|
    Прочтений: 0 Посещений: 1327 Дата публикации: 28.9.2009 Остросюжетный психологический триллер в форме аллегории Остросюжетный психологический триллер в форме аллегории Крысиный Декамерон (Сатира) Анонс: Шокирующие откровения о моральном падении общества и духовном поиске. «Когда уходят герои, на арену выходят клоуны» Гейне «Причем шляпа, если Звери совсем озверели» Сутки I Десять! Я стоял во мраке туннеля, вдыхая серный чад утреннего метрополитена. В глубине проявился конец в виде мягкого и теплого света. И все задышало жизнью. Аккуратно подстриженная травка легко колосилась под нежным дуновением весеннего ветерка. Передо мной красовались два богатых коттеджа и алычовое деревце у крыльца. - Сорви и ешь, - раздался чуть хрипловатый голос за спиной. - Босс, будем знакомы, - представился он, доброжелательно улыбаясь из-под длинных тонких кошачьих усов. В его пасти дымила ароматная Гавана. - Прошу в дом. – Он был молодым котом серебристо-мраморного окраса. Любезно пропустив меня вперед, дохнул дорогим мужским одеколоном. - Не комплексуйте! Прошу вас, я люблю гостей. Мне вдруг стало неловко. Как я мог не представиться, и явиться с пустыми лапами. - В чем дело? – обеспокоился кот. – Хотите виски, вино, валериановые капли для кайфа, если, конечно, кайфуете? - Простите, я и сам не понимаю, как попал к вам, и с пустыми лапами… - Ясно. Вы попали на мой газон, и, восхищаясь его красотой, забыли обо все на свете. Наверняка, вы прибыли из неблагополучной страны, охваченной социальным кризисом. Прошу, не беспокойтесь, это нормально на фоне глобальных перемен. Этикет – вещь хорошая, но не во всех случаях. - Спасибо. Вы можете называть меня Бабря. Так звала меня нутрия, которую я очень любил. - Где теперь ваша любимая? - Там, где обитают утраченные иллюзии. - Не буду, не буду, - поднял он лапу и закрыл тему. По- кошачьи грациозно он водрузил два блестящих бокала богемского стекла. – Выпьем за знакомство, вам «Бордо», «Шампань»? Может, пиво времен пуча? Закусываем сардельками. Мне, правда, свинина не рекомендуется, но ради гостя сделаю исключение. Говорите же тост. - Выпить мы еще успеем, если вы никуда не уходите. Кот тяжело вздохнул. - Да, куда мне спешить? – нервно поиграв золотой цепью, украшавшей его лапу. – С вашего позволения, попрошу не удивляться моим злоключениям. Родился я в благородном семействе кошачьих. Отец – длинношерстный пекинес, мамаша – короткошерстная экзотка. Оба обладатели чемпионских титулов. Страну, где они жили, охватил социальный и духовный кризис. Примерно такой, как у вас сейчас. Отчаяние извлекло наружу низменные желания животного мира. Кот из племени черных пантер попытался навязать нам свои взгляды на миропорядок. Первой жертвой его жестокого безумия стало племя дельфинов. Наша семья выразила протест. И кот Кирийра – так звали этого негодяя - ополчился на весь мир. Но ты не грусти! Такое никогда не повторится! Человек не допустит! Довольно философствовать! Определимся, наконец! «Бордо», «Шампань», «Смирнов», валерианка, если кайфуете? - «Бордо», - решил я. - «Бордо» так «Бордо», - наполнив бокал, ударил себя по лбу. – Простите, мне надо туда, не скучайте! - и он исчез в дверях. Я посчитал неприличным оставаться дома без хозяина, вышел к деревцу, постоять и поразмыслить. Случайно наступив на твердый предмет, я подобрал новенький мобильник. «Хорошо, что не поломал», - обрадовался я больше, нежели находке. Босс возвращался. - Надо узнать чей, - я протянул ему аппарат. - Бери себе: нашел – твой, - решил Босс. - Ни за что! - Успокойся, хозяин сам свяжется, смотри какой крутой, объявится – не бойся. Пойдемте в дом. Мы сели за стол. - Говорите тост, я прошу, вам лучше знать как хозяину. - По лапам, и перейдем на ты, - развязался Босс. – Я хочу выпить за нашу большую кошачью семью. - Согласен, - ответил я, выпив вино, второй бокал пошел как по маслу. Босс был доволен, его большие круглые глаза ярко блестели. - Я…Я за человека! – пьяно стукнул он лапой по столу. – Пусть только кто-то посмеет его тронуть! – он расплакался. Мне стало не по себе. - Ну, зачем, зачем заточил он меня в эту тюрьму? Если бы можно было обратить прошлое вспять. Или нет, не надо! Много дерьма было… ворвался кот Кирийра в наш дом. Я однодневным котенком был. Видеть я не мог, но зато хорошо слышал. Мы за сто метров разговоры мышей и крыс слышим, и их заговоры разоблачаем. Да о чем я? А…кот Кирийра с самкой леопарда шуры-муры крутил. В тот вечер мамаша на коврике спала, после тяжких родов, подставила мне теплые соски. Запах ее молока, я на всю жизнь запомнил. Но крысиный шепот под полом нарушил мой младенческий покой. Под нами в подвале крыса Лидка со своим мужем Бардой сексом занимались и по ходу нашу семью злословили. Лидка злоебучая была. Я еще в животе сидел, когда их сексуальные утехи мне покоя там не давали. Не мог вылезти, чтобы глаз на жопу ей натянуть. Барда канализационным ворюгой был. Ничем не брезгал, на своих крысах наживался, и самозваным президентом себя объявил. А зловонным был, вечно в клоаках копался, гнилой от мозга костей. А Лидка важная ходила, и все кого-нибудь укусить стремилась. Зубы у нее ядовитые были: никогда не чистила. Секс в ее жизни основным элементом был, но больше секса по библиотекам шататься любила, бумагу жрать пристрастилась, там и грамоте кое-как научилась. Своровала древние писания мудрецов, и давай скатывать. Чернильницу разжиженными экскрементами заполнит и пишет. У Барды, как правило, в этот момент член возбуждался. Ставил он ее в позу раком, вводил пенис, а к Лидке муза по особому приходит, и она передними лапками шедевр плагиатию творила – «Крысания и Мышания». Дочка их, Делька, подобно папаше, себя в президентском амплуа только видела. Тупорылая – это легко сказано, но диссертацию по енотовой классике защитила. В крысином псевдо-писании Лидка обосрала всех и вся. Ее крысиная душа кипела ненавистью. Она оскорбляла бобров, енотов, нутрий, кошачьих, дельфинов, им она пуще всех завидовала. Барда ее сзади трах-трах, а она толчки возвращать не забывает: умела приятное с полезным совмещать. В такие моменты Лидка так шипела, что хоть бери и беги, но рано куда? После таких оргий я вздрагивал во сне. Тухлые душонки! Родились с призванием навредить. По соседству старенький добрый ротвейлер жил. Без причины ни одну кошку не облаял. Бывало, наши коты шипели на него, а он подойдет спокойно по-человечески разберется. Зауважали его наши коты. А Барда нажирался говенного самогона. Он аппарат где-то спер и в подвале из дерьма самогон гнал и экспортировал за рубеж для крысиной диаспоры. Лидка не довольствовалась и с говна пенку снимала и новый спирт перегоняла. Термоядерный спирт был, представь, если сами крысы от него дохли. Ротвейлер унюхал их подпольный цех, и разобраться попытался. А с Барды, как с гуся вода. В день, когда погибли мои родители, Барда с Лидкой по своему обыкновению шпокались: - Ох, кайфно! Лидка, ты – супер! Хочешь, обрадую? - Говори же, не тяни, дурак! - Позу поправь, попу подними, мне неудобно… - Ну, говори же, что там у тебя? - Твоя пиписька, дорогая. - Знаю, ты новости говори. - Кирийра меня в ранг почетного стукача возвел… - За какие это заслуги? - Я ему передал список сочувствующих дельфинам. - Какое счастье, Барда… - Знала бы ты, при каких он бабках! А его самка леопарда, в каких нарядах ходит, блядь, почему у тебя не должно быть? Чем ты хуже нее? Скоро верхним соседям пиздец будет. Ротвейлера на допрос потащили. Наш крыса его допрашивает, не ломается, сука! Это я на него донос накатал, не хер ему было со мной, с самим Бардой, разбираться. Получил он у меня! - Очень хорошо поступил, по нашему, по крысиному. Возомнил он из себя… я в своей книге все доказательства привела, что и первая цивилизация, и все прекрасное прежде всех в Крысании было. И все – никто и ничто перед нами. - Да, да, Лидка, ты права, как всегда. Какой ништяк, - толчок, - давай, давай, милая. - Даю, а что делаю? Что дальше было, рассказывай. - Знаешь, Лидка, мне пригласительную принесли. Я был на приеме высшего уровня. - Но ты, все- таки, президент… - Виски, сыры, бутерброды с икринкой. Скоро нашему нищенскому существованию конец придет. За Кирийрой все зарубежные крысы идут, некоторые из них даже крысиные батальоны мобилизировали. - А Кирийра сексапильный? - Не более меня. Мелюзга – пантера, с маленькими усиками, черными, как он сам. Но пошустрей верхних дворняг. Устроит он им кровавую баню, благо умываться любит. А ты с Делькой сидите и концертом наслаждайтесь. Будет бальзам на нашу душу. Потом пойдем и возьмем их имущество. - Быстрей же кончай, не тяни, я тебе не крыса-киборг, не стальная у меня пиписка. - Не могу, Лидка… на эмоциях я, переволновался, у, еби твою мать, заклинило. Все из-за тебя, блядь! - Пасть заткни! Выражения выбирай! Лучше б за своей блядью мамашей следил. Сама не знает от кого тебя высрала! - Успокойся, Лидка, глубоко дыши. Вот, хорошо, моя дорогая, позу поправь… Молодец, умница! Ни в одной канализации города нет такой высокообразованной крысы, как ты. В честь тебя я трубу прогрыз, теперь все говно к нам стекать будет. Запас сделал на всякий пожарный. - Правильно, запас жопу не ебет. Когда же наверху концерт начнется? Делька ждет не дождется. Куда мы ее, бедняжку, водим? Пусть порадуется крыска. - Лидка, ты опять не в той позе… - А мне так нравится! Я так хочу! Давай глубже, глубже, дальше, дальше! - Дальше яйца не пускают… Ох! Ох! Ох! Ли-д-к-а-а-а… - Что разорался? Лучше оботрись об трубу! - Да, да. Ох, сейчас. Кирийра придет, разгрызет их на хуй! Слышишь, Лидка, храпит отец семейства. Храпи, храпи – настал твой час! Хорошо было нам яд подсыпать! Сейчас ты за все ответишь… Я все слышал, но что мог сделать? Папаша и вправду громко храпел: с вечера валерианки напился. Если б не его любовь к валерианке, может все и обошлось бы. Горько осознавать, что с минуты на минуту гибель твоя придет. И пришла, не медлила. Кот Кирийра явился с охраной, укомплектованной из зарубежных крыс. Морды их были скрыты под масками спецназовцев. - Я сам! – он пнул спящего отца. Мамаша тут же проснулась. Я услышал ее учащенное дыхание. Так она всегда дышала при большом гневе и беспокойстве. Она не была робкого десятка, но ее тормозил инстинкт, отвечающий за безопасность детенышей. Прикрыв нас своим тяжелым телом, она зло зашипела. - Ах, ты сучара, еще шипишь? – взбесился Кирийра. – Вставай, блядь, на задние лапы, когда с тобой сам кот Кирийра говорит! - Не бывать этому! Наша порода еще не перед кем не стояла на задних лапах! Нас сам человек не поставил в это положение! Ты поставишь, подзаборник?! Папашу спецназ под прицелом держал. А Барда со своей семейкой внизу злорадно хихикал. - Закрой пасть, сука! Не закроешь, муженька твоего на съедение крысам брошу! Хер отрежу, и тебя жевать заставлю! Терпение мамаши лопнуло. Она зарычала, как собака и прыгнула на Кирийру. Мгновение, и она разорвала бы его на части, если бы не пуля спецназовца. Осев, она обратила свой взор на нас, сделав несколько движений, мягко повалилась на нас, желая обеспечить нам еще одну безопасность. Кровь сочилась на меня, скоро она перестала дышать и стала очень тяжелой. Перестали шевелиться близняшки, мои брат и сестра. Кирийра хохотал. - Ну, что, хуйло, будешь еще зубы скалить? Лижи мне жопу! - он сел на корточки и опорожнился. Поднялась вонь: тварь эта с вечера черной икры нажрался. - Сдохла твоя шалава, тебе будет полезно превратить свой язык в туалетную бумагу! - Пошел ты на хуй со своей сворой, - прошипел папаша, вцепившись в шею Кирийры. - Стрелять, - хрипел Кирийра. Полетело много, очень много бесшумных пуль. Но может для кого-то они бесшумные, но не для меня. Удар каждой пули был равнозначен удару тяжелого молота. Этот пустой и тупой звук я до сих пор слышу. Папаша давно замертво лежал, но гнилые крысы никак не могли насытиться, стреляли и стреляли. А может, мне так казалось. Кирийра был легко ранен, он дико стонал и проклинал нас. Заскрипела дверь. - Это кого еще хер принес? Стрелять! Началась пальба кто-то упал в дверях. - А, это же мой агент Барда! Не вовремя сдох! Ну, хуй с ним, не велика потеря! Марш в подвал! Пришлите Лидку с Делькой. У него денег много: он же подпольный бизнес имел. Социальный кризис припер к стенке благородных животных, а крысы перебьются. Охрана побежала вниз. Я сидел и помалкивал, слизывая с себя кровь убитой мамаши. Рано было радоваться. Лидка с Делькой, через канализационную трубу ушли. Охранники быстро возвратились, предоставив Кирийре запечатанный пакет. - Что за хуйню вы притащили? – скорчил рожу Кирийра. - Бардовские накопления. - А, ну, поглядим, что он нам накопил… Кирийра нетерпеливо разорвал пакет, я услышал шелест рваной бумаги, и запах крысиного помета. - Пидарасты переебанные, что вы мне принесли?! Что это такое? Отвечайте! - Что нашли, то и принесли, - оправдывались спецназовцы. - А если рваные гондоны найдете, что тоже принести должны? Очки, очки дайте. Тут что-то написано, вероятно, засекреченная информация. Это семейка была двойным агентом. Моя секретная служба их из любой канализации на белый свет выведет. Фу, пометом вашим воняет… Ну, почему, почему вы такие вонючие? Если бы я в ваших зловонных услугах не нуждался… Что тут написано на вашем крысином? - Это на енотовом – алкашском. - А, что еще и другой енотовый существует? - У енотового много диалектов. - Ебал я енотов и их диалекты! Но ничего не поделаешь, язык врага знать надо. Ну, ты даешь, Лидка, с тобой все ясно. Точно, Лидка, Делька и Барда двойными агентами были. Вот куда сбывали говенный самогон. Знали, суки, что алкаши за любой спирт жопу дадут. Читай Дад, читай, ты же там жил, язык их знаешь. - Мой подвал не там находился, я этот язык не знаю. – Кирийра заехал по его жирной морде. Дад глазом не моргнул. – Я говорю чистую правду. - А какой ты, блядь, язык знаешь? Наебать меня надумал? Я знаю, где ты жил и какие могилы обворовывал! Предательство планировал, дядиной жопой президентом хотел стать. Жопой пробивался, а не тупой головой. Не знает он язык, блядь! Там жил и не знает! - выхватив пистолет, он приставил его к харе спецназовца. – Колись, тупорылый, на кого работаешь? - На наше благородное племя крыс. Да здравствуют чистокровные крысы! В жопу всех остальных! - Сдохни поганый, несостоявшийся, липовый президент крыс! - повторился знакомый тупой звук. Дад повалился рядом со мной. Я увидел его прострелянный лоб и злобный застывший оскал, над ним высокомерные открытые крысиные глаза. - Кто еще желает пулю в лоб? Ты, Эга, зажравшаяся харя? Ты со мной или против? Что скажешь, толсторылый? Фас! Читай! У вас, что ни крысы, как читать научится, так президентом стать хочет. Крыса Эго мыслил несколько иначе, чем крыса Дад. Обет верности Кирийре он не нарушал и свято верил, что Кирийра вернет крысиному племени восточные земли, с ее арыками и канализациями. На вещи он смотрел по-философски. Терпеливо принимал оскорбления Кирийры, пытаясь выиграть время, и в нужный момент оказаться в нужном месте. Он был ученой крысой, учился на адвоката в одном из филиалов главного крысиного подвала, действующего за рубежом и расположенного у общественного туалета Блядского сада. Попасть в это высшее учебное заведение не было под силу простой смертной крысе, но было предметом мечтаний крысы непосредственной, скажем элитарной, которая имела честь капошитья в самом качественном гавне. Молодой интеллигентной одаренной крысе Эге без особых проблем удалось выбиться в президенты, правда, пока организации молодых крыс, но уже дело! Первый шаг и такой большой! Эга не за горами видел себя в амплуа президента ассоциации всех крыс, проживающих спокойную и счастливую жизнь в клоаках Анидора. Даже был такой шанс стать представителем крыс в парламенте. - Я сейчас прочитаю, я знаю язык… - Эга взял писание и стал читать. При первых же строчках его маленькие заплывшие жиром глазки засветились северным сиянием. В интонации его мелькнули ноты гордости. – Заглавие «Крысания и Мышания». «Крысы самые, самые умные, древние, хорошие, красивые, нежные, добрые, воинственные, чудесные, великолепные, чудные, чуткие, человечные, образованные, профессиональные, мужественные, женственные животные. Они придумали все! Вплоть до человека! Ебля: в позу раком; Ебля; по-солдатски; ебля боком; классическая ебля; минет; минет с протезом без гандона; минет с гандоном и с протезом; минет с сыром и прочее. Ебля в жопу; ебаться в жопу с самцом и с самкой одновременно; Ебля в жопу с гандоном и без. Эти чудесные открытия сделаны нашими гениальными изобретателями. Крысами был изобретен человек! Т.е. человек произошел от нашего племени и первоначально разделялся на расы. От белой крысы – белый человек, от черной крысы - черный человек, от рыжей крысы – рыжий человек! От желтой крысы – желтый человек! Все другие животные должны считать и верить в то, что человек произошел от крысы и по гроб обязан крысе! Крысы основали и подарили миру водолазный костюм, презерватив, для самцов и самок с усиками и без усиков. Часы, знаки зодиака и все, что есть под небом и на небе и в других многопланетных мирах. Остальные жители ничего собой не представляли. Тем более дельфины, жившие в какой-то маленькой луже, сейчас этой лужи и быть не должно. Они наказаны высшими силами за то, что присвоили себе труды наших мозгов и лап. Была еще известная группа крыс, они творили много добрых дел, лечили медикаментозно, фито – и психологически, причем, совсем бесплатно. В этой группе одна крыса оказалась предателем. Старая история! Возникает вопрос, как могло такое благородное животное как крыса встать на путь предательства? Но я, Лидка, мудрая крысиная писательница, провела историческое генетического кода и анализ ДНК. Оказалось, что крыса-предатель, был вовсе не крысой, а дельфином, сделавшим пластическую операцию. Он умышленно компрометировал наше благородное племя. Наши крысы – мученики шли по канализационным трубам, в люках кораблей, по шпалам метрополитенов, в гривах и хвостах лошадей, в жопах слонов и несли слово крысы. Мы селились и обустраивали античную культуру канализации, оставляя помет и великое творение наших лап. Мы, крысы, не должны, не должны забывать своих заслуг перед миром животных. Мы самые, самые...» - Хватит! Выеб мозг со своим крысиным писанием! Чушь собачья это все! Ты сам хоть в это веришь? - Нет! Да здравствует самое мудрое семейство кошачьих! В частности, черные пантеры: оно самое отважное, умное, достойное, мудрое; от черной пантеры произошел человек, часы, водолазный костюм, сардельки, чеснок – изобрело племя черной пантеры. Остальные животные являются продуктом второго сорта, - заключил Эга. - Нет, нет, только не чеснок! Нажрешься и несет из пасти, как из канализации. Было такое. Моя самка так взбеленилась, что в сексе мне, самому коту Кирийре, отказала! Я запретил чеснок, не разрешаю ему произрастать! Пусть идея чеснока будет прерогативой крыс. Я – великодушный тиран. - Спасибо! что прикажите делать с трупами? - Барда – крыса! Он и при жизни был трупом. Вы все, крысы, со своим трупным запахом ничего не значите. Но эти супруги, какими бы они ни были, они все равно остаются представителями семейства кошачьих. Они – мои трофеи. Как солдат, я ценю их отвагу. Похороните их с честью, как героев, сложивших голову за мою кошачью идею. Их убили не мы, а враги Кирийры. - Есть! Я хоть и был новорожденным, но прекрасно понимал, что крысы при уборке трупов могут меня обнаружить. При моем горе все же было обидно умереть, только что родившись. Любой ценой нужно было сохранить шкуру. Я кое-как отполз и забился под коврик. Придя в сознание, я ощутил теплоту языка, слизывающего с меня остатки крови. - Смотри, очухался! – Это была самка ротвейлера, она старалась улыбнуться. - Ешь, это мое молоко, надо есть, если даже не по вкусу. - Спасибо, оно очень вкусное, - обрадовался я ее соску. - Ну и хорошо, - тяжко вздохнула тетя Соня. – Не надо ничего рассказывать, я все знаю. Ты подрастай побыстрей, скоро мы с тобой уйдем в безопасные места. Твои покойные родители, я думаю, не обидятся, если я тебя Боссом назову. Босс поднял бокал: - Давай выпьем за тетю Соню и за всех, кто помог и опекал нас. Подожди, не пей, я икру забыл! На столе появилась солидная коробка черной икры. - Открывай пасть! – приказал он. Как было хорошо проглотить нежное вкусное лакомство. - Да, о чем я говорил? О тете Соне… она не отходила от меня, пока я не открыл глаза. Крысы Кирийры конфисковали комфортабельную конуру, и мы с ней ютились за чертой города в заброшенной будке. Молоко тети Сони с каждым днем теряло свой вкус, это все из-за отвратительной пищи, которой она питалась. Ей даже воровать приходилось, чтобы нам выжить, раз в лапы сторожевых псов попалась, еле живая, вся в кровавых ранах вернулась. О Лидке с Делькой ни слуху, ни духу не было. Испарились. Я уже научился самостоятельно держаться на лапках. Ночью тетя Соня отправлялась на охоту. До меня в ночной тиши донеслись чьи-то голоса, говорящие шепотом, и шорох. Это были привокзальные крысы, обсуждающие свои проблемы. - Представляешь, мой сын всего своими силами добился, какой прост занял?! С ума сойдешь, если узнаешь! В правом кармане 100 баксов, в левом – 50, в нижних по 10 и 5, а дома полный мешок денег. Чистильщик! Сам Кирийра ему будку открыл, и лично на презентацию приехал ленточку рвать! А ты опять фальшивыми документами чаличуешь? - Приходится, не у всех такое счастье, как у вас. Эх! Тяжко нам, крысам, приходится! Разве мы заслужили такое существование? Лидкин бестселлер по лапам ходит. У нас самосознание появилось. Лидке я документы сделал, теперь она – лидер партии. А какая умная! Толпы крыс поднимут ее золотые слова. Через ее призыв к борьбе, мы все люки вернем! Бедный Барда – стал жертвой политического заговора… - А Лидка куда подалась? - Она далеко, подпольную террористическую организацию возглавляет. - А все это время где пряталась? - Наши крысы ее в бардаках прятали. Знаешь, она там крысиный гимн сочинила. Его надо петь, приложа руку к сердцу. Вот так: Мало думай о работе! Лучше ездить в поездах! Срать, ебаться на природе! И шататься в бардаках! - Ой, как гениально! Какой успех! Только крысы могла такой шедевр сочинить. - Слушай, хорошо, что вспомнил. Недавно я проник в канцелярию – чернила хотел попить. И, что думаешь, наткнулся на секретный документ. Притащил Лидке в бардак, чтоб прочитала. Там было примерно так написано: « Мы должны построить концентрационные лагеря», - это что-то вроде питомников для строптивых котов, дельфинов и собак, - « Все эти животные должны заниматься принудительным трудом. Имущество их подлежит конфискации…» - Подожди, отолью. - А про нас ничего не написано? - Как нет! «Использовать в политических интересах кота Кирийри и сжечь, ввиду того, что они являются элементами продажными, сексуально активными, что приводит их к катастрофическому размножению. Их интеллект оставляет желать лучшего. Прошлого этого племени криминальное, они являются распространителями инфекционных и венерических заболеваний, таких, как сифилис и гонорея». - Смотри, что делается! Какая грязная клевета! Обидно до боли. Мы, европейские крысы, так интегрировались, что потеряли крысиные качества. Что тут говорить о размножении? Одна наша самка больше ста детенышей рожать не хочет. А это все из-за крыс, идущих с Востока. Они за любую работу берутся. В абортных клиниках километровые очереди стоят. А аптеки забиты презервативами и контроцептивами. Сексбарьер – это тотальное истребление нашего племени, белый геноцид! Благо, еще добрая традиция осталась, вроде сватовства. Говорят, что нас так мало, что даже в Красную книгу хотят занести как исчезающий вид. - Чтоб ты знал, завтра облава будет. Всех наших предупреди, кто не знает. Пока грабится - пограбим. Пойдем, пожрем на запас. Быстрей, быстрей, все сожрут, нам не достанется. Крысы ушли, а у меня сердечко стучит и стучит, прямо вырваться готово: « Что со мной будет? Тетя Соня, тетя Соня, где же ты? А вдруг облава уже началась и она попалась? Нет, нет, - стал успокаивать я сам себя, - она сильная, у нее хватка мертвая… Тетя Соня, тетя Соня, ну, ну, возвращайся, милая, побыстрей!» Она не заставила себя долго ждать. Бесшумно приоткрыв дверцу, улеглась рядом. - Ш-ш, - шепнула она. - Завтра облава, - прошептал я в ответ, - Знаю, малыш, знаю. Тихо сиди, мы сегодня уходим. - Куда? - Далеко, в безопасные земли. Но прежде, чем выбраться на волю, нам предстоит много барьеров преодолеть, - она выплюнула хорошо прожеванный кусочек мяса. - Откуда ты узнала? - Легавые сказали. Мой муж когда-то вступил в неравный бой с питбулями, отбив у них раненого легавого. Теперь он на службе у черной пантеры, но хочет нам помочь. Мы пройдем через его пост, надо сегодня - его смена. Город уже оцеплен, повсюду крысы и легавые шастают. Я задрожал всем телом, тетя Соня это заметила. - Ну, ну, малыш, не волнуйся, все будет хорошо. Я потомок молосских горных пастушек. Мы стада стережем от волков! Что, каких-то дрянных крыс испугаюсь? Я хоть и старая, но одного котенка накормить и защитить сумею. Смотри, какая у меня шея и мышцы. Если возникнут проблемы в пути, изменим направление, уйдем в Альпы на мою родину. Покинув заброшенную конуру, мы обошли железную дорогу и добрались до первого поста. Легавый не подвел, и обеспечил нам безпрепятственный выезд. В дороге к нам приблудился один дельфин, он тоже спасался от преследования кота Кирийры. - Дядя, почему проклятые крысы Вас обидели? – допытывался я. - Весь животный мир был не на должной высоте. Теперь видите, к чему все это привело, что и собакам, и кошкам бежать приходится. Открой вовремя пасть, не гуляли бы крысы королями. Но это ненадолго! Кирийра их использует и уничтожит. - А что Вы любите, дядя? – не отставал я. - Меня зовут дядя Иохан, я люблю теплое течение, слушать соловьиную трель. Рождать и растить детенышей. Люблю, когда все уважают друг друга, когда цветут цветники и газоны, шумят водопады. - Я найду бомбу, я надену ее на себя, и взорву кота Кирийру. - Нет, малыш, это не выход, - вздохнул дядя Иохан. Так мы подошли к большой реке. Плыли молча, тетя Соня держала меня в зубах. При наступившей ночи дыхание тетя Сони становилось все тяжелей, с каждой новой волной наступающей на нас, мне становилось все страшней и страшней. Вдруг она разжала пасть, я летел куда-то в пучину, и обратно я взглянул в лицо бородатому ветру и в серые зрачки ночных облаков. - Пришел в себя, малыш, - теперь надо мной склонилась добрая морда дяди Иохана. - Что случилось? - Не волнуйся, - дядя Иохан погладил меня по голове. - Дядя Иохан, где я? Что с тетей Соней? – заорал я во всю кошачью глотку, и не услышал собственного голоса. - Немного переохладился, но ничего до свадьбы заживет. - Не знаю, что за свадьба, что с тетей Соней? – прошептал я. - Она вернулась домой. - Как? Не верю! Там опасно! Чего ради ей было возвращаться? Дядя Иохан не дал ответа, и двинул меня в дальнейший путь. После долгих плаваний по течению реки, мы вышли в открытое море, навстречу нам двигался корабль. - Примерно через час мы сможем на него ступить, - обрадовался дядя Иохан. - Как ты это понимаешь? – удивился я. - По колебанию волн, но прежде чем напроситься в пассажиры, полезней разведать, что это за корабль. Опять неизвестность. Она предстала перед моим мысленным взором в образе полоумной рыжей крысы, часто гостившей у Бардов. Супруги ее не любили. Она приползала, ни к чему не прикасалась, садилась на задние лапы и молча часами в упор смотрела на Дельку. - Сглазит она нашу дочку, гони ее! – ворчала Лидка. - Чтоб ее глаз лопнул! Нельзя Лидка, нельзя ее гнать, ее брат вор в законе. - А ты без закона справишься с ним! – не унималась Лидка. - Дура ты, Лидка, кроме ебли ничего не понимаешь! - И понимать не хочу! Пусть в дурдом пиздует! Меня ее воровские связи не ебут! Скажу я ей, чтоб не приходила. - Плюнь и размажь, сколько хочет пусть пялится. Подохнет она скоро, не видишь анарексия у нее, ничего не жрет. - Она всех угробит, а сама еще жить и жить будет. Энерговампир она, нашей энергией питается. - Не надо такой мнительной быть, вампиры не существуют… - Да, что ты говоришь? Еще как существуют. - Ну, ну, иди ко мне, порезвимся, дорогая… - Крути педали, пока пизды не дали. - Эх, хоть бы дали… И что только не вспомнится в минуты отчаяния. Дядя Иохан заглянул мне в глаза. - Я тебя оставлю, малыш, скоро вернусь. Если заметишь что-то подозрительное, глотни побольше воздуха и ныряй, как я тебя учил. Дядя Иохан уплыл, ничего подозрительного я не увидел, но нырнуть самостоятельно до смерти захотелось. Я нырнул, пронесся мимо медуз и проплывающих рыб, приземлился у большой перламутровой ракушки, и только протянул лапу выковырять червячка, как чувство надвигающейся опасности остановило меня. Я скрутил свое туловище калачиком и забился между ракушкой и коралловым кустиком. Прямо на меня плыли две крупные крысы в водолазных костюмах, освещая себе путь фонариком. - Пиздеж и провокация все… - Ну его на хуй, этого Кирийру! - Где же этот ебанный корабль? - Ну в пизду его, что делать с бомбой не знаю. - Слышишь гудок, это он гад. - Он еще далеко… - Кислород на исходе. Слушай, подрочить охота. Кругом эти рыбы глазами лупают. - Нашел место и время дрочить. - Маню вспомнил. - Плыви туда за ракушку. А кто такая Маня? - В нашей канализации одна белая крыса жила с сыночком ублюдком. Срака и ляхи ее такие толстые и аппетитные были, а когда она белье вешала… Ма-ня, Ма-ня… И давай дрочить прямо на меня! Лимонка у него на боку висела, протянул я лапу, выдернул на хуй запал, и мигом на поверхность. А эту водолазную крысу на куски разнесло. Дядя Иохан возвращался. - Я совершил поступок, - крикнул я. - Что ты наделал? – испугался он. - Взорвал двух подводных дрочильщиков. - Что?! - Шатались эти твари, корабль искали, чтоб взорвать и между делом подрочить решили. - Ладно, закрыли тему. Взбирайся на спину, скоро будем на корабле. - А он куда плывет? - На другой материк, в страну Каменной женщины. Женщины так женщины, что поделать? Так мы оказались на борту «Трефикеллы». Капитан-баран потребовал сдать на хранение ценные бумаги и документы, коих у нас, конечно же, не оказалось. - Я не могу доверять вам на слово, из-за вас судно конфискуют, а нашу овечью команду отдадут под трибунал, - возмутился капитан. – Я должен буду задержать вас до установления личности и по подозрению в похищении котенка. - Поймите, малыш истощен долгим пребыванием в воде, выделите, пожалуйста каюту, - просил дядя Иохан. - Это невозможно, - отрезал капитан. - Но ведь миссия корабля гуманитарная, - не унимался дельфин. - Все обязаны оплатить проезд и прочие услуги. - Но у нас действительно ничего нет. - Так дело не пойдет, подпишите документ, обязывающий вас работать на нас и в постепенном порядке расплатиться за проезд. - Но, позвольте, чем может заработать репрессированный профессор и крошечный котенок? - Дельфинам будет полезен физический труд, а котенок подрастет. Никакой каюты, жирно будут срать! Приковать их к палубе! Так будет со всеми, кто посмеет перечить капитану! – громко блеял баран. Приговор был незамедлительно приведен в исполнение. Нас приковали, не кормили, не давали пресной воды. Проходящие мимо члены команды – бараны бодались и плевали на нас. Остальные пассажиры, а их было много, дрожа за свою шкуру, делали вид, что ничего не происходит. Дядя Иохан попытался запротестовать, но из пассажиров выскочила самка земляного человека, она пищала, визжала, махала ручонками так, будто дирижировала. - Как ты смеешь, дельфинье рыло! Я с такими, как вы срать не сяду на одно поле, я – великий дирижер! Такие, как вы нам в подметки не годятся! Правильно поступил с вами кот Кирийра! И она плюнула на нас, просто так, ведь ее никто не трогал. Дядя Иохан горько опустил голову, от чувства бессилия, я только зашипел. - А ты не шипи, змееныш! Такие, как вы в Анидоре нам обувь чистят! – продолжала она выступать. - Дядя Иохан, она и есть человек? – спросил я обескураженный. - Нет, малыш, она не человек, но и не животное, - пространно ответил он. - А кто же тогда? И почему человечихой зовется? - Земляные человечки, часто встают на задние лапки и много мнят о себе. К сожалению, от человека они заимствовали не лучшие качества. А эта особа одержима манией величия на к фоне климакса, сексуальная проблема… - Что нас ждет? - Жизнь. - Откуда вам знать, что мы не умрем? - Это тоже жизнь. Меня стошнило, я едва успел пасть прикрыть лапой. - Это от качки, тебе таблетка нужна. Друзья, обращаюсь к вашим самым благородным инстинктам. Здесь я вижу представителей грациозного семейства кошачьих, моих сородичей, и многих полезных представителей животного мира. Если у кого завелась таблетка от морской болезни, пожалуйста, помогите моему сыну, - молил дядя Иохан. - Твоему сынку не таблетку, а пиздулей надо, - блеял матрос, отвечающий за порядок. - Я протестую. Дельфины, присоединяйтесь к моему протесту! Где ваше дельфинье достоинство и благородство?! - Всем оставаться на местах! Ебать мой хуй горячими пирожками, не допущу беспорядков! Эти два рыла, кружат в море, взрывают корабли, грабят затонувшие судна! Они хотят украсть ваше благополучное будущее в стране каменной бабенки! – Капитан-баран тыкал в нас передним капотом. - Этот баран лукавит, не слушайте его! – защищался дядя Иохан. - Молчать! Потомки прокаженных полурыб! Сбежалась вся команда. - Мы спасли ваши шкуры, а вы тут воду мутите, - наезжал он. - Капитан, кто вам дал столько права? Мы – свободные животные! В ответ капитан стянул свою шкуру и предстал во всей красе мастистого волка. Команда волков окружила растерянных пассажиров. Всех поочередно приковали к палубе. Дельфины фыркали и возмущались: - Ну до каких пор нас будут травить и преследовать? - Смиритесь со своей судьбой, - пытался философствовать седой бобер. На него никто не обращал внимания. Земляная человечина постаралась привлечь внимание. - Господа волки, наши ученые доказали, что ваша волчья кухня адекватна нашей! – не сумев заинтересовать волков, она многозначительно подняла указательный пальчик. – Молчание – знак согласия! - Они не стоят тебя, - успокаивал ее седой бобер. - Что ты знаешь, тупой бобер?! Дело в том, что они просто не знают, их информировать надо. - Не нервничай, ты вся трясешься. - Кто трясется? На свою харю посмотри! - Я за тебя волнуюсь. - Никто тебя не просит! Я все имею, и породу человеческую и талант, и историю. - Успокойся, стыдно… - Я успокоюсь тогда, когда от вашей мерзкой породы в Анидоре ни слуху, ни духу не будет! Один дельфин не выдержал и сделал им замечание: - Хватит вам припираться! Уступите друг другу! - Я что, я ничего, - оправдывался седой бобер. - Ты действительно ничего: рабом родился, рабом сдохнешь! А мы, мы почти люди, с кем хочешь общий язык найдем! – не унималась человечиха. Я не выдержал: - Иди ты на хуй! - Что?! А ну, повтори, ублюдок, - завизжала она истерично. - А ты, что не видела? В ручках не держала? Босс посмотрел куда-то вдаль. - Много еще всяких разговоров было, наверное, я тебе надоел? Хочешь еще вина? - Нет, на сегодня хватит. - Хорошо сказано. Темнеет, оставайся у меня. Ложись прямо на диван… - и он ушел к своим кошкам. Я остался с мыслями. Было ясно, что половину из рассказанного, Босс привирал. Он притворялся веселым котом, но на самом деле это был слишком грустный хищник. Погружаясь во власть потухающих эмоций, я услышал мелодию. Она долго ласкала мой слух. Это был найденный мобильник. - Ало, - на экране появилась лохматая голова белого барана. - Ало, здравствуйте! Я – хозяин аппарата. - Здравствуйте. Можете не беспокоиться, я Вам обязательно его верну. - Нет, аппарат мне не нужен. Я дарю его Вам лично. Я обрадовался подарку, но покривляться требовало приличие. - Я не знаю Вашего имени и принять Ваш подарок затрудняюсь… - Я – баран Папик. Можете не стесняться. Приняв его, Вы сослужите мне службу, я буду Вам очень обязан. Представитесь, пожалуйста. - Я – бобер. Зовите кратко Бабря. - Рад, очень рад. - Можно Вас о чем-то спросить, только не обижайтесь. - Я привык, меня часто обижают. - Из-за того, что Вы – баран? - Нет, из-за того, что я – глупый баран. - А что бывают умные бараны? Ой, извините… - Бывают, и еще какие умные. Например, мой отец. Покойный. Своего шанса не упускал. С него собаки руно содрали. Он хитрым бараном был, все для семьи, для дома. Своим трудом и смекалкой всего добился. Он вечно со мной ругался: «Шкуру с тебя сдеру в один прекрасный день, ищи свое призвание, карьеру делай!», а если я не знаю, в чем мое призвание, если растерялся в жизни… Но они опять блеют: « Призвание это – такое дело, при котором с наименьшими усилиями, наибольшие деньги достать. Это делает барана счастливым. Важнее всего золотое руно сберечь, и должность престижную получить, чтоб в офисе сидеть и других бодать. Думали, думали и пришли к совместному решению – поступать на таможенника. Дело хорошее, ночь работаешь, три храпишь. Контрабанды – куры не клюют. Пропускай баксы под шерсть, месяц и – миллионер. Это – шаг первый, а шаг второй – миллион в недвижимость вложи, шаг третий – недвижимость в аренду сдай. Ничего не делаешь – готовые бабки берешь. Ты, сынок, ходи, учись, а работы я тебе устрою». - Мне не нравилась эта идея, но кто меня спрашивал? Неприлично думать, а тем более решать. Не привык я сопротивляться, и, конечно, подчинился. Мозги мои оказались не бараньими, а куриными. Долбоеб я, на четырех копытах зря землю топчу! Во всем сам виноват! Стал подкуривать, хорошо стало, смеюсь, кайф ловлю… и в месяц раз в институт наведываюсь, и так окончил и диплом взял. Папаша о должности позаботился: « Ну, все, сынок, ты достиг цели. Как был бы счастлив твой дедушка. Он не богатым был, но уважаемым скотом. На поминках волчьего вожака из него поминальную кашу приготовил, и когти облизывали, капли не оставили, добавку просили. Не было при жизни у него ничего, кроме руна! Бродил, бедняга, по скудным пастбищам бродил и траву щипал. Там он с твоей бабулей познакомился, и там меня такого крепкого зачал. Рос я на воздухе свежем, и на воле, отчаянным был с шакалами в драки вступал, и зауважали они меня так, что дружить стали. У них я жизни учился. Всего сам добился: и уважения, и титула двукратного чемпиона по штанге среди тяжеловесов. Береги, сынок, мой труд, держись крепко за нажитое и добавляй к нему». Я молча головой кивал. И на работу поперся, в ночную смену. Лег и ширнулся. Но по закону подлости груз прибыл, ничего не соображаю, копыта кое-как поднял, чтобы честь отдать: «Младший лейтенант баран – Папик! Покажите, пожалуйста хуй!», - сказал я, потеряв контроль над собой. Вернулся в сознание только в наркологической клинике. Лежу под аппаратами, вокруг суета… - Не волнуйся сынок, это из-за передозировки, - блеяла мамаша, вытирая слезы. - Ему нужен покой и все будет хорошо, - шепчут врачи, выводя мамашу. - Ты оказался крепким бараном, сейчас один хороший козел задаст тебе несколько дружеских вопросов, сосредоточься на них. - О чем сейчас думаешь? – спросил козел. - Не о чем. Я не привык думать. - Что сейчас хочешь? - Иглу. - Хорошо, смотри мне в глаза. Хороший баран! Вот в эту точку, хороший баран, баран на закланье. - Нет! Я плохой баран, баран – наркоман, мое мясо несъедобно, оно жесткое, сухое. - Хороший баран, баран – мериносовый жакет, баран – ангоровый свитер, мягкий матрас, но где-то завелась моль! Сгинь моль, уйди моль, а не то, я хороший козел твой все выебу! - Я сам твой все выебу! – и оторвавшись от шнуров, бросился по коридору наутек. Из кабинета главного врача слышалось блеяние папаши и мамаши. Отец сидел, понуря рога. Затаив дыхание и спрятавшись за дверь, я с интересом подглядывал и подслушивал. Врач – здоровенный бык, в полголоса говорил с отцом. - Му-у, положение мало обнадеживающее. Ягненку потребуется длительное лечение. Это лявры. - А что это? - ВЫ - чемпион и не знаете? - Я чемпион по штанге, а не по ляврам. - Лявры – это сущности, вызывающие вожделение и страсть. Преобладают в семенных яичках. Кроме лявр у него тяжелейшая форма шизофрении, анарексии и булемии, третья стадия депрессии, злокачественная опухоль глаза, метастазы в рогах, желтуха, гепатит ануса, инфаркт Барана, базедова болезнь пениса. Ознакомитесь поподробней. Вот прайс-лист, и незамедлительно оплатите по чеку. Если нет наличных или на текущем счету, то я вызову больничного нотариуса и мы переоформим ваше имущество. Услуги хорошего козла не входят в счет лечения – с ним договоритесь отдельно. - Где он?! – в кабинет влетел запыхавшийся хороший козел. - Кто он? – удивился главврач. - Пациент! - Пожалуйста, скажите, как наш ягненочек? – жалобно блеял отец. - Сделал все, что мог. - Бе-е-е, - мамаша с горя покатилась по метлаху, задрав копыта и кусая шерсть. - Бе-е-е, ни хуя себе, - угрожающе пошел отец рогами на козла. Тот бросился наутек, отец за ним. - Держите неплательщика! – прорычал главврач, двинув свою тушу им вслед, по ходу вызывая патруль. Козел ловко увиливал, отец метался делая круги, а им вслед мычал главврач: - Му-y-y, жопу выебу! - Выкуси ты у меня олимпийский трехрублевый, - не полез в карман за словом папаша. Бык навалился на отца, козел успел скрыться в лабиринте. А я еще никогда не гордился так отважным сердцем отца. Он поднял на четырех копытах тушу врача, играя его массой, как воздушным шаром. Легавые уже были в клинике и с интересом наблюдали за этим зрелищным состязанием. - Ни хуя себе! – пролаял легавый высшего ранга. – Тут зарубежный спецназ нужен. - Наш тоже сойдет, - хотел показаться умным низший по рангу. - Стойте! Стрелять буду! – сделал предупреждение высший по рангу. - Опусти оружие, я возьму их на себя, - хотел выслужиться младший. - НЕ смеши, ты хоть знаешь как курок спускать? - Спущу! - В штаны ты спустишь, дешевый пудель! - Я бульдог чистых кровей, с паспортом. - Ты такой же бульдог, как я ворона, на морде твоей паспорт. Смесь бульдога с носорогом. - Долго будем так стоять? – решил поменять тему пес. - Хватит духа? Фас, бросайся! - Но лучше б питбулей вызвать. - Овчарок надо зарубежных дрессированных, если честно, мне по хуй! Пусть раздирают друг друга. Я и говядину, и баранину одинаково люблю. Что ты скажешь насчет ставок? Я лично ставлю на барана сто баксов. - Сто на быка, баран устал. - Триста на барана, - подхватил третий пес. Налетел весь медперсонал: бобрихи, енотихи санитарки по пять баксов ставили. Фаворитом был мой отец. - Дневной рацион пшена на барана, - кричал попугай. На шум сбежалась вся улица, элита, чернь, плебеи. Повеяло запахом баксов. Все в лапах, клювах баксами размахивали. - Десять тысяч на барана! – парадная дверь распахнулась, все пришло в смятение, в смущение, но во всяком случае шум-гам стихли, все взоры были обращены на мирового судью. Соперники прекратили борьбу. - Что здесь происходит? Кто будет главным свидетелем по этому делу? - Я – свидетель и пострадавший, - из многоголовной толпы выскользнул хороший козел, виновник заварухи. - Говорите! – приказал мировой судья, тоже козел. - Привезли меня сюда для оказания психологической помощи барану – наркоману. В приемной врачи крутятся, а эта бараниха из-за непутевого сына слезами обливается. Жалко стало, решил утешить. - Неправда, Ваша честь. Этот развратник полапать меня решил, - блеяла мамаша. - Свидетель бараниха, помолчите! Я Вам слова не давал. Продолжайте свидетель. - Бе-е-е, - попер рогами возмущенный папаша. - Прекратите бесчинства! Иначе мне придется вас арестовать. Продолжайте свидетель. - Да, я решил приласкать ее, но она так боднула меня по яйцам, что…что… - Свидетель Козел, у Вас есть заключение экспертизы? - Да. - Передайте документ. - Пожалуйста, мне можно поговорить со своим адвокатом? - Ваша просьба удовлетворена! После коротких переговоров Хорошего Козла с адвокатом, защитник поднялся с достоинством, обозрел толпу: - Собственно по какому делу проходит мой клиент? - Я протестую, ваша честь! – крикнул кто-то. - А это еще кого хер принес? – удивился судья. - Я – личный адвокат Барана, отца пострадавшего ягненка. - Протест отклонен. Говорите Хороший Козел. - Здесь меня приветствовал главврач – бык, - продолжал Козел. -Ваша честь, позвольте задать вопрос, - вновь вступил адвокат Барана. - Разрешаю. - Уважаемый Козел, вы всегда говорите, что думаете? - Моя совесть не позволяет мне говорить одно, а думать другое. - Ваша честь, я протестую, на моего клиента оказывается психологическое давление, - не унимался адвокат Козла. - Протест принят, продолжайте. - Прошел я по больничному коридору, который, как вы видите, весь в мраморе. Кроты здесь трудились, они хорошие мастера, прекрасно работают, а на нашего брата вовсе бесплатно. - Да, что вы говорите? – не скрыл удивления судья. – Неужели кроты работают лучше ослов? - Да, ослы бесплатно работают, но не совсем – сена требуют. А вот кроты – это золотая жила! Я лично кротов пригласил. Эти твари у кладбищ крутятся, там работы по камню чаще встречается. Я подошел, поговорил и хорошую сумму предложил. А они не соглашаются, трехразового питания с десертом и выпивкой требуют… - Что-о! Как посмели?! Такого питания у меня нет! - Да, ваша честь, наглости у этих бродяг хоть отбавляй! Я сделал вид, что согласился, а они приперли меня к чьей-то могиле и задаток требуют. Я говорю: « Вы начинайте, а задаток будет». «Мы крутые кроты и никому не верим!» «Какие же вы крутые? Если кидняка боитесь? Уебывайте, я ослов найму, они бесплатно работают и кроме сена ничего не просят!» « Ладно, - говорит вожак, - Ты только ослов не нанимай, они нам цену сбивают. Сегодня же приступим». И приступили. Весь дом мрамором оформили, а дальше альфрейные работы пошли. Жрать сами жрали, я им обещал стол компенсировать. Рядом шикарная элитарная пиццерия существует, там они себе обед заказывали. Директор пиццерии Вито, вепрь, крутой бизнесмен и честный кидала. Лекарственными препаратами манипулировал, не без проблем, конечно. Дело в том, что Вито по гуманитарной программе в Анидор приехал, он большой гуманоид. Он даже этого главврача быка Ито к своей программе подключил, все бесплатные лекарства по сходной цене ему поставлял. - А откуда он лекарства получал? - От зарубежных доноров, котов, баранов и других. - А он сможет мне лекарства достать? Я при деньгах, но остро нуждаюсь. - О чем базар? Это для него честь, вам судье, конечно полагается. Сейчас ему позвоню. - Ваша честь! Я протестую, Козел уходит от основной темы, - возмутился защитник барана. - Протест отклонен. Ну, что вы дозвонились? - Он просит уточнить, какое именно лекарство Вам требуется? - Я не знаю, у меня почки плохо работают. - По каким симптомам Вы так решили? – вмешался главврач Ито. - Сать не могу. - Вы злоупотребляете алкоголем? - Нет, я по добру, по здорову употребляю. Кто может мне запретить? - Ясно, вам нужен диализ и пересадка донорской почки. - Хорошо, к этому вопросу мы вернемся позже. Продолжайте, Хороший Козел. - Вито сюда прибыл деньги делать. Его пиццерия процветает. - Чем можно объяснить такой успех? Допускаете ли мысль, что Вито занимается черной магией? - Не думаю, секрет его успеха в пекарях. Вито укомплектовал персонал из крошечных беспризорников – эксплуатация детского труда. Платит мизер, а в отчетах реальные суммы фиксирует – вот и вся магия. Он здесь большой и красивый дом построил. На себя оформить не имел право и оформил на местного одного бобра. А бобры, всем известно, аферисты – взял да и убежал. Секретутка у него была тоже бобриха и тоже наёбщица. Он гуманитарные лекарства ей втихаря давал для незаконной реализации. Она продала и с деньгами умотала. Но Вито не отчаялся, хорошую бухгалтершу нашел. Какая!!! Такая, что не жрет, чтобы не срать. Всех маму ебет. Хорошую зарплату он ей дал, помимо белой бухгалтерии, черную ведет. - Ты бы ее со мной познакомил, мне черный бухгалтер, как пиво в жару нужен. - Я познакомлю. - А чем он еще, кроме бизнеса занимается? - Ебется! И по черному. Каждый раз у него новая самка. Его и под кустиками и на лавке ловили на этом деле. Он пока не трахнет, на работу не возьмет. Одна подзаборная енотиха приперлась в красных ласинах, алкоголичка и вонючка, он ее шеф-повором устроил. - В пиццерии? - Нет, в те годы у него пиццерии пока не было. Тогда только все понаехали. Тогда чей хуй в чьей жопе был никто не знал. Он летний зверинец открыл в селении, зарубежные животные финансировали – не наш проект. Но зверушки, кроме свежего воздуха, ни хуя там не глотнули. Зато Фарочка его и курочек, и маслица, и печенье, и все остальное перла во всю ивановскую. Сейчас у него есть столовые для престарелых зверей из неимущих слоев. Там по большому блату, после героических подвигов, тяжких трудов и серьезных блатов можно борща с гвоздями отведать и гречиху с крысиным пометом. А рекламные буклетики?! Охуеете! Там беззубые старые еноты, бобрихи, кроты, нутрии ложки в пасть пихают с таким вожделением, что если б не было видно, что это ложка, вы бы решили, что они хуй сосут и уже на пути к оргазму! Крыса у него любовница Сая, Вито ее в клинику рентгенологом пристроил. Сейчас Сая замуж вышла за нутрию конечно! Сейчас она нутрией считается, глаза выковыряет тому, кто ее крысой посмеет обозвать. - С Вито картина ясна, а как с мастерами ты управился? - А как? Кинул! Они, конечно. Возмутились, на что я им преспокойно ответил: мне работа не нравится, верните деньги за попорченный материал. В мондраж попали и мигом испарились, так, что и Вито за обеды не заплатили. - А что на это Вито? - Пришел. С меня требовал, угрожал, плакал, жаловался на бобров – волонтеров, дескать обворовывают, разоряют. - А вы? - A что я? Ни хуя! Пусть главврач Ито прежде за ворованные медикаменты расплатится. А я причем здесь был, я что ли еду жрал? Пусть пиздует и сам с ними разбирается. Так и сказал! - А он? - Саю попросил посредницей быть между кротами и им. Сая кротам родней приходилась – десятая вода на киселе. Это ее сейчас врачом знают, а раньше могильной крысой была. Короче похлопотала за сородичей и пришлось проглотить вепрю эту горькую пилюлю. Ни хуя, переживет. Вот сейчас партия гуманитарных яблочных соков идет. Он все это в пиццерии по десятикратной цене толкнет. И секонд-хенд у него есть. Енотиха Иро с ним в этом бизнесе сидит и вся ее родня с ней. Брат мешки получает и довозит до склада. Дальше множество быстрых и ловких лап мешки вскрывают и с великим ликованием перебирают: шубки, кофты, трусики, сорочки, туфельки! Новое – в сторону, дрянь-рвань на добрые дела – беднякам. На хороший товар бирочки клеят и в престижные магазины, с последующей реализацией. - Интересно, клевый бизнес! - Иро лично сама решает кому пропуск выдать к бесплатному доступу к рванью, которое бомж постесняется одеть! А за выгодно проданные вещи вепрю долю выделяет. И себя не обидит и родне надо! Трудится на благо страны! Хотя и там без скандалов не обходится, но сор из избы не выносят, все-таки в одной мафии сидят! Вместе жрут – врозь срут! - А Вито своим самкам оттуда ничего? - Ваша, честь, как Вы можете?? - Ваша честь, я протестую! Ваш вопрос не имеет основы, - вмешался адвокат козла. - Протест отклонен, продолжайте. - Ваша честь! Мой друг Вито такой низости себе не позволит! Это не вепрь, это самая, что ни на есть, праведная овечка, даже облачение у него белое, овечье. Своих самок он одевает в салонах Валентина, Версачи, Дольче Габана. - Ваша честь, - поднялся прокурор, - Позвольте задать вопрос. - Позволяю. - Что вас привело к койке умирающего ягненка? - Желание хоть как-то помочь. - Как протекал этот процесс? - Я прискакал в палату реанимации. Пахло всякими лекарствами. Ягненок лежал под современной техникой, над ним склонилось множество крупного рогатого скота, пара мелкого, мама и папа умирающего. - Ваша честь, протестую! Козел не говорит о сути дела, - это был адвокат барана Нуги. - Протест отклонен! Говорите! - Крупный рогатый скот суетился, мелкий скорбел, больной стонал и проклинал жизнь. - В какой форме? - Ваша честь, я не могу отвечать: здесь столько живности, просто неудобно. - Слово в слово! Я требую! - Ну, если так: «Свой мать ебал, какого хера трахались и меня такого недоделанного рожали». - Бе-е-е, свой мать ебал! Если это правда, мой сынок таких слов не знает! – потерявший самоконтроль Нуга двинулся рогами на судью, - Ты на кого это рогами лезешь, ублюдок?! На меня, на судью?! И мать выебу и жену! Вдобавок и дочку на десерт! Арестовать барана! - Как адвокат Нуга, я выражаю протест, арест не имеет под собой мотивации. - Ваш клиент оскорбил суд! - Мой клиент выразил протест против ложных показаний Хорошего Козла. - Ваш клиент нарушил общественный порядок! Наложить накопытники. Бедный мой отец! Что я наделал? Эх, Бабря, какой стыд! В какое отчаяние я впал! Духу не хватала вступить в защиту отца! Наложили на его копыта кандалы и допрос учинили: «Кто вы? Где родились? Имя, фамилия, порода, отпечатки копыт, работа, образование, лояльность, партийность, политический курс, документ о доходах, сексуальная ориентация?» Отца загнали в угол, мне было обидно и за него, и за себя. Но отец с достоинством чемпиона предстал пред судом нечестивых. - Родился я, как подобает барану – в горах. Нугой назвали меня! Фамилии нет, хотел человеческую, но много денег попросили, а мне, как и другим, деньги с неба не сыпались. Овчинка выделки не стоила. Порода – тонкорунная овца, но ментальность шакала: с детства рос с ними. Образование высшее, как у всех баранов. Диплом честно купил, иначе карьеру не сделаешь. Спортсмен – гордость страны, двукратный чемпион по штанге в тяжелом весе. Лояльный, конформист, мне по бараньим яйцам кто у власти, лишь бы мне и моим выводкам хорошо было! - Ваш политический курс? - А на каком курсе политика? - На верном. - Да, да, на этом верном курсе я нахожусь. Семейное положение не оставляет желать лучшего. Трудолюбивая, любвеобильная, верная, как политический курс; ласковая, как кошка; плодородная, как чернозем супруга! Два чудесных ягненка. Я в них души не чаю. Я из-за них так мучаюсь, нуждаюсь, одну солому жую, и то в гуманитарных загонах, чтоб их на копыта поставить. Бедный мой сыночек! Что с ним сделал Ито- жулик, еще врачом называется! Ваша честь допросите негодяя, пускай признается, в какой ресторан отправил и на какое блюдо пустили его там. - Подсудимый, не юлите от темы. Ито по этому делу проходит как потерпевший от ваших действий. Я хотел крикнуть: «Папочка! Милый, дорогой, я здесь, твой ягненочек, живой, при руне!». Но силы воли не добрал. А папаша продолжал. - Имущества у меня нет. Что может иметь дипломированный баран-чемпион? Раньше на зарплату перебивался, а сегодня я безработный. Соседи кормят объедками. Никто о моих заслугах не помнит. Героев здесь принято забывать. - Подсудимый, вы внесли данные о вашем имуществе в декларацию. - Какая декларация?! Я в ужом хлеву живу. Бомжем стал! Потерявший терпение прокурор вскочил и обратился к присяжным. - Господа присяжные и заседатели! Что я вижу - здесь представители прессы? - Здесь журналисты?? – возмутился судья. – Как посмели эти мерзкие твари сюда явится!!! Задержать! Арестовать! Разбить их ебанные камеры на хуй! И пошло и поехало! Журналисты оказывали яростное сопротивление. С ними были и представители из оппозиции, интеллигениция, культурные деятели, поэты, писатели. Они очень по-культурному бодались, блеяли, мекали, мычали, икали. Один бездарный поэт, сгорая творческим желанием попасть в поле зрения телевидения, экспромтом сочинил стихи: Я хочу богато жить Диссидентом стало быть, И отправиться туда, Где кока кола и жратва. Десять суток горе-поэту за хулиганство присудил судья. Сахар, сахар у меня! Хулиганство – ни хуя! Месяц дайте или два И уеду на хуй я! Ситуация накалялась, поэт страдал диабетом, ему стало плохо, благодаря чему он принял огнь на себя, чего и требовали его планы на будущую благополучную жизнь. После дозы инсулина, он возлежал на носилках, виртуозно изображая из себя пострадавшего за права животных. - Му-му – кто платит за услуги? – мычал Ито. - Как вам не стыдно? – заржала вдруг лошадка. – Вы нарушаете клятву Гиппократа, вас надо судить! - Нас и так судят – ответил Ито, указывая на кандалы. - Плохо судят! – продолжала возмущаться она. - Кто это там смеет оскорблять суд? – стукнул рогами по столу судья. Лошадка попыталась оправдаться: - Я об общественном осуждении. Я не хотела оскорбить суд. - Кто вы такая? Представитесь, шваль! Имя! Фамилия! Место и год рождения! Лояльность, политический взгляд! Семейное положение! Доходы! Сексуальная ориентация! - Родилась здесь – местная. Зовут Прона. - Дальше не грузите – и так башка трещит. Свидетель Прона, как вы оказались на мечте происшествия? - Случайно прискакала рентген позвонка сделать и оказалась в эпицентре этих событий. - Считаете ли вы наш суд справедливым? - Сам факт суда однозначно да! Но желательно, чтоб жуликов таких, как Ито судили бы построже. - Му-y-y, маму выебу! - Не обращайте на его мычанье внимания. - О чем я? Да, о враче. Он совершил много преступлений. Тут болтали, что он кровь продает, причем ослиную как козлиную. Гуманитарные медикаменты скупает и втридорога на пациентов толкает. За бесплатные программы и полюсы дополнительную плату требует и диагнозы придумывает. Я лично пострадала от его деятельности. Я – лошадь не первой свежести, грубо говоря, кляча. Полюс предоставила, а он мне: «Так вы – не кляча, шерсть блестит, зубы целы, полюс выдан безосновательно, платите». А я лошадка норовистая, но законопослушная. Все барьеры без нарушения закона преодолею. Протез показала: «посмотрите, челюсть вставная». А он мне: «Мне по хуй, что вставная, что нет, плати». Поскакала я галопом в мерию. Так, мол, документ забраковали. А чиновник, тоже бык, пошел на меня рогами, я на дыбы и заржала, а бык: «Му-y, маму выебу!» , а я: «Правильно, так надо Ито!», а он мне: «Ах, ты шваль такая, твою маму выебу! Не его! Он моей коровы кузена, тещи невестке кровным братом приходится. Чтоб твоего духу здесь не было!» Понесла я на него, а он – кнопку и охрану питбулей вызвал. Ускакала я, хорошо не загрызли. Каждая прививка баснословных денег стоит. Прискакала к должнице, енотиха есть одна, французские духи меня купила, а деньги шесть лет не дает. Передними копытами даешь, а задними брать приходится. Еле-еле, с боем полсуммы вырвала и обратно плату этому вымогателю вносить. - Свидетель Прона, почему вы не обратились в бесплатную клинику для кляч? Если память не подводит, там, на снимках Сая, любовница Вито, сидит. - Ваша честь! Знали бы вы, что там творится! Медперсонал фиксированную зарплату в баксах получает. Прискачешь туда здоровым, больным уйдешь. На чем свет стоит вымандят, пустой лист подписать заставят, без лекарств на бойню выкинут. Чтоб мой враг там лечился! А здесь у Ито аппаратура новейшая, по блату, конечно. - Понятно. Ито, это правда, что вы авантюрист и махинациями прихватили новейшую аппаратуру и отказываетесь лечить по полюсу? - Му-y, я всех лечу, я плату не прошу, если попрошу, то какую-то хуйню. Эти лжесвидетели работают на заинтересованные в моей дискриминации лиц. Это тотальная травля врачей! - Вы нагло лжете! Да, да! Ведете себя недостойно врача! Да, да! Как вам не стыдно! Звери! Что же это делается? Кому вверяют здоровье и жизнь животного мира! Он даже в почкобизнесе замешан! Наказать скотину! Да, да! Высшую меру! Да, да! – ржала Прона. - Му-у, маму выебу! - Свидетель Прона, контролируйте эмоции! Не надо так громко ржать и вставать на дыбы! Суд благодарит вас за ценные показания, сотрудничайте с нами и в дальнейшем, только не так эмоционально. Что касается этого скота, к нему будут применены крайние меры. Прямо на бойню и в Никору с селитрой и чесноком, когти оближите! Продукцией моей Никоры все довольны, – примерно так звучала речь прокурора. Последнее слово было за судьей. - Это правда, что за медицинской практикой вы скрывали личные интересы? - Ваша честь! Где у меня интересы? Нажраться в ресторане, потрахаться в сауне, сочинить болезни, вы считаете интересами? Почему же бездарный диабетик – творец, а я – преступник? Нет, и я творю! Смотрите, какие я болезни насочинял, это новый фантастический жанр! - Дайте сюда, - он прошептал, - Рифмы нет. – Сухо заметил и вернул врачу. - Это белый стих. Но вообще, я лучший реаниматолог. Вам тоже пригожусь, когда подыхать будете, я вас бесплатно усыплю, чтобы долго не страдали. Меня, между прочим, многие об этой услуге просят и платят хорошо. Я вас бесплатно обслужу. Вы, конечно, отблагодарить меня никак не сможете… Но ваши детки век моего добра не забудут. И еще, простите за откровенность, но у вас серьезное заболевание – витилиго шкурно венерического характера. Но, если вы умоетесь моей мочой, то приостановите процесс клеточного отмирания пигмента шкуры. - ВЫ, что страх на меня нагоняете?! - Нет, выполняю клятву Гиппократа. - То почки, а сейчас еще это витилиго. Я обречен? - В том случае, если не умоетесь моей мочой. - Ладно, мочитесь. - Снимите кандалы. - Это еще зачем? - Они зажимают мой мочеиспускательный канал. Пенис станет кровоточить и лекарство превратится в яд. - Снимите с него кандалы. Вновь началась суета, легавые не могли найти ключи, Ито торопил. - Ой, ой, ой, мочиться хочу, быстрее! Почки! ОЙ, быстрее! Хорошо, наконец-то! Му-у! Все обмочу, маму выебу! Бык обосал все и вся. Потрясая возбужденным пенисом, он стремглав налетел на судью и прокурора, сбил с копыт, поднял на рога и вниз. Все, конец! Их мозги лежали на метлахе. Суматоха, стрельба, взбесившийся Ито лягался вперед к свободе, заработанной рогами и пенисом. Воодушевленный великим освободительным духом, поэт из земляных человечков вскочил с носилок. Кто-то подал ему рупор. - Благородные животные, неужели вы не видите, как нарушаются ваши права? На ваших глазах подарили свободу быку-убийце! Эта машина смерти всех на рога поднимет. Ступайте за мной! Мне рекламу надо делать! Сюда репортеры, меня, меня на камеру! Заметьте же наконец поэта, писателя, диабетика, диссидента, мученика и патриота! На камеру, чтоб весь мир меня знал! Но особенно хотелось, чтобы в стране каменной повелительницы! Авось, убежище дадут! Вперед, звери за родину, за легкую эмиграцию! Уеду! Инсулин бесплатно не дают! На хуй книжки писать! Все равно ни хуя не получается, легавые мои стихи слушать не хотят! Скачите за врагом, он убил судью и прокурора! Он вам всем платную эфтоназию сделает! Место действия перекинулось на улицу. Бык бежал что было мочи, мыча во всю Ваше мнение: Украинская Баннерная Сеть |
{v_xap_link1} {v_xap_link2}
{v_xap_link3} {v_xap_link4} |
Fortunato - Крысиный Декамерон
|
Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Ответственность за содержание произведений несут их авторы. При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.libra.kiev.ua/ обязательна. ©2003-2007 LineCore |
Администратор |