Aлиса Десперадос - Ужастики

Жанр: Проза: Триллер

                       Подражание С.Кингу или о вреде самостоятельной починки

                                                       сантехники.

  Ограничение по возрасту - после 16, и по времени - до 22.00).

         Иван пришёл домой поздно вечером, как всегда, не в духе, предвкушая самостоятельную готовку еды, холодную постель  и прочие прелести холостяцкой жизни. <Наорать даже не на кого, кошку, что ль завести> - подумал он, падая одетым на диван. <С другой стороны, никто не пилит за возвращения в любое время и за разбросанную одежду>- ухмыльнулся он. С особым шиком закинув носки по разным углам, он решил принять ванну. Уж очень было холодно и промозгло на улице. <Ну а потом пожарю себе яичницу, даже нет, сделаю омлет, вроде бы в холодильнике было прокисшее молоко>. Иван залез в ванную, включил воду. Естественно, она оказалась вначале вызывающе холодной, он оставил ее стекать, а сам начал намыливаться. Вдруг в кране появились какие-то новые звуки. Кроме приятного шума льющейся воды, которая стала нехотя согреваться, появились звуки, подобные звуку пылесоса. <Ну не хватало еще закончиться воде и мне оказаться в положении инженера Щукина>- с негодованием подумал Иван. Но, по закону подлости, так и случилось. Лавина превратилась в тоненькую струйку, которая затем превратилась в капли. Однако в неисправном унитазе шум стекающей воды был. Значит, что-то с краном в ванной. Иван чертыхнулся. Слабые знания основ сантехники не утешали. Не до конца смытое мыло щипало кожу. Шум пылесоса в кране усилился до крайне высокой точки и уже напоминал шум взлетающего лайнера. Иван засунул в кран палец, но кроме неприятного покалывания и слабой тяги внутрь, ничего не почувствовал. Шум стал нарастать еще больше. Любопытство пересилило все остальные чувства, и Иван поднес голову к крану. На него пахнуло теплым смрадным воздухом, но там, внутри, что-то отчетливо шевелилось. Заинтригованный донельзя, Иван приблизил глаз к крану. И сразу же почувствовал адскую боль. Его что-то с дикой скоростью всасывало внутрь. Он заорал, но не смог оторваться от крана. Глазное яблоко со свистом оторвалось из глазницы и с хлюпаньем понеслось внутрь. Темнеющим сознанием, Иван подумал: <Надо же, какой глупый конец>. И умер. А кран, расширяясь, втянул в себя все мягкие ткани черепа, которые моментом оторвались. Всё тело дергалось, как в гальваническом припадке, мышцы и сухожилия отрывались и уносились внутрь крана. И вскоре на дне ванной, скрючившись, лежал скелет. Влажные, еще теплые кости, матово светились под включенным плафоном. Шум в кране прекратился, и пошла ровной хорошей струей теплая приятная вода:   

  Ночь на кладбище или как я сошел с ума.

         Еще один гвоздь в обитый материей гроб и веревка. Для обвязывания. Последний аккорд . Гроб, покачиваясь, спускается вниз. Глина сыпется. Родственники покойного утирают слезы. На ветру надевают шапки. И уходят. Могильщики пересчитывают выручку. Нет никого, только ветер слегка шевелит венки. И черный ворон, хрипло каркая, кружит над свежей могилой.

         А покойный - это я. Тут я просыпаюсь. Но тщетно двигать конечностями в тесном доме из досок. Плачу. Кричу. Бьюсь. Но тщетно. Ночь. Холодные ее крылья разрывают рыхлую землю и стальные когти впиваются в гроб. Совершенно отчетливо хрустят пазы моего последнего тесного дома. Со скрежетом выдираются гвозди, вбитые горе-мастером.

         Я вылажу в дьявольскую темноту обнаженным - та, что освободила меня, сняла гробовые пелены. Она ласкается ко мне мягкой кошкой, но страшные ее ласки- железные когти прячет она в пушистой шерсти. Я не хочу отдаваться ей, но благодарен за свое спасение. Темное безумие выедает мне мозг и зовет на оргии. Я отказываюсь от неё и она в свирепом отчаянии разбрасывает миллиарды нейронов, прежде составляющих мой мозг, вокруг, и щедро орошает моей кровью чахлые могильные кусты.

         Пламя сердца лишается дров и тухнет. Невозможность спастись удручает. И рвутся невидимые молекулярные связи, сульфидные мостики, нити ДНК, тело, лишенное перемычек, расползается, гибнет, превращается в однородную вязкую массу, чье имя-протоплазма, а затем, в прах. Ночь выпивает этот коктейль, смешанный со слезами мучеников и сдобренный прахом усопших своей смертью, чьи души отданы на хранение, и заперты в просторной светлой комнате Великим Ключарем, чье имя нам неведомо.

- Мне жаль тебя расстраивать, но я хочу создать еще одно существо, не похожее на тебя. Ну не печалься, ведь тебе не нужно так много ребер. Отсутствие одного ничего не прибавит и не убавит.

- Ты - Ева. Плоть от плоти человека. Ты должна гордиться своей жизнью. Повинуйся нам.

         Скорбью питаюсь я, тоска и печаль гложет мой неокрепший после болезни ум. Та изнуряющая лихорадка практически убила меня. Священник, отпусти мне грехи.

              Ночь ушла. Я был жив. Я дышал, двигался, слушал. Огромный зрачок Солнца затопил окружающий прозрачный воздух. И я вспомнил. Работа в лаборатории над гомункулусом. Шопенгауэр, Ницше и Фрейд по ночам. Экзинстенциализм в улетающих колечках дыма сигарет. Кофейные иллюзии, пьяный угар азарта работы. Жар, страх  смерти. Больничная палата с серыми стенами и без окон. Безъязыкие и безликие тени в синих халатах. Одр. Саван. Гроб. Смерть. И жизнь. Я ЖИВ. НО Я БЕЗУМЕН. Ночь съела мозг и выпила пламя моей души. Элизабет и Мария. Давшая мне жизнь. И повергнувшая в отчаяние смерти.

         Теперь полагается все объяснить и написать заключительные фразы. Но этого не будет. Я отсылаю читателей к несуществующей ныне рукописи, сожженной инквизитором на огне вместе с автором. Но напрасно пытаться воскресить пепел, развеянный по ветру и унесенный волнами Стикса. Тени не вернутся в свет и не закроют яркое солнце истины, которой, впрочем, тоже не существует. Аминь.

Обсудить на форуме

2005-03-03 17:49:56 Серый Волк
И вовсе это все не страшно!
2006-03-02 14:29:27 Лена
Атмосфера для начала хорошая.

---

Комментарий:
Ваше имя/ник:
E-mail:
Введите число на картинке:

Украинская Баннерная Сеть