|
    Прочтений: 0 Посещений: 2310 Дата публикации: 16.9.2007 Она сидела на полу, в сумраке ночи вглядываясь в маленькую, хрупкую свернувшуюся на диване фигурку. По лицу текли слезы. Большие, теплые, жгучие, они катились по щекам одна за другой. Устав от бессмысленной и бесконечно долгой борьбы, она рухнула на пол без сил, растрепанная, с размазанной по лицу тушью, с порванной местами одеждой. Да, видели бы ее сейчас коллеги… Впрочем, на кафедре никто и не догадывался о ее беде. Дочка Светочка всегда была воспитанной и милой девочкой, здоровалась, улыбалась. Многие, у кого были проблемы с детьми, втайне завидовали Тамаре Алексеевне – какая у нее замечательная дочь. Сейчас она вспоминала, как все начиналось. Был муж, была дочка Светочка, была крепкая, стабильная семья, была уверенность в завтрашнем дне. Дочку они назвали именем «несущая свет», чтобы она дарила радость всем вокруг. Тамара Алексеевна вспомнила первое дочкино платьице с бантиками и кружевами, в котором ее крестили. Слезы закапали еще быстрее, на вкус они были почти горькие. Затем случилась довольно банальная история – семья развалилась. Муж ушел, Тамаре пришлось много работать, чтобы содержать дочь. Светочка росла чудесным и умным ребенком. Она все плакала и плакала, как будто это чем-то могло помочь. Будто эти ее слезы смогли бы смыть ее позор, залить и утопить ее беду. В юности Света увлекалась искусством. Читала много серьезной, философской литературы. Любила классическую музыку. Хотя, как вся молодежь, иногда слушала что-то тяжелое, грубое, и когда мама пыталась ее воспитывать, страшно обижалась и говорила, что та ничего не понимает. Играла в театральных постановках, писала стихи. Из Светы выросла вполне одаренная, развитая и чрезвычайно скрытная личность. Когда началась учеба в университете, дочь съехала на съемную квартиру. Тамара Алексеевна сначала очень волновалась, часто наведывалась к дочери. Затем, снискав материнское доверие и уважение, студентка избавила себя от частых надоедливых визитов. Обходились одним разом в месяц. Потом была стажировка а Америке. Масса новых впечатлений, друзей, знакомых. Когда Света вернулась, мать заметила в ней перемену, но не придала значения – думала просто соскучилась, долго не видела ее, отвыкла. Виделись снова редко. Последний год учебы, подработка, диплом. И вот теперь ее дочь, уже такая взрослая, лежала на диване, как сбитая собака на обочине дороги, и тихонько поскуливала. «Неужели это моя дочь? А ведь когда-то была такой маленькой – в руках умещалась. Теперь она стала совсем большая, самостоятельная. И такая несчастная». Стало жалко и себя, и дочку. Слезы закапали с новой силой. Тамара Алексеевна плакала молча, иногда тихонько всхлипывая. Света услышала это, повернулась от стены лицом к матери. Мертвенно-бледная кожа светилась в темноте комнаты. Обмякшее тело. Слабый, еле слышный голос. Матери хотелось закричать от ужаса и боли, но не хватило сил. Заливаясь потоками горячих слез, она взяла ледяные ладони дочери. - Что, что, Светочка? - Ма-ама, - сил хватило лишь на одну слезинку, - мамочка, мне так плохо. Я знаю: я сегодня умру. Прости меня, мамочка. Прости, что так вышло. Она тихонько захныкала, как в детстве. Плечи матери вздрагивали от бесконечных рыданий. - Света, доченька, что же ты такое говоришь? Ты живи, не умирай. Не умирай, - из груди вырвался стон, - что, что мне сделать, чтобы ты была со мной? Что-о-о? - Мама… Принеси мне дозу… В последний раз… - проговорила еле слышно сухими, растрескавшимися губами. Мать зашлась в рыданиях. - Где?.. Где я ее возьму?.. О-о-о! - Пойди… в клуб…«Stars». Спроси… Дэйва. Скажи… что от Мадлен. Возьми… порошок, - тяжело выдохнула. - Хорошо, хорошо, я пойду. Ты только дождись. Дождись меня. Поднялась с пола, кое-как привела себя в порядок, скрепя сердце вышла в ночь. Она не помнила, как добралась туда, как взяла небольшую капсулу, как дошла обратно. Помнила только пустые предрассветные улицы, холодный, пронизывающий ветер, гуляющий между домов и чувство безграничного одиночества, безнадежности, необратимости, безысходности ситуации. «Боже мой, ну за что мне это? За что? Все это? Вон сколько окошек. И в каждом живут люди. Любят и жалеют друг друга. А мне… За что мне досталась такая беда?» Вернулась в квартиру. Пустую и холодную. Тихо. Не слышно ни стонов, ни тихого дыхания дочери. «Может, она… Нет! Нет! Не может такого быть!» Бросилась в комнату. Дотронулась до холодного лица. Дочь открыла глаза. - При-нес-ла?.. – спросила на выдохе. - Да… да, девочка моя. - Подогрей и… набери в шприц… - Но как, я не умею! Света выдохнула и закрыла глаза. Заливаясь жгучими, горькими на вкус слезами, Тамара Алексеевна пошла на кухню. Зажгла газ, взяла черпак, раскрыла капсулу. Нечто подобное она видела только в кино. «Чем мне приходится заниматься? Готовлю смерть для собственной дочери. Бедная, бедная. Несчастная моя девочка». Вернулась в комнату со шприцом. - На… - проговорила охрипшим от бесконечных рыданий голосом. - Мамочка… я не смогу… помоги мне… - О-о-о… - ее затрясло от слез и осознания ужаса происходящего. Света выставила руку с огромными синяками на сгибе локтя. Мать забилась в истерике от вида тела собственного ребенка, так жестоко искалеченного каким-то порошком. Еле сдерживая себя, разглядев во мраке комнаты вену на руке, она ввела жидкость. Без сил села на пол, уставившись в бледное, ничего не выражающее лицо дочери. Заплакала. В тишине комнаты было слышно, как тикают в коридоре на стене часы. Света с силой выдохнула. Послышалось ее спокойное, ровное дыхание. Тамара Алексеевна всем телом подалась к дочери. В блестящих глазах с огромными, черными, маслянистыми зрачками отражался свет фонарей с улицы. - Спасибо, мама. Она хотела сказать что-то еще, но ее горло сдавило удушье. Маленькое, хрупкое тельце забилось в конвульсиях. Мать вскочила, ничего не понимая (или не желая понимать), затрясла обмякшее тело. - А-а… Что, доченька? Что? А-а-а… *** Она так и не узнала, что хотела сказать ей дочь. Пыталась что-то разглядеть в ее глазах, но так ничего и не увидела в застывшем взгляде. «Боже мой, боже мой… Что же это я? Сама убила свою дочь? Неужели, передозировка?.. и как теперь я буду жить?.. для кого? Нет! Лучше бы я умерла. Пусть бы она жила. Всегда. Вечно. Ну зачем, зачем я ей принесла эту дрянь?.. Это я виновата! А может, она еще жива?.. - Дочка, доченька, Светочка-а-а Нет! Нет! Нет! Я не буду в это верить. Не верю! Не верю!.. А впрочем, я почему-то чувствовала, что она сегодня умрет. Может, это к лучшему?.. Она бы только мучилась на земле. А теперь она уже далеко, там, где хорошо и тепло. Там, где все счастливы. Наверное, она умерла счастливой… А в детстве Света всегда мечтала попасть на радугу. И почему она ей так нравилась? Маленькая, она так радовалась, так смеялась, когда видела радугу. Цветная мечта детства. Может, она сегодня попала на радугу? Да, она умерла счастливой» Теперь она знала это наверняка. По улыбке, застывшей на губах дочери навсегда Ваше мнение:
Украинская Баннерная Сеть |
{v_xap_link1} {v_xap_link2}
{v_xap_link3} {v_xap_link4} |
||||||||||||||||||||||||||||
nata - на радуге
|
Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Ответственность за содержание произведений несут их авторы. При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.libra.kiev.ua/ обязательна. ©2003-2007 LineCore |
Администратор |