|
    Прочтений: 0 Посещений: 2015 Дата публикации: 14.7.2006 -Глупый и ленивый мальчик, – так обычно в детском саду нянечка тётя Валя формулировала свои мысли на мой счёт. – И нет, что бы как все играть, так обязательно что-нибудь устроит. Нянечка была необъятных размеров, с лицом круглым и красным и когда мы её видели, то почему-то сразу успокаивались, и словно зачарованные, одинокими молекулами стекались к большой и грузной фигуре. Впрочем, так и должна была выглядеть настоящая нянечка. А на мой счёт она была абсолютно права. Ведь в детском саду все ребятишки совершенно спокойно собирали из кубиков домики, пароходы, самолёты, и только у одного ничего не получалось. Две поставленные друг на друга фигурки обязательно разваливались в разные стороны, про три и нечего говорить. Эксперименты проводились и с большим количеством кубиков, но все они проваливались в самом начале. Тётя Валя сперва пыталась вразумить и научить ставить фигурки как положено - плоскостями друг к другу, как, собственно говоря, и делали все умные детишки, а потом, поняв безуспешность своих трудов, назвала меня тупицей и больше без особой причины не подходила к глупому ребёнку. Приходилось специально писаться, что бы привлечь к себе её внимание. Тут я делал как все, разве что может немного чаще и обильней. А в школе, классе во втором, листая под одеялом «Занимательную Физику» я вдруг понял, что создавал все свои домики используя принцип неустойчивого равновесия, то есть ребрами друг к другу. Вот они и распадались. Не удивительно, почему сердилась тётя Валя – она об этом знала заранее. Могла бы и сказать. Там же в саду появился друг - Коля. Потом мы синхронно перешли в школу и стали закадычными корешами. Он всегда очень сильно помогал, так как я из-за своей патологической тупости постоянно не мог ничего сделать правильно. Ему нравилось подчёркивать своё превосходство, самоутверждаясь перед другими ребятами, но я был только благодарен, так как без постоянной помощи каждый раз оставался бы на второй год. Учителя часто обращались к нему, что бы он подтянул мои плачевные результаты, и Коля, немного поломавшись для приличия, великодушно соглашался это сделать. Поэтому в классе все очень уважительно относились к Коле. А ещё он в уме мог перемножать трёхзначные цифры! Я просто гордился тем, что сижу за одной партой с ним. Случилось так, что выпускной экзамен по математике вообще завалил. Получил аттестат только благодаря тому, что мои родители хорошо знали директора школы, и та распорядилась, застелив присланным папой рубероидом всю крышу, поставить трояк. Отец и так собирался его выкидывать со своего склада, а тут подвернулась такая возможность, как помочь мне и заодно избавиться от некондиции. В общем, все остались довольны. До четвёрки не хватило всего одного рулона. Ну и ладно. А сделал на экзамене вот что. Нужно было решить некую задачу, но так как я совсем не знал, как правильно найти ответ, то не придумал ничего лучше, чем применить раздел высшей математики, использующий для решения таких задач операционные вычисления. Просто пару лет назад прочитал от скуки и кое-что вспомнил. Наша математичка не стала даже читать этот бред. Да и Коля сказал, что лучше бы я вообще ничего не писал, чем разводил каракули. Он-то знает, что говорит. Но аттестат я таки получил и подал документы, по совету Коли, в техникум на слесаря. И опять по тупости завалил вступительный экзамен, хотя на одно место претендовала одна вторая абитуриента. Завалить экзамен с отрицательным конкурсом! Вот ведь засада. Так что по весне получалось, что меня загребали в армию. И поскольку начать учиться на слесаря мне в этот год не светило, а до армии оставалось ещё полгода, то решил на пару с Колей, только за компанию, подать документы на математический факультет университета. Он бредил этим им с детства, и не зря научился перемножать к концу школы уже четырёхзначные цифры, а я со своим трояком по алгебре и геометрии пошёл с ним просто от скуки. Даже не готовился, так как не было смысла - туда же дураков не берут. Вот Коля – другое дело, тому и репетитора нанимали. Мой друг, однако, случайно провалился на первом же вопросе, а со мной эти преподаватели что-то напутали. Хотя так же не допустили до второго экзамена. Когда настала очередь предстать перед экзаменационной комиссией, состоящей из трёх преподавателей, то я решил всё это как можно быстрее закончить и сначала сдал задачу. Они пару минут о чём-то пошушукались, потом изучили аттестат, состоящий исключительно из одних только троек, хотя нет, по пению была четвёрка, потом снова пошушукались, и ни о чём больше не спросив, поставили что-то в экзаменационный лист и отдали его мне. Я даже не стал смотреть - итак всё было понятно. А на утро, когда ещё крепко спал, внезапно разбудил звонок друга, который вместо своей фамилии в списке переведённых во второй тур, в соседнем списке зачисленных вне конкурса, увидел мою. Я всегда говорил, что дуракам везёт. Думая, что он шутит, открыл свой экзаменационный лист, а там вместо оценки так и было было написано ”зачислить вне конкурса”. Оказалось, что по неведению, нашёл какое-то новое оригинальное решение старой задачи. Клянусь, что совершенно случайно вспомнил один из разделов высшей алгебры. Коля был в шоке, так как из-за этого провала его через три месяца забирали в армию. А ведь на моём месте должен был быть он. Я ему так сразу и сказал. Он, естественно, согласился. В университете всё стало ещё хуже, чем в школе. У меня совсем не получалось ничего не сдать за первую сессию, так что пришлось сходить в техникум, узнать, что нужно выучить, что бы пройти этот формальный вступительный экзамен. Однокурсники откровенно считали полным идиотом, так как я вообще ничего не мог сдать нормально. И вдруг победил на городской олимпиаде по всё той же математике. Разумеется, случайно. Снова что-то вспомнил и написал. Выгонять было как-то неудобно, так что просто проставили трояки напротив всех заваленных предметов, и перевели на следующий семестр. И на следующей сессии тоже победил на олимпиаде, только уже по физике, и снова порция трояков в зачётке. Тактика была неплохая. Решаешь пару задач за полгода, и тебе всё прощают. Ну а на следующих курсах меня преподаватели вообще не трогали. Ставили традиционный трояк ещё до того, как я брал билет. А какой смысл? Если начнёшь спрашивать, то выяснится, что учебник вообще ни разу не открывался, а вопрос на засыпку – это название сдаваемого предмета или имя-отчество преподавателя. Но выгнать всё равно не получиться, так как иначе на очередной олимпиаде вуз лишится гарантированного первого места, да и ректор придёт шуметь по этому поводу. Так меня и тащили за уши из года в год. Правда, перед экзаменами всегда становилось немножко неудобно перед однокурсниками за свою беспросветную тупость. Колька вернулся из армии, когда я был уже на третьем курсе. -Гена – сказал он - Учёба это фигня. Там, пока служил, очень многое понял. Всё решает сила. И деньги. Если будет и то и другое, то ты победитель. А твоя математика – кому она нужна? Ботаником что ли хочешь стать? Так что, бросай учёбу, и давай со мной на пару бизнесом займёмся. Можно пару лотков на рынке снять и торговать носками. Дело верное. Бабок будет - завались. Товар достану, уже обо всём договорился, чай не лох чилийский. И решил я тогда заняться с ним бизнесом. Учёбу бросать не пришлось, так как и так туда не ходил, всё равно ничего непонятно было. Только на какие-то соревнования периодически приходилось ездить - это была обязаловка. То математика, то физика, то программирование. О предмете обычно узнавал за день, когда находил воткнутую в дверь каким-нибудь преподавателем записку. В университете-то меня было не обнаружить. -Ну что, как дела в универе? – периодически зачем-то интересовался Колян, отбивая чечётку ногами на двадцатиградусном морозе. -Халява. -Жаль, что тогда не прошёл, а то бы точно с красным дипломом закончил. -Ты бы – да. В лёгкую – искренне соглашался я. Ведь мне даже двухзначные цифры не удавалось научиться перемножать. Постоянно приходилось пользоваться калькулятором, когда продавал очередную порцию носков или колготок. А Колян демонстративно им не пользовался, чем сначала вызывал недоверие покупателей, а затем восхищение. -Вам бы, милок, на математика идти учиться, а не носками торговать – взахлёб восхищалась очередная бабушка, запихивая целый ворох всего этого трикотажа в свою авоську. -Нет, бабуля, я выбрал другой путь. А потом мне: -Слышал, что народ говорит? То-то. Ценят. Так я и простоял перед лотком с трикотажем всю зиму. А весной случайно услышал разговор двух военных около моего рабочего места. По-моему, майора и подполковника. -Ну, где я тебе найду покупателей на такое количество техники. Тридцать бензовозов. У нас в стране даже столько бензину нету, что бы их залить? -Даю неделю. Машины с консервации сняты, и если ты не продашь, то другого такого шанса уже не будет. В общем, можешь писать заявление на увольнение. Понял? -Но товарищ… -Ты что, не всё понял? Разговор в таком ключе у них длился минут пять, пока у меня не созрел план и я не подошёл к ним. -Приношу свои извинения – вклинился я - Но мне довелось случайно услышать ваш разговор, и я мог бы помочь реализовать эту продукцию. Те переглянулись, но продолжали молчать. -Видите ли – решил я просто соврать - Мой родной брат работает на бирже, и мог бы помочь в этом нехитром деле. Услышав, что дело нехитрое, те сразу расслабились: -У нас всего десять дней. -Я же сказал, что дело нехитрое, он составами торгует, а тут всего тридцать бензовозов. Так - орехи. Те на радостях уже хотели со мной забухать, считая, что дело почти сделано, но я вежливо отклонил их предложение, чем вызвал совсем неподдельное уважение. Куда деть такую автоколонну понятия не имел, но поскольку ничего и не терял, то решил, что можно сыграть эту партию. Получив всю исчерпывающую информацию, на следующий день сел за телефон, сказав вечером Кольке, что заболел. -Ты знаешь, сколько денег мы потеряем, пока ты будешь болеть? Так и умрёшь в нищете, если дашь жизни сломать себя. Надо быть сильным. Или держись сильных людей, хотя бы – партнёр ушёл от меня совсем недовольный. А я, когда дверь захлопнулась, скинул с себя весь свой больничный маскарад и принялся обзванивать справочные. Пять дней ушли впустую. И ещё эти два кекса непрерывно звонили и заплетающимися языками по десять раз за день спрашивали, куда подгонять транспорт. Разбитой рожей я, похоже, мог и не отделаться через пять дней. Военные – просто страшные люди, когда им не дают что-то украсть. И вдруг – о, удача! Звонок был в Тюмень. -Алло, это я в Тюмень попал? -Да, а что надо? – голос девушки был совсем недружелюбный. -Есть бензовозы, маз, военный склад, консервация, 30 штук по 120. Место – Питер. Может интересно? – выпалил как можно быстрее, что бы сэкономить на связи. -Секунду подождите. Несколько минут в трубке играла какая-то дурацкая музыка, а потом всё та же девушка, но с совершенно другим голосом: -Куда нам подъехать? -Когда? -Через три часа. У меня сигарета даже выпала изо рта. -Военная часть в Сертолово, может знаете? -Найдут, если надо – и в трубке тут же раздались короткие гудки. Меня найдут или часть – я не понял. Так что надо было срочно звонить туда. Минут двадцать безуспешно набирал их номер, но там никто не отвечал. А если майора не будет то, что тогда делать? Меня же прямо у дверей и распнут, за гнилой базар, в натуре. До военной части я добирался два с половиной часа. Автобус, электричка, снова автобус и потом ещё пешочком пару километров. Строгий часовой сначала не хотел меня пускать, “не положено ” говорил, но я кое-что припас на этот случай и он, глотнув на ходу грамм сто, через пару минут, спотыкаясь, бежал передо мной, освещая фонариком, как Данко, беспросветную темень и прокладывая путь к моему светлому будущему. Все офицеры собрались уже в красном уголке и тоже были совершенно красные от количества выпитого. Солдатик приоткрыл дверь и просунул туда свою побритую голову. -Чего тебе?– кто-то заорал. -Извините, тут к Майору Смирнову, ну …это …посетитель вроде. -Какой на хрен посетитель? Ты чего несёшь? На губу захотел? Кто-то даже заржал от такой удачной шутки. Мне пришлось отодвинуть перепуганного беднягу и пройти в дверь. Увидев меня, майор тут же поднялся со своим стаканом из-за стола и выпил его залпом. -А, явился, а мы уж хотели сейчас к тебе домой ехать, требовать…как её…сартирссфакции. А ты на – сам явился. Ну, и где наши бабки? Чем мы будем детей кормить? Все остальные одобрительно зашумели. Ну, если не те, так эти по пьяни грохнут. -Покупатели должны подъехать через пять минут. К воротам. Я хотел позвонить, но телефон почему-то не работает. -Телефон не работает, потому что крысы погрызли военный кабель, ровно пятьсот семьдесят метров сгрызли. Вот теперь и обмываем это. Говоришь должны подъехать? Ну, пойдём, посмотрим на твоих покупателей. Если обманул, то имей ввиду – настоящие офицеры таких оскорблений никогда не прощают. Вся эта кодла снова одобрительно зашумела, и дружно вывалилась из домика, что бы под шум – гам отправиться к воротам. Только бы покупатели приехали, только бы девушка не обманула. Если что, то ломанусь по лесу. Они пьяные – не догонят. Да и догонять не будут, просто подгонят БТР и только пеньки оставят. Потом скажут, что караульный сделал предупредительный залп из него. Когда до ворот оставалось метров пятьдесят, то из будки выбежал всё тот же солдатик, но бежал он как-то странно, слишком торопясь и посему опять спотыкаясь и падая на ходу. Добежав до нашей пьяной процессии, только и смог сказать: - Товарищ майор, там это… там это …там что-то приехало… -Да ты не неси ахинею, дурень, сейчас сам всё увижу. Что там такого могло приехать? Открыв с ходу дверь калитки ногой, майор тут же остановился, не решаясь шагнуть в открывшийся створ. Напротив въезда стояли четыре чёрных джипа, тонированных так, что даже в темноте это было понятно, и в случае чего, БТР бы тут уже не помог. Только танк, или ещё лучше - Ми- 24 с полным вооружением. Калитка, тем временем, дойдя до крайнего положения, стукнулась о ворота и со скрипом вернулась в исходную позицию. -Так, где тут у нас Геночка – засуетился майор - А вот ты где. Сходи к этим товарищам, или джентльменам, или не знаю даже, как их лучше будет назвать и спроси, чего им от нас нужно? Он поправил меховую шапку на моей голове, стряхнул что-то с воротника и, стукнув слегка по спине, вытолкал за пределы части. Дверь за спиной с лязгом захлопнулась, оставив меня наедине с лесом и джипами. Я подошёл к ближайшей машине. Стекло медленно опустилось и из неё высунулась довольно здоровая ряха. -Ты звонил? – начал он. -Да. -Тогда запускай, а то чего мы тут стоим как неродные. Кстати, у меня к тебе ещё базар потом будет небольшой. -Хорошо – я был едва живой. Вернувшись к майору, доложил: - Они хотят проехать, посмотреть технику. И купить тут же. -Что, и деньги у них есть? -Похожи на сирот? – пришлось съязвить. -Нет, не похожи, пожалуй. Слишком даже непохожи. Поэтому пусть проезжают. Мужики, открывай ворота. Всю ночь с части выезжали бензовозы и отправлялись прямиком на платформы, которые были уже приготовлены. Пришлось с этим мордоворотом даже немного закорефаниться, что бы вдруг красные офицеры не задумали меня скормить местным свиньям, которых разводили в части. Мне причиталась треть всей суммы, и майор считал, похоже, что это очень несправедливо. Лёха, как я специально называл этого амбала, подошёл ко мне уже с утра. -Гена – начал он - У меня к тебе вот какой базар. Во-первых, мне нужно ещё штук сто таких машин, так что попробуй - найди, а во-вторых ты со своей долей не выйдешь за пределы части. Поверь, я знаю о чём говорю. Эти офицеры тебя не отпустят так просто. А ты мне ещё нужен, так что могу подбросить до дома. -А если вы меня – того. -Ну, считай, что это русская рулетка. Ошибёшься – каюк. Долго я решил не думать. Моя доля была в трёх чемоданах из девяти. И как-то странно сейчас все эти военные вели себя. Дело было не в отходняке. Просто, внезапно перестали со мной разговаривать и шушукались о чём-то, отойдя подальше. -Я поеду с Лёхой, у нас с ним ещё дела. Так что всем пока – сказал я нарочито громко. Закинув чемоданы в багажник джипа, плюхнулся на заднее сиденье. Мы выехали вслед за последним бензовозом и я непрерывно до поворота дороги чувствовал на своём затылке их ненавидящие взгляды. На следующее утро, как и обычно, вышел на работу. Дела там шли просто великолепно. Через месяц Коля планировал поменять наши маленькие лотки на другие, чуть побольше, что бы продавать не только носки и колготки, но ещё и трусы. И меня это радовало. Бизнес шёл. Про странную ночную историю с бензовозами решил ему ничего не говорить, просто это его бы расстроило, очень расстроило, так как на моём месте должен был быть он. Но дуракам ведь везёт. И ещё этот заказ на сто бензовозов. Но тут всё оказалось проще, чем продать пару носков. Когда я безуспешно пытался втюхать одной бабушке очередную прекрасную пару зимних колготок какой-то N-ской фабрики, ко мне подошёл генерал. Минут пять он слушал наши препирательства, не решаясь влезть, а потом, так, пару раз интеллигентно кашлянул. Сразу поняв в чём дело, ведь генералы моей продукцией не пользуются, и жёнам тоже вряд ли дарят, дал бабушке максимальную скидку (вот Коля то будет ругаться), и вручил ей , вызвав неописуемое счастье, пару вожделенных зимних колготок. Генерал, похоже, не был уверен, туда ли он попал, поэтому начал издалека: -Мне сказали, один майор знакомый сказал, что вы кое в чём можете помочь – и, осмотрев подозрительно весь трикотаж вокруг меня, продолжил - Но я не уверен, что туда обратился… Он казался немного смущенным, и мне было чуть-чуть даже жалко боевого генерала, поэтому, что бы развеять его сомнения и неуверенность, сразу перешёл к делу, твёрдым голосом пытаясь внушить доверие: -Вы обратились по адресу. Готов хоть сегодня взять сто бензовозов, но если у вас есть что-нибудь ещё… Тот снова стал мяться с ноги на ногу, не решаясь вытащить из-за пазухи толстую тетрадку. Сомнения были сильней, пока, поэтому, продолжая мяться, спросил: -А зачем вам вот это всё? – и обвёл рукой мои богатства. -А где бы вы меня тогда нашли? – в таких случаях всегда помогает самая простая логика. -Верно, извините, не подумал, вроде как явка тут у вас. Тогда вот, смотрите – он облегчённо выдохнул и, наконец, тетрадка, так долго скрываемая за пазухой, перекочевала в мои замёрзшие руки. -Тут список, того, что нужно продать за неделю. Деньги сразу. Цены справа. Я вам оставлю до завтра, а с утра заберу. Ну,… я пошёл? До завтра, ведь так? -О кей, с утра к девяти жду. Не задерживайтесь. В это время всегда самая торговля. – мой взгляд начал летать по строчкам и говорил я уже машинально. Генерал пару секунд задумчиво на меня посмотрел, слегка тряхнул своей седой головой, как бы пытаясь избавиться от наваждения и скрылся в проходе, а я стал листать то, что он так долго прятал. Список располагался на десяти листах. Это было всё имущество военного округа, может, даже, ещё несколько соседних решили сюда кое-какие излишки вписать. Тушёнка – вагонами, рис, крупа, одежда. Список впечатлял. Тут было всё! Ракет, только, пожалуй, не было, а всё остальное – пожалуйста. Да, думаю, что если договориться о цене, то и ракеты бы нашлись. Бензовозы так же были в списке. Как раз почти сотня. Пора было звонить Лёхе. Надо бы мобильник купить, ведь, говорят, у нас в городе уже у некоторых есть. А то, как бизнес–то делать? Коля, похоже, видел всю эту непонятную сцену с боевым генералом, и уже стремительно направлялся сюда. -Чего от тебя хотел этот? – сходу спросил он. -Хотел тёще подарок сделать, колготки зимние, но нигде найти не может, размер у неё нестандартный. И у нас, к сожалению, нет. Вот и мучается, бегает по городу. Зима, говорит, а ей надо тёплое носить. -И что, у нас ничего нет? -Совершенно. Я ему посоветовал купить швейную машинку и самому связать. -Ты чего, совсем дурак, он же генерал, чего он там свяжет, только если чехол для башенного орудия. Жаль, что размер не стандартный. Можно было неплохо заработать”. -Да жаль – согласился я. Колька вернулся к себе за лоток, а я начал обдумывать, что делать. Вечером Лёха был уже у меня в гостях. Ознакомившись со списком, после минутного размышления произнёс: -У меня сейчас столько денег нету. Я даже немного расстроился. -Ты же говорил: сто бензовозов хоть завтра, нет проблем, давай ищи. -Да при чём тут бензовозы, я всё хочу взять. У меня от этих слов тут же пересохло во рту. -Как это всё? -Да ты за свои проценты не дёргайся, переведём хоть в Америку, я вот думаю где перехватить, видимо придётся несколько банков закрыть на неделю. -А наличкой никак? – идея с переводом моих комиссионных мне не очень нравилась. Тот посмотрел на меня, думая, шучу я или нет. -Не могу понять, то ли ты слишком глуп, то ли слишком умён. С таким баблом тебя грохнут тут же – к бабушке не ходи. Я, надеюсь, ты те три чемодана, хоть, не хранишь у себя дома? -Ну разумеется нет – и я изобразил на лице такое возмущение, что он тут же поверил, хотя сидел практически на них, так как они были спрятаны в диване. -Молодец. Жизнь - она ведь дороже. Ладно, завтра к вечеру соберу всю сумму. Так и скажи генералу. -Хорошо. Лёха ушёл, а я стал думать, что завтра сказать Коле, ведь придётся не выйти на работу. Опять будет ругаться, говорить, что надо работать, иначе ничего в этой жизни не добиться. Ладно, в воскресенье скажу, что отработаю. Да и послезавтра на олимпиаду какую-то ехать надо, ведь выгонят иначе. Интересно, предмет–то хоть какой, а то в последний раз думал, что вопросы будут по физике, а оказались по химии. Но, вроде, пронесло. Свои трояки получил в зачётку. Генерал, как и обещал, пришёл с утра за тетрадкой. -Ну, как, что-нибудь удастся продать? -Всё -Что всё? -Сегодня всё заберут. -Куда заберут? -Я не понимаю – его тупость меня уже начинала злить - Вы хотели это продать? -Да, но… -Покупатель всё забирает, состав заказан, деньги везутся. Из Москвы. Тут у нас в городе столько нет, а то бы уже с утра всё забрали. Было видно, что генерал от этих слов сразу немного вспотел. В его глазах щёлкали нули и доллары. -А как же я все эти деньги… -Это ваши проблемы. Хотели продать – я продал. Моя миссия закончена. Кстати, куда транспорт подгонять? Генерал судорожно порылся в карманах, и что-то написал на обрывке бумажки. -Вот. Я посмотрел на адрес: -Понятно, а сейчас не мешайте работать, а то мне всех покупателей распугали, видите, бабушки стесняются при вас подходить, жмутся в стороночке у рыбного ларька. Да, и если ещё что будет – подходите. После моей последней фразы он очень конкретно затормозил, секунд пять пытаясь уловить скрытый смысл. Непонятно что ли – человек работает. День начинался удачно – от покупателей не было отбоя. Вечером Коля меня даже похвалил, да и ещё спросил: -А чего опять генерал подходил? -Да тормоз. Спрашивал адрес, где купить машинку вязальную. -А ты? -Послал его подальше, раз ничего не покупает. Только покупательниц распугал. Они потом долго тёрлись по соседним ларькам. Да и откуда мне знать, где эти машинки продаются. Тем более лето скоро, зачем ей тёплые колготки? Но до зимы найдёт, думаю. -Да, вот дурак – согласился друг - Все военные такие. А ты молодец, из тебя скоро будет толк. -Лёх, мне завтра в универ надо, раз в полгода надо, а то ведь выгонят. А?… -Опять? Ты знаешь, сколько мы денег потеряем? Работать надо. -Я в воскресенье отработаю, клянусь. -Ладно, ну что с тобой поделать, с бездельником, куда же ты без меня. Иди. Но в воскресенье, что бы как штык. -Клянусь. Через день Лёха со своей охраной пришёл ко мне на точку. Бабушки сразу разбежались, да и охрана рынка куда-то тут же слилась, от греха подальше. Минут пять ржал, осмотрев мой нехитрый скарб. Потом немного успокоился. -Ну, Гена, ты меня своей конспирацией просто до коликов довёл. Молодец. Я никогда не видел, что бы кто-нибудь так шифровался. Там, подвалы всякие, гаражи, это бывает, но что бы офис открыть на лотке, продающем бабские трусы - это просто вершина полёта мысли. В общем, твои бабки отослал сегодня. Счёт на Багамах. Вот все документы – и большой бумажный пакет приземлился на стол - Расслабил ты меня, гений. Хоть бы этот рынок купил, что ли, для приличия. Ну, ладно, свяжемся позже. Пока. Лёха пожал мне руку и вся эта гвардия развернулась и направилась в сторону выхода. Довольно скоро Коля стал подозревать, что я левачу. Несколько раз проверял выручку и товар – ничего. Всё сходилось. Просто мне для того, что бы посадить двух секретарш, пришлось купить самый большой лоток и пару телефонов в придачу. Этих дур лёха подогнал. Сказал, что какие-то модели. А, по-моему, их просто хреново кормили с детства. Да и ноги росли почти до моих ушей. Какой-то человеческий некондишен. Но не выгонять же убогих. Вот и работал с ними. Выручка даже выросла. От этих моих работниц за километр несло всякими странными запахами. С утра вообще невыносимо. Как будто выливают на себя с литр одеколона и - айда на работу. И такие запахи полностью распугали всех моих бабушек. Они как-то стайками всё проскакивали мимо нашей точки и к Коле. Тот в начале радовался большим выручкам. Недолго. Тот же самый запах привлёк совершенно другого клиента, и его было больше. Видимо, в один прекрасный день сильный внезапный порыв ветра поднял всю эту парфюмерную ауру в воздух, осторожно пронёс её над дорогой и благополучно приземлил, наконец, на соседнем овощном рынке. Там народ тут же верно просчитал розу ветров и понял, откуда тот принёс благоухание, не сравнимое ни с чем. Так по запаху все эти дети гор и раскрыли нашу явку. Я подозреваю, что для них сходить купить лаваш на обед и пару носков в придачу стало нормой. Но они не просто покупали – они ВЫБИРАЛИ. Как выбирают машину или верблюда. Примеряют, крутятся перед зеркалом, отвлекают от работы моих малохольных. Выручки стали Коле на зависть, но мне-то никакой радости. Не тот это клиент. И когда всё это меня окончательно достало, то распорядился пускать на рынок только по национальному признаку, или при предъявлении паспорта. Но эти аксакалы все равно как то просачивались сюда, видимо между прутьев ограды, и радостные, что их сегодняшняя мечта осуществилась, представали перед нашими очами со своим неизменным: “Дэвушка, мнэ вот тэх насков”. Остальные же просто прилипали к ограде, мысленно уже присутствуя здесь. Это была стихия, а поскольку со стихией, как известно, бороться совершенно бесполезно, то я, по совету Лёхи, нашёл себе другой офис. Снял этаж в хорошей гостинице напротив старого военного корабля, который, по слухам, распространяемым местным швейцаром, воевал с самими японцами и стрелял почему-то в музей напротив. Мои дурочки на радостях стали ещё больше с утра душиться, так что проблем меньше не стало – они просто стали немного другие. А без названия фирмы, как выяснилось, ведь никак нынче нельзя, так что пришлось его придумать. Думал недолго. Минуту и пять секунд. Взял свои инициалы и добавил слово “инвест”. А так как в полном варианте я величался как Колмаков Геннадий Борисович, то получилось очень даже созвучно. Мне сделали большую бронзовую доску с названием фирмы и повесили рядом со многими другими внизу у входа. Правда, через пару дней неизвестные нелегальные сборщики металлолома всё содрали. Почти всё. Одну вывеску не тронули. Мою. Даже пыль с неё зачем-то всю стёрли, как будто она мешала им прочитать название. Так и висела бронзовая доска в гордом одиночестве всю весну и лето, ослепляя посетителей на входе весёлыми солнечными зайчиками. Руководству гостиницы так понравилась эта моя скромная вывеска, что они отрядили местного бомжа постоянно её протирать. Странно. Я всегда говорил, что дуракам везёт. Коля со мной тоже полностью согласен, так как на моём месте должен был быть он. Ваше мнение:
Украинская Баннерная Сеть |
{v_xap_link1} {v_xap_link2}
{v_xap_link3} {v_xap_link4} |
||||||||||||||||||||||||||||||||||||
Дэн-Дзин - На моём месте должен был быть он
|
Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Ответственность за содержание произведений несут их авторы. При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.libra.kiev.ua/ обязательна. ©2003-2007 LineCore |
Администратор |