|
    Прочтений: 0 Посещений: 2250 Дата публикации: 29.7.2005 Безответная любовь полезна для тетради писателя: она заполняет страницы, опустошая его душу. Ветер шевелил промокший воротник и подол его плаща, дождь: безжалостно бил по широкой спине и затылку: Он лежал в мокрой и грязной траве посреди кладбища и не шевелился. Большие капли сталкивались с его неподвижным телом, превращаясь в длинные струйки и растекаясь по складкам плаща, устремлялись вниз по крутым склонам, напоминающие пороги в горной реке, попадали на смятые травинки и впитывались в землю, завершая свой долгий путь, начатый на самом небе: Возможно, когда сведённые судорогой мышцы заставят мозг сжаться от боли, человек встанет, раздвинет руки в стороны и очень сильно потянется, может даже закричав, поднимет голову вверх, и о его лицо будут разбиваться мокрые и тяжёлые капли дождя, стекая вниз по шее, впитываясь в промокшую насквозь одежду или добравшись до земли, растворяясь в ней. Но он продолжал лежать, ни разу не совершив какое-либо движение. Даже его посиневшие пальцы: не дрожали от холода. Он был мёртв. Чёрный силуэт человека дрожал, отбрасывая слабую, размытую и неразборчивую тень. Он слышал, как снаружи идёт дождь, как ветер старательно забрасывает в имеющиеся в стенах трещины маленькие капли дождя, знал, что сейчас будет всё кончено: От жуткой тряски его частое дыхание постоянно сбивалось, его сердце билось с ещё большей скоростью практически в хаотичном порядке, иногда сквозь тьму прорезался слабый голос, словно накануне этот человек старался перекричать шум взлетающего самолёта, порвав свои голосовые связки: Сейчас это было неважно. Послышался нервный стук зубов обо что-то твёрдое. Человек сжал челюстями дуло пистолета и на некоторое время замер. Сейчас это произойдёт: Он нажмёт на курок и пуля со страшной силой выбьет мозги на стену, бездыханное тело ударится об пол: душа освободится на мгновение: но сотни чёрных рук начнут терзать её, затягивая под землю, она будет кричать, но никто её не услышит, и снова наступит мрачная тишина, где правит только скрип непрочного каркаса, стук дождя по крыше и завывающий ветер: Раздался выстрел. Глухой удар об пол. красное и белое Чёрный лимузин не спеша пересекал вечерние улицы, переливаясь и блестя в лучах заходящего солнца. Он двигался медленно и практически бесшумно, словно перевозя нечто очень ценное и хрупкое. Салон был шикарным, может даже слишком шикарным, даже для богатого человека. Все, кому удавалось попасть внутрь и посидеть на этих мягких сиденьях, поддавались непреодолимому соблазну потрогать всю обшивку, прижаться щекой и закрыть глаза. Окна были затемнены, шторки завешаны, но внутри всё равно казалось как-то светло, почти как при неоновом освещении. На заднем сиденье сидели молодая девушка с красивой очаровывающей улыбкой и большими карими глазами и также молодой мужчина с жёсткой короткой стрижкой и несколько ухмыляющимся выражением лица. Они держали друг друга за руку и постоянно переглядывались, многозначительно улыбаясь друг другу, будто общаясь мыслям. При первой встрече с этой девушкой, можно лишь сказать, что она весьма симпатична, не более, но при знакомстве поближе понимаешь, что она сам ангел, хрупкая, нежная и не просто симпатична, а безумно красива. На ней было ослепляющее белоснежное лёгкое облегающее тело платье, с открытой спиной. Мужчина явно гордился тем, что она именно его девушка, он был счастлив и каждую минуту благодарил Бога за такое чудо, которое он сейчас держал за руку. День был очень ярким и солнечным, поэтому вечер отличался особой красотой. Солнце всё ещё отбрасывало на улицы свои красноватые лучи, будто не хотело скрываться за горизонтом, но всему когда-то приходит конец: Когда соблазн очень силён, ему сложно противостоять, поэтому разговор взглядами не мог долго продолжаться. Уже лежа на мягком сиденье, они горячо и страстно целовались, мужчина проводил рукой по её гладкому бедру, целовал её нежную шею, а девушка не стеснялась постанывать, то утопая, то снова выныривая из моря наслаждения и удовольствия, в которое она окунулась. Тёмная волна накрывала её с головой каждый раз, когда её тело вздрагивало в крепких, но в то же время нежных объятиях мужчины. Их дыхание было частым, горячим, любовь была сильнейшей, самой настоящей: До безумства увлёкшись друг другом, они не сразу заметили, что лимузин спонтанно остановился. Возможно, это очередной перекрёсток, но они услышали несколько реплик, исходивших, по всей видимости, от водителя. <Ну что встал? Проходи, кретин! Давай же!>. Тихо посмеявшись, они продолжили наслаждаться друг другом, снова забывшись в собственных фантазиях: Девушка поправила платье на груди, а затем расправила его на коленах, повернувшись в сторону своего парня, который отодвинул шторки на окнах и немного прищурился от непривычного света. До назначенного места оставалось ещё минут сорок, но за это время они успели о многом поговорить. В какой-то момент он взял её за руку, улыбнулся, заглянув в её большие глаза, и сказал, что любит её. Она ответила взаимностью, добавив, что это навсегда, подсела к нему как можно ближе, и прижалась всем телом. Лимузин медленно подъехал к высокому белому зданию напротив широкой лестницы, состоящей из белоснежных ступенек, ведущих к самому входу. Водитель заглушил двигатель, вылез из машины, обойдя её и открыв дверцу со стороны девушки. Он подал ей руку, и та вышла, поблагодарив улыбнувшись. Её живой взгляд стал быстро осматривать всё вокруг, пребывающих здесь людей, подъезжающие шикарные машины и, наконец, само здание, показавшееся ей очень большим. Мужчина, выйдя из лимузина, глубоко вздохнул, видимо, почувствовав некое волнение, но он постарался не показывать этого. Его взгляд обратился к девушке, которая, кажется, несколько растерялась, оказавшись в непривычной для неё обстановке, но она быстро почувствовала себя защищённой, когда ощутила прикосновение руки её парня. Лимузин медленно стал отъезжать на стоянку, а счастливая пара под руку направлялась к входу, переговариваясь между собой вполголоса. Единственный вопрос заставил девушку задуматься на некоторое время. Он прозвучал как пытка совестью: <А твой бывший: прости, не помню имени, он водил тебя в подобные клубы?>. После некоторого молчания девушка снова улыбнулась, кратко ответив: <Да ну его:>. Она засмеялась, прикрыв рот рукой. Её новый возлюбленный сейчас ликовал, находясь на вершине счастья. Он смотрел на эту девушку, не веря, что это реальность: Ведь больше не существует подобной очаровывающей улыбки, таких же бездонных и необъятных глаз, такого же завораживающего выразительного взгляда и такого же живого, западающего в душу смеха: Они здесь и сейчас, они вместе, держатся за руку, это не сон, это сбывшаяся мечта: Но почему? Почему это произошло? Девушка резко мотнула головой в сторону и вырвалась из рук мужчины, навзничь упав на ступеньки. Почти доля секунды молчания и его слух мгновенно был заглушён диким визгом других девушек. Его мечта, его ангел: В виске - аккуратное сквозное отверстие, тёмные струйки крови стекали по лицу, капали с кончика носа, перекрашивали белоснежные ступеньки: Её глаза были открыты. Но в них не было жизни. Упав на колени и разбив их в кровь, мужчина сжал её хрупкое и бездыханное тело и прижался к её груди в надежде услышать биение всё ещё живого и любящего сердца: но пугающая тишина заставила его сорваться. Из глаз брызнули слёзы, а нечеловеческий вопль, обращённый куда-то вверх, заставил окна здания задрожать, но не надолго. Он порвал голосовые связки: И теперь мог только шептать. <Я люблю тебя, Анжела: Ты любовь всей моей жизни: люблю:> ангел По всему переулку раздавалось эхо неторопливых шагов. Это была узкая дорожка между высокими домами, где всегда было прохладно, даже если на улице невыносимая жара. В таких местах этого города можно повстречать только побитых алкоголиков или кучку ненавистных скинхедов с цепями и бейсбольными битами в руках. Но меня это не сильно волновало. Я старался идти именно этими путями, но, в конечном счёте, я окажусь перед широкой дорогой с интенсивным движением и бесконечными перекрёстками, загромождёнными светофорами: это и есть сердце города, где кипит жизнь, а пока - лишь только я и эхо моих шагов. Я вдыхал прохладный воздух, чёрные очки немного натирали переносицу, но я старался не обращать на это внимания, поскольку я больше волновался за свой кейс в правой руке, который предоставлял для меня особую важность сейчас. Мой вид весьма официальный - чёрный костюм, состоящий из пиджака, свежевыглаженных брюк и до блеска начищенных туфлей. Белую рубашку прикрывал галстук, волосы аккуратно причёсаны, щетина жестоко уничтожена, взгляд злой и пронзительный. Я не останавливался, почти совсем не крутил головой, смотря только вперёд. Я был занят своим кейсом и очень тяжёлыми воспоминаниями, которые заставляли кулаки самопроизвольно сжиматься. Я прокручивал всё с самого начала и до самой последней реплики, все переосмысливая, заново обдумывая, но всегда приходил к одному и тому же: <В квартире растворялся приятный запах женских духов: Казалось, он был живым и моя голова потихоньку кружилась от наслаждения. Я чувствовал под своими пальцами гладкие клавиши пианино, я слышал, как звучала эта чудесная мелодия и не мог поверить, что это я играю: словно кто-то другой читает твои мысли и выполняет все твои желания: Это был Chi Mai неподражаемого Морриконе, почему-то именно его мне сейчас хочется играть, но меня отвлекло нечто более важное. Я почувствовал, как её нежные руки обняли меня сзади, а её слегка влажные губы соприкоснулись с моей небритой щекой. Она была из тех, кого можно называть ангелами: Сейчас она особенно нежна и ласкова, ведь она только что вышла из душа, значит на ней всего лишь один халатик, который ненадолго скрывает путь к мечте. Я не перестаю удивляться, что это реально: Я прижал её к стене, жадно впившись в губы, она, находясь в состоянии близком к вечному раю, оставляла красные полосы от ногтей на моей спине. Она быстро дышала, задирая голову вверх, её ноги обвивали мою талию, грудь вздрагивала под сильным натиском страсти, это был предел: это было счастье, это сбывшаяся мечта: Анжела, ты прекрасна:> Мои мысли внезапно прервал гудок машины. Я стал быстро соображать и вскоре обнаружил, что стою посреди дороги, а справа от меня чёрный лимузин, водитель которого явно был не в духе. Я не хотел идти дальше, словно бросив вызов, но не известно кому. Мой взгляд раскалял затемнённое лобовое окно, и я надеялся, что оно вот-вот лопнет, но этого не произошло. Моё сердце забилось быстрее. Пусть лучше он нажмёт на газ и всё будет кончено: Я не мог разобрать слова, обращённые ко мне, хоть их было и немного. Но, кажется, меня обозвали кретином: Я посмотрел вперёд - за дорогой последний переулок, который мне предстоит преодолеть. Нужно идти: <Я вошёл в квартиру, сбросив с себя пиджак и ослабив галстук. Стояла подозрительная тишина, заставившая меня несколько насторожиться. Я сделал несколько шагов вперёд и завернул в свою комнату. Кровать заправлена, на письменном столе всё прибрано, стало быть, всё в порядке: Но чего-то не хватает: Поэтому я негромко крикнул: <Анжела?> Возможно, она вышла куда-то, но мы же договорились, что она дождётся меня: Внезапно на меня напала тоска. Но вдруг я почувствовал, как моя Анжела запрыгнула мне на спину, громко засмеявшись и обвив мою шею руками. Я должен был догадаться. Шутка удалась, но она и вправду напугала меня своим отсутствием некоторое время. На ней была лишь моя футболка и её прозрачное нижнее бельё: Кажется, она только что проснулась. Мы завалились на кровать, она разместилась сверху и начала играть с моим галстуком, расспрашивая о моих делах, о моём настроении: Я называл её маленьким чудом, которое осчастливило мою жизнь, расписанную по часам. Теперь делать постоянные сбои в моём графике ради Анжелы одно из моих любимых занятий. Она сказала, что приготовила для меня мой любимый коктейль: Она делает это лучше всех: Спасибо тебе, ты прелесть: После этого она очень нежно поцеловала меня в губы. Я обнял её, и вот, мы снова на пути к вечному раю, к взаимной, страстной, неземной любви:> последние слова Я шёл по тротуару вдоль дороги и заглядывал в глаза встречных людей, пытаясь прочитать в них что-нибудь. Но они были заняты своими проблемами, каждый думал о своём, и в их глазах не было такой жизни, какая кипела в глазах Анжелы. Я свернул в очередной переулок. Снова зазвучало знакомое эхо шагов, волосы на голове зашевелил привычный сквозняк, а мысль о том, что осталось сделать всего пару шагов до цели, лишь заставляла меня ускориться. Я оставался хладнокровным, меня сложно разжалобить, поэтому остановить меня сможет только стихийное бедствие. Но сейчас остановилось лишь моё шествие. Я опустил кейс на землю и поднял голову вверх. Передо мной возвышалась задняя стена одного из самых высоких жилых домов в городе. Я даже точно не знаю, сколько метров в высоту, но на том же лифте подниматься на самый верхний этаж очень долго. Мне предстояло попасть на крышу по зигзагообразной металлической лестнице, что не предвещало ничего кроме сильного ветра в лицо и живописных пейзажей крыш других домов. Я поднял свой кейс, подошёл к лестнице, взявшись за ржавые перилла, и стал постепенно удаляться от земли. <Я обнял её, и вот, мы снова на пути к вечному раю, к взаимной, страстной, неземной любви: Мы занимались этим каждый день, но однажды наступило то, чего я боялся больше, чем собственной смерти. Она изменилась. Это проявлялось в её отношении ко мне и к нашим занятиям любовью. Она стала чаще отсутствовать дома, придумывая нелепые отговорки. Я понял всё сразу, как только она впервые не поцеловала меня утром. Больше всего меня доводило то, что она фальшиво улыбалась, делала вид, что по-прежнему любит меня, но разве я не смогу отличить мою прежнюю девочку от той, какой она стала? И когда она очередной раз собиралась уходить <с подружкой по магазинам>, делая счастливый вид и широко улыбаясь, я уже не ждал её, а лишь назвал её по имени. - Что? - Обернулась она ко мне. Я посмотрел в её глаза, стараясь увидеть там хоть маленький огонёк нашей былой страсти, но этот взгляд уже был другим: - Хотел запомнить этот момент: - Был мой ответ, но она улыбнулась и даже не заметила, что этими словами я попрощался с ней. Хлопнула дверь, от меня удалялся звук опускающегося лифта, в квартире наступила жуткая тишина, которая стала для меня проклятьем: Единственное, что напоминало о моей Анжеле, это растворяющийся в воздухе запах её духов: которые она также изменила. На кухне стоял приготовленный ею коктейль, но мне не хочется его пить:> Мой пиджак развивался как огромный флаг, но я всё же надеялся, что ветер утихнет. Я посмотрел вниз, а потом вокруг - высота уже приличная, но эти проклятые ступеньки не заканчивались. Я не держался за перилла, поскольку уровень ржавчины на них был внушительным. Моё возвышение было похоже на движение робота: я ни разу не изменил скорости подъёма, жёстко наступал на каждую ступеньку и старался не обращать внимания на ветер. Скоро вершина: скоро: Я огляделся по сторонам. Внутри было тепло и тихо. По крыше я сделал всего пять шагов, но холод пробрал до костей, теперь я там, что условно можно назвать чердаком, справа дверь, куда мне, собственно, и нужно. Послышался шум поднимающегося лифта, поэтому я воспользовался этим, чтобы открыть дверь, не опасаясь, что скрип кто-то услышит. Я закрыл дверь изнутри на защёлку, здесь было весьма уютно, тьму рассеивал тусклый пучок света, проникающий сюда через маленькое окошко. Из-за низкого потолка приходилось слегка пригибать голову, но у меня не было необходимости всё время стоять, поэтому я присел на корточки и положил перед собой кейс, открыв его, щёлкнув замками. Дальше: танец теней под завораживающую музыку величайшего маэстро Морриконе: Я словно дирижировал воображаемым оркестром, что у меня великолепно получалось. Я творил настоящих шедевр каждым новым взмахом руки. Из внутреннего кармана пиджака извлечены чёрные кожаные перчатки, одним лёгким движением они уже одеты на кисти рук и вот: зазвучала красивая музыка, состоящая из различных щелчков, раздающихся при рождении настоящего произведения искусства, которое становилось все весомее при присоединении очередной запчасти. Это был красивый продольно скользящий механизм, ствол плавающий, с продольными долами, как правило, для уменьшения массы и улучшения охлаждения. Собрать снайперскую винтовку - это всё равно что пожить некоторое время в раю, а когда привинчиваешь гладкий, начищенный до блеска оптический прицел, зная, что всё собрано и держишь это шестикилограммовое оружие в руках - чувствуешь себя Богом. Я установил винтовку на высокую складную сошку, направив дуло в окошко, затянул винты, щёлкнул затвором, после чего повесил на неё сверху маленький наушник, провод от которого тянулся от небольшого приёмника, находящегося в кейсе. Рядом с окошком на стене я обнаружил маленький выпирающий гвоздик, на который я повесил цепочку с небольшим распятием. Я по привычке ослабил галстук, расстегнув верхнюю пуговицу рубашки. Припав на колено, буквально приклеился к оптическому прицелу, настраивая резкость. Когда это было достигнуто, я стал искать среди всех этих улиц, домов, площадок большое белое здание с широкой белоснежной лестницей. Кажется, есть. Как и предполагалось, там толпилось много народу. Я выдохнул большое количество воздуха и почувствовал жажду, но не это должно сейчас заботить. Осмотрев стоянку, я немного успокоился. Поток подъезжающих машин был интенсивным и нескончаемым. Слегка приблизив изображение, я оторвался от прицела и посмотрел на наручные часы. Всё по плану. В помещении становилось всё темнее, я встал на колени перед распятием и быстро перекрестился, поцеловав ещё более маленький крестик, висящий на шее. Снова посмотрел на часы, снова припал к прицелу, осмотрел стоянку, вход, лестницу, присутствующих людей. Внезапно, моё внимание привлёк подъезжающий уже знакомый чёрный лимузин. Я добился стабильности дыхания и биения сердца. Ни одной капли пота не выделилось на моём лице, ни одна мышца не дрогнула, абсолютное хладнокровие - и тебе всё подвластно. Приблизив изображение ещё больше, я наблюдал, как водитель открывает дверцу и подаёт руку выходящей девушке. Она как всегда ослепительно красива. Странно, но чувство такое, что мы не виделись очень долгое время, хотя и от последней встречи прошло чуть больше суток. Теперь на сцене появилось новое лицо. Он оказался лучше, чем я его представлял, но это только внешне. Я до последнего уверен, что она любит только его деньги, хотя вполне возможно, что у них и настоящая любовь, но всё равно, деньги в этом союзе играют одну из первых ролей. Они уже поднимаются по лестнице, видимо, решили сразу войти. Водитель отъехал на стоянку, но он меня совершенно не волнует, в отличие от спутника Анжелы. Не думал, что ракурс будет столь неудобным. Его голова постоянно закрывала её милое личико, но вскоре она полностью открылась. Господи, как ты красива: Моя девочка: Не отрываясь от прицела, я дотянулся левой рукой до приёмника и включил его. Наушник зашумел. Помещение полностью погрузилось во тьму и тишину, которая нарушилась моим сухим и ровным голосом: <Какими будут твои последние слова, любимая?..>. Я вставил наушник в левое ухо и даже при наличии постороннего шума и помех, отчётливо услышал её голос: <Да ну его:>. Я вытащил наушник и нажал на курок, после чего мгновенно оторвался от прицела. Стояла чертовски спокойная тишина. Моё сердце равномерно билось, не подавая никаких признаков волнения. Я сел под висящим распятием, уткнувшись спиной в стену и вытянув левую ногу. И всё таки: Какая дивная музыка: Оказывается, даже тишина не может быть абсолютно бесшумной. Я улавливал звуки, доносящиеся из маленького наушника. Кажется: девушки кричат: Какие высокие ноты: Я взмахнул рукой, закрыв глаза, оркестр слушался меня, скрипки справлялись с самыми наисложнейшими партиями, это просто необыкновенно: это чудо: Господи, Анжела: Ты ушла от меня из-за денег: Глупая: Но, как бы то ни было, знай, ты всё равно останешься моей маленькой девочкой... навсегда: Я засунул правую руку под пиджак и извлёк оттуда пистолет. Рассмотреть его не было возможности, поскольку я сидел в полнейшей темноте, но стрелять он может и без света. Я собираюсь поставить очень жирную точку на всей этой истории, думаю, мне решать, как она должна закончиться. Умереть здесь, в уютном уголке в нескольких сотнях метров от неба: Неописуемая роскошь: Но, кажется, не всё было закончено. Я убрал пистолет, вытянул вторую ногу и последний раз взмахнул дирижёрской палочкой, окончив своё представление, поклонившись воображаемым зрителям: посмертно Проклятый дождь поливал эту чёртову землю уже второй день, и это именно тот день, когда он должен был только начаться. Знакомый мне изъян в графике, похоже, небо тоже делает для кого-то уступки. Меня нельзя было назвать счастливым или несчастным, просто всё встало на свои места, мой личный график больше никогда уже не смещался, став даже несколько просторнее. Единственное, что теперь постоянно мучает меня, это неумение делать мой любимый коктейль. Я думал обо всём этом, стоя в первом ряду общей толпы, окружившей могилу, в которую медленно опускали закрытый гроб. Я смотрел лишь на фотографию, на которой улыбалась моя Анжела. Я стал замечать за собой, что с моей психикой творится что-то неладное, но я старался ежедневно посещать церковь, как можно больше общаться, но одним изменений в моём мировоззрении были девушки. Они потеряли для меня всякую ценность. Я разговариваю с ними нехотя, видя в них одни только недостатки. Однажды, внезапный звонок в дверь почти убедил меня, что это Анжела, но я ошибся. Просыпаясь утром, я удивляюсь тому, что её нет рядом и возмущённо зову её. Анжела: Ты мой ангел, моя вечная любовь, которую я никогда не забуду: Я обратил внимание на присутствующих здесь людей. Скучные серые лица: Все держали зонты над головами, кто-то плакал, кто-то не выдерживал напряжённости процесса и уходил, но я не мог не придти. Я уже когда-то попрощался с ней, последний раз увидев её улыбку, обращённую ко мне, и сейчас я снова прощаюсь, всё равно надеясь, что придя домой, она откроет мне дверь, нежно поцелует меня и скажет, что приготовила мой любимый коктейль. Внезапно, меня удивил тот факт, что среди присутствующих нет её нового возлюбленного. Может, он сейчас сидит дома и утирает сопли своими зелёными бумажками: Но потом я осознал логичность его отсутствия и в подтверждение моих мыслей, я обнаружил, как от моего пояса вверх передвигается маленькая красная точка. Она слегка помигивала из-за дождя, но продолжала подниматься, и, скорее всего, остановится в центре лба. Я посмотрел вдаль за кладбище и мгновенно вычислил местоположение этого незадачливого мстителя. Это была возвышающаяся над лесом колокольня, метрах в семистах отсюда. Похоже, что не мне ставить точку в этой истории: Я опустил зонт, сложил его и стал ждать, когда у него хватит духу нажать на курок. Моя голова мгновенно взмокла, по лицу струилась вода, я ждал, когда всё закончится. Не думал, что этот подонок променяет похороны своей девушки на моё убийство, неужели он и вправду так меня возненавидел: Ему виднее. Он молодец: Хотя я и предполагал эту выходку. Он винит меня в её смерти, но разве он не подумал, что подтолкнуло меня к этому? Конечно, он думает, что раз уж девушка ушла, значит свободен парень: Но это она ошиблась: Она не так ушла, как должна была. Кажется, всё: вот оно: Смерть мчится ко мне с запредельной скоростью, рассекая сырой воздух и стену дождя. Но я уже наперёд знаю, что произойдёт после того, как я упаду лицом в траву. Он засунет себе пистолет в рот, постарается как можно больше надышаться перед смертью, но прежде, чем он нажмёт на курок, он поймёт, что если двое любят друг друга, это не может кончиться счастливо. Теперь всё, это конец, спасенья нет, есть только смерть, которая вот-вот продырявит мне голову. Анжела, где же ты? Ты мне сейчас так нужна: Как же долго летит эта чёртова: Какая красивая музыка: Пора снова за дирижёрский пульт, но почему оркестр молчит? В руках я крепко сжимал распятие: Безответная любовь полезна для тетради писателя: она заполняет страницы, опустошая его душу. Ваше мнение:
Украинская Баннерная Сеть |
{v_xap_link1} {v_xap_link2}
{v_xap_link3} {v_xap_link4} |
||||||||||||||||||||||||||||
LordDEZARG - "ПОСМЕРТНО"
|
Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Ответственность за содержание произведений несут их авторы. При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.libra.kiev.ua/ обязательна. ©2003-2007 LineCore |
Администратор |