Антон Колпаков - Повесть о страшной находке простого деревенского тунеядца Ивана
Жанр: Лирика: Матерные стихи Прочтений: 0 Посещений: 2035 Дата публикации: 11.7.2007
Судьба найдет и в колхозен
Повесть о страшной находке простого деревенского тунеядца Ивана Пьяндырко, кардинальным образом изменившей судьбу его.
I
Был обычный серый вечер
И дурное настроенье,
И, как в той попсовой песне,
Однотипное виденье
Не давало мне покоя,
Заставляло содрогаться
И от внутреннего зноя
Бегать, прыгать и брыкаться!
Грезил я о самогоне –
О литровом пузырище –
Да о девке побеспутней,
Чтобы та была герлища,
Будто ветер от разрыва
Сто одной ядреной бомбы,
Чтобы рот ее работал,
Как отлаженная помпа!
Через час я раскалился,
Что стальной электрочайник,
В путь-дорогу снарядился –
Все обычными вещами.
Облачился я в штанишки
С лампасами на штанинах,
Ведь таскал еще мальчишкой
Я одежу эту стильно!
Всунул ноги я в кроссовки –
Голубые «Adidas’ы».
Правда, белые шнурочки
Почернели, пидарасы,
Да и вонь стоит такая,
Только лишь разуешь ноги,
Что прохожий, матюгаясь,
Убегает прочь с дороги.
Так, прикинувшись бедово,
Я завел свою «рогатку»,
Марки что «Планета-третья»,
И отправился на блядки.
II
Я колесил по деревне достаточно,
Нажрался пыли дорожной немеренно,
И вот Маланья, жена дядивасина,
Мне самогону во флянец нахерила.
И шесть червонцев содрала бессовестно
За литр бодяги из кала гусиного,
Снабдив наказом еще добросовестно,
Чтоб за рулем я не хряпнул бы лишнего.
А мне советы Маланьи – что в заднице
Кусок говна, за кишку зацепившийся!
Ведь все равно на «рогатке»-проказнице
Кататься буду я, в жопу упившийся!
III
На последнем повороте
У загаженной реки,
Где рыбачат идиоты
И бухают мужики,
Мой мотак как будто перднул,
Затуманилась башка;
Я ручник что силы дернул
И очухался в кустах.
Вижу – еб тыть, мать честная,
Под ракитой одиноко,
Призадумавшись глубоко,
Сидит телка ломовая!
Я вначале так подумал:
«Полно, Ваня, это глюки!» -
Но потом все ж бес попутал
Взгляд поднять от мини-юбки.
В вымя подлинно коровье
Тут же харей я упер
И от шока от такого
Хуем дерево пропер!
«Здравствуй, байкер ты ебаный, -
Девка тут мне говорит. –
Ты, чувак, какой-то странный –
Хуем дерево пробить!»
«Это все, - смутясь, ответил
Я, а сам тайком приметил,
Что деваха-то согласна
Кувыркнуться где-нибудь, -
Это все от неги страстной!
Я люблю Вас, Вы – прекрасна,
Хоть и знаю Вас чуть-чуть!»
«Ну тогда, герой-любовник,
Подбирай свой драндулет!
Только помни: ты – покойник,
Если слаб твой пистолет…
А хотя… - она замялась, -
На ракиту коль взглянуть,
Что за хуй – все ясно станет:
Вскочит – вряд ли разогнуть…»
«Погоди, - я вынул флянец
С разогретым самогоном. –
Это – чтобы пели яйца
При ударах о промежность
Не фальцетом, не про нежность,
А горланили клаксоном
И звенели, словно бубен в жопу пьяного нанайца!»
Тут деваха, как собака,
Вырвав флянец, заглотила
Половину бормотухи
И, вдохнув из бензобака,
Популярно разъяснила:
«Это – чтобы с голодухи
Не порвать пизду и жопу!»
Я подпрыгнул: вот блядюга
Мне досталась, остолопу!
IV
Я по пьяни езжу часто
И на скорости такой,
Что у девок буферастых
Сиськи трутся за спиной!
И моя – не исключенье:
Только вдарил по газам,
Как юбчонка белой тенью
Подлетела к буферам!
Лиф не выдержал нагрузки,
И крючочки – щелк да трах!
Правда, эта часть одежды
Удержалась на ушах!
Так на третьей передаче
Я влетел в сосновый бор.
Потемнело. Пьяный в сраку,
Я не видел, куда пер.
Где-то метров через сотню
Я свернул немного влево
И, от страха чуть не кончив,
Со всех сил въебался в древо.
Телку вынесло далеко –
Аккурат под пень сосны!
Ну а я уже в полете
Начал стягивать штаны!
Мы, наверно, перемяли
Восемь га лесного фонда!
Даже птицы не трещали,
Чуя запах генофонда!
В жопу ей хвоя набилась –
Девка славно потрудилась,
Но немного уморилась
И к минету подключилась.
Только в тот момент легонько
Дунул слабый ветерок
И овеял страшной вонью
Наш интимный уголок.
У меня от вони этой
Чуть башка не отвернулась,
А деваха, как конфетой,
Чуть хуем не поперхнулась!
«Что за вонь! – она сказала, -
Это верно, чей-то труп!
Лучше б мы сейчас съебали,
То менты ведь загребут!»
«Не пизди! – я ей ответил. –
Кто-то газы напускал,
Или, может, это йети
Под сосенкою насрал!
Я пойду и все проверю!
Ты лежи – и ни гу-гу!
Я сейчас любому зверю
Лапы с хуем оторву!»
Шел я по лесу и думал:
«Все деревья обоссу!».
Ветерок тот снова дунул:
Кто-то явно гнил в лесу.
V
Мать ебена! Под сосною,
Весь зеленый и нагой,
Скрючен дохлый гуманоид
С огромадной головой!
И меня вдруг подхватило,
Потащило, понесло…
Я орал и матерился,
Обещал свое весло
Вставить в жопу марсианам
И крутить, пока могу.
Но несло меня к братану,
Что вонял в оленьем мху.
Пизданули тут из трупа
Две огромные искры,
И одна – в мою залупу,
А другая – на носки.
Ну, носки, с искрой не сдюжив,
Разлетелись на осколки…
А вот хуй, друзья, был нужен,
Чтоб хотя б дотрахать телку…
Что же это?! Моя кожа
Начала вдруг зеленеть,
Исцарапанная рожа –
Пухнуть, хряпать и хрустеть!
Вмиг покрылся я бронею,
Словно дядька Черномор…
Чем страдать такой хуйнею,
Лучше жопой на топор!
VI
Раньше был Иван Пьяндырко,
А теперь я – рэйнджер Гром,
И Земля мне – что подтирка
В туалете за углом.
Я космических бандитов
По Вселенной метко бью!
Не курю теперь «Davydoff»,
Самогон теперь не пью!
Да и с бабами – поверьте –
Неудачно с той поры,
Как у дарили мне в тело
Две огромные искры…