|
    Прочтений: 0 Посещений: 2169 Дата публикации: 26.10.2007 Захотелось пошалить ]:-> Скучать не пришлось. Всю дорогу пели песни. Нет, не походные. В наших песнях даже слов-то толком не было. Просто мычали, ля-лякали и тому подобное. Не удивляйтесь, тут нет ничего удивительного. Просто скука – преглупое занятие. Мы гнали ее от себя, как могли. Мы – это я, мой брат и жирный котяра, голова которого торчала из сумки. Он жмурился от яркого солнца и с любопытством поглядывал на нас, словно бы говорил: «Ну, погодите, погодите… вот я еще к вам присмотрюсь, подумаю, а там видно будет по пути ли нам с вами…» Словом, коту мы определенно не внушали доверия. Да и что тут, собственно, удивительного? Два подростка, которые просто решили сбежать из дома, по дороге прихватившие дворового кота. Идея сбежать из дому пришла, как ни странно, не мне, а моему восьмилетнему братцу. Кстати, его Ваня зовут. Не знаю, как я попалась на эту провокацию в своем уже солидном возрасте. Как никак десять лет в ноябре стукнуло – второй десяток пошел… Но попалась. Для начала необходимо было определить, куда следует путь держать. Насмотревшись мультика про Простоквашино, решили, что в деревню ехать банально. Тем более, там работать надо. Корова и все такое. А я по утрам с первыми петухами вставать не умею. О Ваньке и вовсе молчу. Посему решено было отправиться к морю. Какому – неважно. Важно, чтобы были волны, песок, ракушки и парусники, и непременно такие, как в книжках. (Белеет парус одинокий в тумане моря голубом. Что ищет он в краю далеком парапарампарампампам – извините, но никогда не считала, что обязана учить стихи. Учила их на перемене перед уроком и, конечно, из головы моей они вылетали раньше, чем успевала сесть за парту после ответа). Затем стали готовиться в дорогу – натаскали консервов, Ванька добыл где-то перочинный ножик, я приволокла сковородку, спички и надувной круг. Конечно, нужна была еще карта, мы решили, что «Большой атлас СССР» сгодится. Когда начали все это добро складывать в рюкзак, оказалось, что поместится туда оно даже чисто теоретически не может. Пришлось отказаться от консервов. Для экономии места и сил консервы немедленно были заменены на чупа-чупсы и мивину. Гадость конечно, но все равно вкусно. Дело оставалось за малым – нужно было найти денег. Хотя бы на маршрутку. По такому случаю, мы с Ванькой торжественно разбили наши копилки и сложили мелочь в коробочку. Чтобы уж наверняка ни в чем не нуждаться в дороге, я стащила мамины бриллиантовые бусы, чтобы потом, если понадобится, обменять их на хлеб и воду. Путешествие наше наметилось на начало сентября – ни мне, ни Ваньке не хотелось его откладывать до лета, тем более возможность пропустить несколько учебных дней, а, может быть, даже недель представлялась настолько заманчивой, что упустить ее мог только дурак. Мы с Ванькой себя дураками уж никак не считали, а посему на 3 сентября, а это был понедельник, назначали дату предполагаемого побега. В последний момент все едва не сорвалось. К нам приехала бабушка. И это накануне отъезда! Угроза того, что она останется у нас до конца недели, чтобы проследить за нашей с Ванькой учебой и дисциплиной, пока родители будут на работе, казалась совершенно очевидной и неизбежной. Но нам повезло. Едва мы решили проститься со своей розовой мечтой и распаковывать рюкзак, как бабуля засобиралась домой. Оказывается, она заезжала только затем, чтобы, как сказал папа, раскритиковать его жизненные позиции, небольшую зарплату и полнейшую бездарность и напомнить нам, что она не дремлет и всегда готова помочь своими указаниями. Мама на папу обиделась. А папа обиделся на бабушку. А Ванька обиделся на меня. За то, что я отказалась уложить в рюкзак его водяной пистолет и саблю. «Чем же мы будем обороняться от диких зверей и лесных разбойников?» - вопрошал он. В конечном итоге мне пришлось согласиться на пистолет. «Только тащить его будешь сам!» - заключила я, чтобы он не слишком обольщался. Итак, знаменательный день настал. Утро началось, как обычно, с завтрака. И с того, что мама сказала папе, что потратила на «этого чурбана» лучшие годы своей жизни. Ваня спросил, что такое чурбан. Я долго ему объясняла, что так называли древних турок. На вопрос «а при чем тут папа?» я так и не нашлась, что ответить. Потом родители уехали на работу. А нам сказали немедленно собираться в школу. Как только щелкнул замок на двери, о школе было забыто. Я выволокла наш неподъемный рюкзак из шкафа, где мы его прятали. Хорошо подумав, я выкинула из него еще и сковородку – все-таки мне только десять лет, а брату только восемь, а рюкзак не каждый здоровый дядька поднимет. После совершенного мною изъятия сковороды груз заметно облегчился. Это не могло не радовать. Когда речь пошла о том, чтобы обуваться, Ванька вдруг заявил, что нам следует выйти из дому через окно. На мой вопрос, зачем это нужно, он спокойно и деловито ответил – чтобы замести следы! Не могла с ним не согласиться. Благо жили мы на первом этаже. Но веревка все равно нужна была – высоковато для двух подростков. Вот чего-чего, а веревку приготовить мы не догадались. Тут Ваньке в голову пришла спасительная идея. Спасительная, потому что спасла наш, в очередной раз оказавшийся на грани срыва, план. - Можно связать простыни! – торжествующим тоном объявил Ванька. Честно говоря, в этот момент я чувствовала себя полной дурой – как мой восьмилетний брат додумался до такого простого решения раньше меня? Но мне ничего не оставалось кроме как идти стаскивать с кроватей простыни и связывать их. Сказано – сделано. - Чур, ты первая! – вдруг стушевался Ванька. Вот он, мой звездный час! Теперь уж мы посмотрим, кто чего стоит! Я взяла рюкзак, забралась на подоконник, открыла оконную створку и перекинула через нее самодельный канат. Ну, все, Лидка, теперь смелее! Кстати, Лидка – это я. Как-то неловко получилось с представлением. Народ должен знать своих героев хотя бы поименно. Ну ладно, как получилось, так получилось. - Держи веревку на всякий случай, - деланно строго сказала я Ваньке, - вдруг мы ее плохо привязали. - Ага! – Ваня почти испуганно встрепенулся, - а когда я полезу, кто веревку держать будет? - Не боись! Если она меня выдержит, то такого воробья, как ты – тем более. Ванька надулся на «воробья», но послушно ухватился за веревку. - Ну, теперь твоя жизнь в моих руках, - мстительно заявил он, зловеще улыбаясь. Я не стала ему отвечать. В конце концов, мне десять лет, нужно быть снисходительней к маленьким. Вместо этого я скинула рюкзак из окна на землю (чтоб там твой пистолет разбился, балбес!). - Ну, теперь держи! – крикнула я и полезла из окна. Наверное, забавное было зрелище для прохожих – из окна первого этажа «сталинки» сначала вылетел рюкзак, а потом вылезла по простыне упитанная десятилетняя девочка. Одно мгновение, и я на земле. Я даже разочарованно вздохнула – думала, будет труднее. Ну, ладно, еще трудности впереди! - Эй, ты! Давай чешись уже! А то такими темпами мы, может быть до моря годам к пятидесяти и доберемся! Ванька, уязвленный моими словами, показался в окне. Он неловко взялся за канат и попытался оттолкнуться от подоконника, но не удержался и грохнулся на землю, придавив здоровенного рыжего кота. Я не знаю, кто орал громче – Ваня или кот. Я не на шутку разозлилась. Схватила Ваньку за шиворот и подняла с земли. А другой рукой за шкирку ухватила кота, который тут же настороженно притих. - Идем? – грозно спросила я. - Идем… - как ни в чем не бывало, ответил Ванька. И мы пошли. Кота, разумеется, взяли с собой. В память о Простоквашино. Исключительно в качестве атрибута. Ванька окрестил его Еврипидом, я не имела на сей счет возражений. Потом мы бесцеремонно засунули его в рюкзак, оставив на воздухе только морду, чтоб не слишком возмущался. И пошли. Шли мы очень долго. Наверное, не меньше получаса. Ваня раза три подряд спросил, когда же будет привал. - А! Решил прикончить наши припасы? – проворчала я и сунула ему в зубы чупа-чупс. После этого он замолчал. А потом мы решили, чтобы было веселее, петь песни. День был замечательным. Солнце светило не слишком жарко, как раз по-сентябрьски. «А в школе сейчас, наверное, математика идет, - подумала я и облегченно вздохнула (облегченно, потому что я-то самая умная, нашла способ избавить себя от этой напасти), - интересно, вот хоть кто-нибудь обратил внимание на мое отсутствие?» Ванька вдруг заныл: - Когда мы уже придем? У меня нога болит! И пить хочу! Я удивилась такой его несдержанности. В любой другой ситуации, я бы, наверное, высмеяла его, но не теперь. Я не могла поставить под угрозу наше предприятие. И так не хотелось с позором возвращаться в школу! - Вань, ты чего? Вот сейчас еще чуть-чуть и придем на вокзал. Там сядем на поезд и поедем. Ты оглянуться не успеешь, как мы будем на море. - А ты карту смотрела? Мне как-то пришло в голову, что лучше ее не доставать, а то Ваня совсем расстроится. - Ну, хочешь, отдохнем? – предложила я. Ваня молча бросил рюкзак на землю и приземлился рядом на бордюре. Мне оставалось только последовать его примеру. - Вань, ты меня не бросишь? – вдруг спросила я. Мне почему-то стало страшно, что он решит вернуться домой. И я останусь одна. Но я знала точно, что, даже без него, я дойду до моря. Я упрямая… Ваня хитро прищурился. - Честно? Я аж подпрыгнула от злости. - Нет, ты мне солги лучше! Ваня тут же снова надулся. Определенно, у него что-то совсем испортилось настроение. Равно как и у меня. Все получалось совсем не так, как я себе представляла. Я готова была уже разразиться слезами, как вдруг за спиной услышала мамин крик. - Лидка! Ванька! Мы с братом испуганно переглянулись. Вот она, расплата за минуты счастья. Я взяла Ваньку за руку и быстро шепнула ему на ухо: - Если что, это я тебя подбила сбежать. Ваня хотел было взбунтоваться, но не успел. К нам подбежали родители. Папа строго посмотрел на нас. - Вы почему до сих пор не в школе? - Мы сбежали! – гордо заявил Ванька. - Что? – хором переспросили родители. - И знаете почему? – с чувством собственного достоинства спросил он, - потому что вы все время ссоритесь. Бабушка – не карга, а папа – не древний турок. Мы хотели увидеть пальмы, потому что они веселее, чем вы. - Какие пальмы? Какие турки? – ни мама, ни папа ничего не понимали, - Лидка, ты зачем стащила стеклянные бусы? А ну марш домой! - Я забираю домой Еврипида! – вдруг еще более уверенно заявил Ванька. Я опешила от его нахальства. - Чего? - Кота, - тихо ответила я, пока Ванька выдерживал паузу. Родители снова переглянулись и прыснули от смеха. Еврипид живет у нас уже полтора года. За это время он растолстел и раздобрел. Больше всех его любит мама. Хотя он всеобщий любимец. Даже бабушка перестала его бояться. Только вот Еврипид любит исключительно собственную персону, а остальных терпит вокруг себя. Ваше мнение: Украинская Баннерная Сеть |
{v_xap_link1} {v_xap_link2}
{v_xap_link3} {v_xap_link4} |
Булавка - Я, семья и Еврипид
|
Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Ответственность за содержание произведений несут их авторы. При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.libra.kiev.ua/ обязательна. ©2003-2007 LineCore |
Администратор |