Жанр: Проза: Рассказ Прочтений: 0 Посещений: 2282 Дата публикации: 12.8.2007
Сантьяго был довольно миловидным и сильным стариком для своих семидесяти лет. Смуглая обветренная кожа, седые коротко стриженые волосы, не слишком длинная борода, мускулистые руки и не по-стариковски сильные и быстрые ноги. Да, и еще у Сантьяго были не по-стариковски яркие, сияющие голубые глаза. Может, от того они были такими, что он всю жизнь прожил у моря и всю жизнь смотрел на него. А еще он всю жизнь работал в этом самом море.
С двенадцати лет Сантьяго ходил на рыболовецкой шхуне. Сперва был простым помощником: потрошил пойманную рыбу, мыл палубу, чинил сети. Он, совсем еще мальчишка, с замиранием сердца и с известной долей зависти смотрел на работу взрослых, совсем не простую, но такую захватывающую. Карлос, юноша лет семнадцати, которому уже доверяли сети, всегда посмеивался над ним:
- Ну что ты, Сан! Давай, попробуй слови такую же, - дразнился он, высоко поднимая за хвост длинную жирную рыбину, нагло поблескивающую своими замечательными серебряными боками под палящим полуденным Солнцем. О! Как он ненавидел и этого Карлоса, ехидно улыбающегося все время, и эту рыбину, будто бы тоже посмеивающуюся над ним своим хищным оскалом! О! Как ему хотелось скорее вырасти и словить такую же или даже лучше, еще жирней.
Потом все это пришло к нему. Были и его семнадцать лет, была и его первая настоящая рыба – много чего было, теперь уже всего и не упомнишь. В это время в его жизни появились друзья, выпивка, красивые девушки. Кстати, тогда же Сантьяго подружился с Карлосом, который стал ему вместо старшего брата. Надо сказать, именно Карлос научил пить юного рыбака, заставив его однажды выпить на спор целую бутылку молодого вина. И курить он его тоже научил. И первую девушку к Сантьяго привел именно Карлос.
Впрочем, сейчас Сантьяго никто не дал бы его лет – выглядел он не больше, чем на пятьдесят. Все в селении знали его возраст, и от этого еще больше уважали: старик единственный из бывших рыбаков продолжал работать. Правда, в море он больше не ходил, разве что иногда, чтобы попробовать новые снасти или обучить кой-чему молодняк. Теперь он работал на берегу: что-нибудь грузил, чинил сети, потрошил рыбу… «Дивно, - думал Сантьяго, - пришел к тому, с чего начинал, как будто заново учусь всему, что и так давно знаю».
Иногда старик и сам не понимал, зачем работает. Семьи, которую надо было бы содержать, у него отродясь не было; хижина была кое-какая, и на пропитание хватило бы. Себе он оставлял совсем немного денег, на остальные же покупал подарки небогатым рыбацким семьям или раздавал соседским ребятишкам сладости. Иной раз, когда у него прихватывало спину или еще где-то болело, он сам себя корил: «Чего, старый дурак, взялся за работу не по зубам, не мальчик ведь уже». А потом, когда боль отпускала, Сантьяго радовался: «Ну и правильно, что работаю. Что еще делать? Не сидеть же в хижине целыми днями. Ну, или не идти же мне, старому морскому волку, на поля к крестьянам. Правильно все!» - будто бы успокаивал он себя.
Старика любили и уважали в этом селении. Однако за ним закрепилась слава человека нелюдимого и даже скрытного. Когда все рыбаки шли в прибрежную пивнушку – пропустить стаканчик другой, Сантьяго оставался на берегу и долго смотрел в море. Иногда кто-нибудь у него спрашивал:
- Послушай, дружище, почему у тебя нет семьи? Ведь, помнится, была у тебя когда-то жена. Куда ж она делась?
- А мне почем знать. Гуляет где-то вольная, как вот этот ветер.
Или еще кто-нибудь спрашивал старика:
- Сантьяго, а где твои друзья? Где Карлос? Ведь были ж они когда-то - селение до сих пор помнит ваши веселые гулянки.
- Нет теперь моих друзей. Одни, как этот ваш Карлос, боится отцепиться от бабской юбки. Тьфу! Вот захомутала его Франческа и все. Такого человека потеряли! А другие давно уж отгуляли свое – в земле теперь лежат.
Все давно привыкли к таким его ответам и особенно не докучали старику. Бывало иногда какой-нибудь совсем молодой рыбачок пытался что-то расспросить у Сантьяго, но тот, сурово посмотрев любопытному в глаза, уходил от селения далеко к берегу моря. Тогда мужчины говорили нерадивому юноше: «Не трогай ты его, он никому о себе ничего не рассказывает. Наш старик Сантьяго не из болтливых. Хороший он мужик, в такие годы работает наравне со всеми – мы его уважаем. Чудной он немного, но хороший». И женщины вздыхали о Сантьяго: «Несчастный старик. Столько лет совсем один. Поди, и поговорить не с кем. Ах, бедняга, мается на свете. Хороший ведь мужик, работящий. И почему он не женился?» Молоденькие девушки побаивались Сантьяго, считая его сумасшедшим стариком, помешавшимся от одиночества.
А он в такие дни особенно долго сидел на берегу и смотрел в море. Иногда с его стороны до людей доносились громкие окрики или заливистый смех. И тогда мужчины и женщины селения, видя вдалеке на фоне моря фигурку старика, лишь сочувственно качали головой. Никто не решался его трогать, знали – все равно не отзовется и ничего не станет объяснять. А Сантьяго еще очень долго, до самых сумерек, а иногда и позже сидел и разговаривал с морем.
Мере ему шептало свои песни, и старик вторил ему шепотом.
- Море, как жить, когда сил больше нет?
- А ты живи, как солнце, - живи для других.
Сантьяго смотрел в небо, и оттуда ему улыбалось солнце. И он улыбался ему в ответ, понимая, как надо жить.
- Солнце, как научиться любить всех людей, даже злых и жестоких?
- А ты люби их, как любят деревья, - будь выше их всех, но всем дари свою тень, и когда-нибудь они поймут.
Старик смотрел на деревья, в их ветвях жил ветер. И рыбак говорил с ним:
- Ветер, а где та девушка, что бросила меня когда-то? Где она сейчас? Счастлива ли?
- Она свободна, как чайка в небе. И ты свободен. Найдется ли в целом мире хоть кто-нибудь счастливее вольного?
Он смотрел в небо и видел там чаек, белых, красивых, свободных. И понимал, что счастлив. Птицы кричали ему что-то с небес, и он им отвечал:
- Чайки, куда летите?
- Летим далеко, в дивные края, давай с нами.
- Да нет, у меня еще здесь есть дела. Счастливого пути! Э-ге-ге!
А люди стояли поодаль и качали головами, глядя на несчастного одинокого старика, говорившего с самим собой