|
    Прочтений: 0 Посещений: 2315 Дата публикации: 20.11.2006 Из личного Простая жизнь В огромном старинном зеркале отражалось красивое женское лицо: синие глаза с тонкой ровной подводкой, правильные, красиво очерченные губы, чуть тронтые помадой и улыбкой, прямой маленький нос с россыпью мелких редких веснушек. Она смотрела на себя, сидя на голом полу. Волосы у нее были собраны в хвост на затылке, бретелька ночной сорочки спущена с плеча. При свете ночника ее отражение казалось идеальным. Но мир вокруг нее таким не был. А может и был, да она этого не понимала. - Брошена, придуманное слово. Разве я листок или письмо…,-прошептала она, с издевкой улыбаясь сама себе. - Брошена, - прошептала она опять. Потом встала с пола, поправила спущенную бретельку, посмотрела на маленький красный диванчик, на котором мирно спал красивый темноволосый мужчина. Сегодня он спал один. Ее кровать была пуста, а она сама одинока, как никогда. Она всю жизнь ненавидела шелковые простыни, а он их обожал. Теперь их холодность ее просто убивала. Она расправила сбившееся одеяло, выключила фарфоровый ночник с синими цветочками, легла и заплакала, тихо и безнадежно. Ее слезы были горячи, горьки и бесконечны… Дзинь, дзинь, дзинь! – Будильник, разрывающийся на части выдернул ее из беспокойного муторного сна. Она протянула руку, щелкнула маленький рычажок и перевернулась на другой бок. Думать о вчерашнем дне не было сил, вставать на работу не хотелось. Одно желание поселилось у нее в голове – забыться в сладком утреннем сне. Всякий знает, как привлекателен утренний сон –искуситель… Она сидит на кухне и пьет свой апельсиновый сок, но вкус у него, почему-то, горький. Она включает телевизор и видит, как какой-то лысый мужик прямо из ящика декламирует стихи: “Привет, красавица, проснись, открой покрыты негой взоры. На встречу утренней Авроре звездою севера явись”! - Что за черт? - произносит она еле слышно и открывает глаза. Перед собой она видит его. Понимая, что и телевизор, и мужик, и испорченный сок ей приснились, глупо улыбается. - Ты почему меня не разбудила? – говорит с усмешкой симпатичный и родной он. - А я должна была? Забыла про тебя. А сколько времени? - процедила она ответ на его несправедливый вопрос. - Ты мне еще много чего должна, Ксюш, только не даешь! – парировал он и, явно, наслаждаясь ее негодованием. - Шелковые простыни, что ли? Забирай! – почти прокричала она и отвернулась к стенке от его обаяния. Как разговаривать с ним теперь, как вести себя при нем, как не обращать внимание на его неотразимость, как делать вид, что с ней все в порядке, что она не страдает?! - Кофе в постель, или выпьешь? – прервал ее раздумья веселый голос. - Можно и в постель! Она села на кровати, взяла чашку и сказала хриплым от сна голосом сокровеные слова: - В человеке всегда есть то, что не поддается точной дозировке. В тебе – это твое обаяние. Вот даже если ты напакостишь, на тебя никто не будет сердиться. Подонок ты! - Нет, я – Мачо! – ответил он, смеясь. Потом он долго смотрел на ее красивое лицо. Кто-то мог бы подумать, что он ее любит, но она-то знала, что это их последние дни вместе. Любит, обожает и боготворит он другую. Только вчера он сам ей об этом сказал. В ванной что-то громыхнуло. Потом она услышала громкий смех. - Это он надо мной смеется, - подумала она и заулыбалась глупо и умиленно. По утрам он всегда смеется над тем, как она медлительна и рассеянна после сна. Ей нужно было не менее часа, чтобы привести себя в порядок, чтобы отточить свое отражение в зеркале до гламурного совершенства, до простого городского шика, до безупречности. Но и он был таким же. Раньше ее Мачо говорил, что женщина возле него должна быть не только умной, но и красивой. Такую гремучую смесь он нашел в ней. Даже ее стервозность и несдержанность сводили его с ума. А теперь все по-другому. Теперь он стал чужим. - Передавай привет своей царице не первой молодости! – крикнула она ему вслед. Он стоял на пороге и смеялся, смеялся над ней, над ее ревностью, над ее негодующим самолюбием. Дверь закрылась, и наступила непонятная, гнетущая тишина, которую раньше она любила, а теперь ненавидела. Быстро надев первое попавшееся платье, подкрасив ресницы и собрав волосы в узел, она вышла из дома. Утро поражало непривычной прохладой – не выше 15 градусов по цельсию! Всю неделю была жара под тридцать, а сегодня нежданное похолодание. Мокрая от ночного дождя мостовая блестела, как уголь. Открытое не по погоде платье вздрагивало на ветру, как сама хозяйка. -Хорошо еще, что я на машине, - подумала она с облегчением и села за руль. Девятка вишневая как вишня троулась с места, понеслась по непривычно пустой дороге. Сегодня воскресенье, а в воскресенье на трассе движение не такое страшное, как в будний день; людей немного, все спят, отдыхая от трудодней и семейных скандалов. - Я у твоих ног, спа-а-а-сибо не говори…, - понеслось из радиоприемника. Она стала подпевать, напряженно вслушиваясь в незамысловатые слова. В памяти всплывали моменты ее счастья с ним. Почему не их, а ее? Да потому, что она не знала, был ли о с ней счастлив хоть один день, и, почему он вообще был с ней так долго?! История их совместного существования началась девять лет назад. Ей было тогда 17, ему –21. Она только приехала учиться в большой город, а он пришел из армии. Однажды вечером она с подругой гуляла по тополиной аллее, а он навстречу шел с другом. Он схватил ее за руку и больше не отпускал. Сначала она от такой наглости ошалела, потом привыкла, потом полюбила его таким, какой он есть. А потом он неожиданно женился на другой и поселился рядом с Ней. Они мучали друг друга своими издевками, подколами, придирками, беспочвенными скандальчиками, съедающей душу страстью и другими глупостями. А его жена изнывала от ревности, неуверенности в себе и в нем. Супруга Мачо встретила ее на улице, плеснула в лицо воду с соленым привкусом из поллитровой банки и процедила: -В следующий раз это будет кислота! Уезжай, прошу тебя! На чужом несчастье счастья не построишь… Объяснять, кто на чьем несчастье свое счастье строит, было некогда, и она уехала в другой район города. Через полтора года он развелся, нашел Ее, перевез к себе в новую квартиру, и жизнь пошла своим чередом. Потекли минуты, дни, месяцы… А теперь он нашел ей замену – развратную некрасивую старуху – женщину с недюженным сексуальным опытом и огромным чемоданом грехов, больших и малых. Внутренний голос тихонько подвывал: “А вдруг ты сама такая будешь”, но она лишь улыбнулась и засунула его, куда подальше. Светофор подмигнул ей своим третьим глазом, и она остановилась на полпути. Небо затянулось тучами, потемнело, ветер усилился, пошел дождь. Сначала он редко покрапывал, своими тяжелыми крупными каплями ударяя дорогу, потом пошел часто-часто, так, что лобовое стекло мигом затуманилось, и дворники торопливо задвигались вверх-вниз, шурша и глухо покрякивая. Она с силой опустила ногу на педаль тормоза, остановила машину, потом повернула ключ, и мотор заглох. Она точно знала, чего хочет. Потянулась за телефоном, набрала несложный номер и почти прокричала в трубку: - Я не могу вести машину! Дождь идет! Я боюсь! - Где ты? - спросил ее напряженный мужской голос. - Сама не знаю. Где-то на набережной, - прошептала она и отсоединилась. Минуты и секунды продолжали утекать в никуда, а стрелки механических дамских часов тикать. У нее, как и всегда, оставалось время подумать о себе, о нем, о жизни и о делах. Но однажды наступает момент, когда, несмотря на уйму или прорву времени, думать абсолютно не хочется и не можется! Она опустила спинку сидунья, закрыла глаза и отдала себя в лапы тяжелого беспокойного сна. Прошло не более получаса. Глухой стук разбудил ее. Она открыла глаза, посмотрела на лобовое стекло, забрызганное грязью проезжавших мимо машин, потом включила дворники и стала ждать. Теперь уже постучали в ее дверь. - Ну, просыпайся! Ксюш, открывай! – услышала она любимый голос. Потом открыла дверь и увидела промокшего насквозь его: прядки волос падали на лоб красивыми кудряшками, по лицу текли струйки дождя, темно-карие глаза лихорадочно блестели. - Что случилось? – прошептал он хрипло. - Мне плохо, - все что она могла вымолвить. Она передвинулась на соседнее сиденье, он сел на кресло водителя, повернул ключ в замке зажигания, и машина тронулась в путь, оставляя в прошлом недопонимание, гордыню и нервное истощение. - Первый раз еду на пассажирском сиденье в своей машине…, - сказала она еле слышно. - Все когда-то бывает в первый раз, - услышала она ответ сквозь надвигащуюся дрему. Тик-так, тик-так, тик-так… - мерно постукивали ходики над кроватью; рядом лежал он, раздетый и горячий. За окном по-прежнему шел дождь. Уже темнело. Она вспомнила, что это он отвез ее домой, что открыть глаза в машине не было сил, что на руках любимого так приятно преодолевать лестничные пролеты, что поцелуи его нежны и приятны, а руки неистовы и нетерпеливы… Она знала, что после всего этого он не уйдет, что старая дама останется одна, а они заведут ребенка, который будет красивым, как Он и терпеливым, как Она! Ваше мнение: Украинская Баннерная Сеть |
{v_xap_link1} {v_xap_link2}
{v_xap_link3} {v_xap_link4} |
Труфанова Оксана - Простая жизнь
|
Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Ответственность за содержание произведений несут их авторы. При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.libra.kiev.ua/ обязательна. ©2003-2007 LineCore |
Администратор |