо было долго парковаться, чтоб просто заглушил и стал, чтобы потом, завтра, если что, просто выкрутить руль и скатится.

Но когда Андруша заглушил мотор, то он внезапно понял, что, похоже, уже достаточно накатался, и завтра, пожалуй, ему стоит осчастливить собой городской метрополитен. Потому что конечно приятно, когда тебе так упрямо и стабильно везёт, но всё-таки лучше не искушать.

И да, на машинке действительно ничего не осталось, так, небольшая чёрная полосочка, от пластмассового заднего брызговика жёлто-красной аварийной будки, там, сзади, на собственноручно загрунтованном Андрушей неожиданно светлой грунтовкой, заднем правом крыле.
Ваше мнение:
  • Добавить своё мнение
  • Обсудить на форуме



    Комментарий:
    Ваше имя/ник:
    E-mail:
    Введите число на картинке:
     





    Украинская Баннерная Сеть


  •  Оценка 
       

    Гениально, шедевр
    Просто шедевр
    Очень хорошо
    Хорошо
    Нормально
    Терпимо
    Так себе
    Плохо
    Хуже не бывает
    Оказывается, бывает

    Номинировать данное произведение в классику Либры



    Подпишись на нашу рассылку от Subscribe.Ru
    Литературное творчество студентов.
     Партнеры сайта 
       

    {v_xap_link1} {v_xap_link2}


     Наша кнопка 
       

    Libra - литературное творчество молодёжи
    получить код

     Статистика 
       



    Яндекс цитирования

     Рекомендуем 
       

    {v_xap_link3} {v_xap_link4}








    Libra - сайт литературного творчества молодёжи
    Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом.
    Ответственность за содержание произведений несут их авторы.
    При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.libra.kiev.ua/ обязательна. ©2003-2007 LineCore     
    Администратор 
    Техническая поддержка